"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

— Его императорское величество, Александр Николаевич Романов! — произносит камердинер, и в зале снова воцаряется тишина.
Когда император входит в зал, его аура заполняет всё пространство вокруг. Да, силой наш правитель не обделён. Интересно, почему он при этом не вышел сражаться во время Великой бури? Полагаю, посчитал, что это не его уровень.
Все в зале, кроме Анастасии Фёдоровны, склоняются в поклоне, пока Александр Николаевич проходит к трону и садится на него. Положив руки на подлокотники, император жестом призывает к тишине, хотя все и так молчат, после чего произносит:
  
— Добрый день, дамы и господа. Сегодня мы собрались, чтобы воздать заслуженные почести отряду из ордена Стражей, который именуется Багровыми Стражами. Во время случившейся несколько дней назад бури они проявили героизм, достойный лучших сынов и дочерей Российской Империи. От лица государства и от себя лично я благодарю вас всех.
Александр Николаевич смотрит мне в глаза и кивает. Этот кивок значит больше, чем можно подумать. Далеко не каждый удостаивается его от императора
— Рады служить, ваше величество, — отвечаю я, и остальные Стражи эхом повторяют за мной.
— Я горжусь, что в нашей стране есть такие люди, как вы. Барон Зверев, подойдите.
Стуча начищенными парадными сапогами, я приближаюсь к трону. Император встаёт и спускается по бархатным ступеням мне навстречу. К нам подходит слуга, перед которым на бархатной подушечке лежит украшенный драгоценными камнями орден. Он имеет форму креста, а в центре изображён двуглавый орёл. К кресту прилагается цепь со звеньями в форме щитов — в торжественных случаях орден полагается носить на шее, но можно снять с цепи и приколоть на грудь.
Александр Николаевич берёт орден и говорит:
— За заслуги перед Родиной и отвагу при защите столицы объявляю вас, Андрей Алексеевич Зверев, кавалером ордена Золотого орла.
Я склоняю голову, и Александр Николаевич надевает орден мне на шею. Звучат восторженные возгласы и аплодисменты. Сам император, отойдя на шаг, тоже аплодирует. Я не могу сдержать улыбку — хоть мне и не требуются награды, чтобы осознавать собственную значимость, всё-таки приятно, когда твои заслуги признают. Да ещё и на таком высоком уровне.
После этого я отхожу от трона, а император по очереди подзывает всех остальных Багровых Стражей. Называя каждого по имени, он вручает им медали «За защиту Петербурга», а несколько человек, включая Георгия, Ларису, Сыча и Бороду, дополнительно получают медали «За храбрость».
В конце награждения в честь Багровых Стражей звучит торжественный гимн, после чего нас угощают шампанским, и на этом церемония заканчивается. Когда выходим из дворца, я говорю:
— Ну что, друзья, это надо отметить! Что скажете?
— Да-а! — звучит слаженный возглас.
— Ресторан уже забронирован. Едем! — указывая направление, объявляю я.
Празднуем мы до вечера, но допоздна не засиживаемся. На завтра запланирована жесткая тренировка — отправимся в Крепость ночи, чтобы продолжать совершенствоваться.
Да, мы заслужили награду, и теперь нас считают самым элитным отрядом ордена в Российской Империи. Только это не значит, что можно остановиться в развитии и почивать на лаврах. Наоборот — к элите предъявляются особые требования, и даже, чтобы просто поддерживать звание лучших, надо много трудиться. А, чтобы стать ещё круче, трудиться надо вдвое больше.
В общем, следующим утром мы с рассветом отправляемся в Крепость ночи. Только Лариса остаётся в поместье, чтобы продолжать подготовку к свадьбе. Сегодня ей надо встретиться с флористами и выбрать букет, а затем отправиться на примерку подвенечного платья.
Разделившись на три группы по двадцать человек, мы устраиваем соревнование — отправляемся в разные разломы. Какая группа первой зачистит свой разлом, та и победила.
Одну из групп возглавляю я, другую — Мрак, а третью офицер из нового состава с позывным Грех.
Настоящее имя Греха — Роберт Миллер. Его отец был англичанином, а мать — дагестанкой. Такое вот интересное сочетание кровей.
По сути, Багровые Стражи превратились в несколько отрядов, объединённых общим названием. Да и количество добытчиков тоже увеличилось — многие ветераны ордена захотели пойти ко мне на службу. Я уж не говорю о том, что у нас появились механики, оружейники, работники столовой и другой гражданский персонал.
Теперь меня даже стали в шутку называть барон-командор. Хотя в каждой шутке, как говорится, есть только доля шутки. Потому что Багровые Стражи начинают тянуть на полноценное отделение ордена.
Зачистка разлома проходит весело. Нам противостоят в основном демоны, сражаться с которыми гораздо интереснее, чем со многими другими монстрами, потому что демоны обладают интеллектом.
Зачистив все области разлома, мы с группой добираемся до сердца, которое охраняет парочка церберов и несколько рогатых ублюдков, вооружённых булавами из адского гранита.
— Постарайтесь не сломать их оружие. Адский гранит дорогой, а изделия из него — ещё дороже. Нам за эти дубины кучу денег отвалят, — говорю я.
— Так точно, командир, — отвечает Сыч, готовя защитное заклинание.
— На счёт три в атаку. Раз, два… Стоп! — неожиданно для самого себя выкрикиваю я.
— Что такое? — Стражи обращают на меня удивлённые взгляды.
Я не отвечаю, прислушиваясь к ощущениям. Такое чувство, будто внутри моей души происходит гроза. Печать Пожирателя молчит, и я не сразу понимаю, что со мной — пока не понимаю, что это не со мной.
Это Щелкунчик! Он просыпается!
— Минутку, — говорю я и сажусь в позу лотоса.
Призываю монстрика, но вместо него появляется мутный магический кокон, напоминающий яйцо. Внутри кокона мелькают вспышки, всё быстрее и быстрее с каждой секундой.
— Это Щелкунчик, что ли? — спрашивает Сыч.
— Угу, — отвечаю я, не отрывая глаз от «яйца».
Его поверхность пересекают светящиеся трещины, а потом кокон лопается, и малыш вырывается наружу. Хотя какой он теперь малыш! Щелкунчик заметно вырос, став размером с овчарку. Его шерсть стала темнее, рога удлинились, только задорный взгляд остался таким же.
— Дру-уг! — непривычно низким голосом выкрикивает он и бросается ко мне в объятия.
— Привет, дружище! Как ты себя чувствуешь? — со смехом обнимаю и треплю фиолетовую шёрстку.
— Рашо! Икунчик ырос! — хвастается он.
— Ещё как вырос! Ты теперь совсем большой.
Остальные тоже подходят к Щелкунчику, радуясь его возвращению. Кардинал кружит над нашими головами, без остановки звеня и посылая мне эмоции счастья.
— Мы де? — оглядывается монстрик. Заметив демонов, он застывает и облизывается, а потом вопросительным взглядом смотрит на меня.
— Ты, наверное, проголодался, пока спал? — с улыбкой спрашиваю я и окружаю питомца астральным доспехом.
Щелкунчик бросается на демонов, на ходу распахивая пасть. Когда враги замечают его, один из демонов формирует заклинание и отправляет в монстрика дюжину острых каменных игл. Я не беспокоюсь, ведь астральный доспех защитит и от более серьёзных угроз. Но мой питомец решает проблему по-своему.
В его глотке появляется магическая воронка, и втягивает летящие иглы. Ого, да Щелкунчик не просто вырос, у него появились новые способности! Полагаю, что мелких противников он теперь сможет всасывать в свою пасть, как пылесос.
С помощью подросшего Щелкунчика мы легко справляемся с демонами. С одним цербером он справляется в одиночку, поочерёдно откусив псине все три головы.
Уничтожив сердце, мы в темпе вальса покидаем разлом. Оказавшись в крепости, я с удивлением замечаю, что группа Георгия нас уже ждёт.
— Мы первые, командир! — с широкой улыбкой объявляет он.
— Вижу, молодцы! Сейчас дождёмся группу Греха и повторим соревнование.
— Вызвать добытчиков? — спрашивает Мрак.
— Да, пусть поработают, — киваю я.
Когда я вечером возвращаюсь домой, Лариса выбегает на порог, бросается мне на шею и целует в губы. Её глаза искрятся, как две изумрудные звёздочки.