"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

Немного подумав, я забираю его оружие вместе с ножнами, а затем крепко пожимаю бретёру руку и говорю:
— Не нужно так мучать себя. Вы приняты, господин Суворов. Уверен, что для столь искусного бойца, как вы, мы обязательно найдём достойную работу. И вы сможете вернуть свой меч, тем или иным способом.
— Спасибо, ваше благородие, — кланяется Ильдар.
— Ну а теперь, как мы и собирались, давайте обедать! Я хочу отметить не свою победу, а то, что ко мне на службу поступил столь благородный и сильный человек, как вы, — говорю я, и мы вместе с секундантами направляемся в сторону дома.
  
Во время обеда мы с Ильдаром много разговариваем. Первым делом я хочу выяснить, каким образом он узнал, что у меня есть связь с Астралом.
— Я обладаю превосходным чувством магии, ваше благородие. Астральная энергия это не мана, но её я тоже способен чувствовать. Я предположил, что вы используете именно эту силу ещё во время первого поединка. И поэтому практиковался, увеличивая свою чувствительность к ней. А когда мы снова встретились, я убедился, что вы владеете именно астральной энергией, — отвечает Суворов.
— Вот как. Впечатляет. А какими ещё навыками вы обладаете, кроме боевых? — спрашиваю я.
— Я неплохой следопыт, умею выживать в дикой природе, охотиться и рыбачить даже голыми руками. Я хорошо командую людьми, в своё время я руководил группой наёмников и обучал гвардию одного дворянина на Дальнем Востоке. Так что обладаю навыками строевой и боевой подготовки. А ещё я играю на гитаре, — с улыбкой добавляет Ильдар.
— А вот это интересно.
— Гитара? — удивляется бретёр.
— Нет. То, что вы способны обучать солдат. Вы можете помочь собрать надёжных людей для моей будущей гвардии?
Суворов отвечает, не раздумывая ни секунды:
— Конечно. У меня много знакомств. Я могу сделать несколько звонков и подобрать грамотных командиров, которым вы сможете доверить набор основного состава. Да и хороших бойцов тоже смогу привлечь.
— Договорились! Можете приступать. Казарма скоро будет достроена, в ней же должен кто-то поселиться, — говорю я.
После обеда я решаю отправиться в город, чтобы заехать к Тимофею и обсудить кое-какие дела. Не успеваю переодеться в костюм и сесть в машину, как раздаётся звонок телефона. Уже знакомый номер — со мной хочет поговорить верховный командор.
— Слушаю, Фёдор Витальевич!
— Здравствуйте, барон. Вы уже отдохнули после вчерашнего? — интересуется верховный.
— Конечно. Я уже и дуэль успел провести.
Коршунов смеётся и спрашивает:
— Откуда в вас столько энергии, Андрей? Всю ночь сражались, а утром снова в бой!
— Что ж поделать, битвы сами меня находят. Я чем-то могу помочь, Фёдор Витальевич?
— Не совсем. Вы можете подъехать в управление? Нам стоит кое-что обсудить с глазу на глаз, — Коршунов говорит хоть и вежливо, но его тон не подразумевает отказа.
Впрочем, я и не собирался отказываться. Уверен, меня и мой отряд хотят наградить, хотя за предложением о встрече явно кроется и что-то ещё.
— Конечно, командор. Я всё равно собирался в город, — заводя мотор, говорю я.
— Вот и хорошо. Жду, — говорит верховный и кладёт трубку.
Решаю отправиться сразу к нему. Дела, которые мне надо обсудить с Тимофеем, не срочные. Обычные бюрократические заморочки. Где-то требуется моя подпись, где-то надо лично ознакомиться с бумагами и одобрить некоторые договоры, всё в таком духе.
Проезжая через Санкт-Петербург, повсюду вижу последствия ночной бури. Тут и там разбитые стёкла, раздробленный асфальт, следы пожаров и другие разрушения. Кое-где до сих пор валяются трупы монстров, а порой слышатся выстрелы — в переулках до сих пор добивают тварей, успевших выбраться из разломов.
Картина неприятная, но могло бы быть гораздо хуже. В целом продолжается обычная жизнь, люди идут по своим делам, дети играют во дворах и парках. Аж сердце радуется — ведь если бы орден Стражей не среагировал как надо, многие из горожан могли бы не встретить рассвет.
Вскоре я уже поднимаюсь в кабинет верховного командора. Его секретарь Мария в этот раз меня не встречает, вот и хорошо. Не хочу опять отбиваться от её заигрываний.
Стучусь, и Фёдор Витальевич сам открывает мне двери.
— Здравствуйте, Андрей! Входите, присаживайтесь, — он широким жестом приглашает меня внутрь.
Коротко поклонившись, я вхожу и сажусь в кресло. Закрыв двери на замок, Коршунов берёт из бара бутылку коньяка и наполняет два бокала. Вручает мне один из них и торжественно говорит:
— Выпьем. За доблесть, которую проявил ваш отряд. За то, что эта ночь не стала трагедией для нашего города, хотя могла бы. И выпьем за Стражей, что отдали свои жизни во имя долга.
Я молча встаю, приподнимаю бокал и делаю глоток. Фёдор Витальевич залпом опрокидывает свой коньяк, тяжело вздыхает и садится напротив меня. Я тоже опускаюсь в кресло.
— Итак, Андрей. Я снова выражаю благодарность Багровым Стражам за верную службу и за то, что вы спасли многих людей. Насколько мне известно, никто из ваших не погиб?
— Никто, — коротко подтверждаю я.
— Мне остаётся лишь выразить своё восхищение, — Коршунов крепко и долго пожимает мне руку.
— Спасибо, командор.
— Вам спасибо, Андрей. Скажите, что я могу сделать для вашего отряда и вас лично?
— Даже не знаю. У нас всё есть. А то, чего нет, я могу приобрести сам.
— Но я, всё же, не могу оставить подвиг, который вы совершили, без награды! Вам всем будут вручены медали, это бесспорно. И не только от ордена. Мне сообщили, что сам император желает наградить Багровых Стражей за защиту дворца. Но если мы можем сделать что-то, чтобы сделать ваш отряд ещё сильнее и эффективнее — только скажите, — говорит Коршунов.
Я понимаю, что мы действительно заслужили награду, но такая щедрость явно неспроста. Командованию что-то нужно от меня, просто сначала меня хотят умаслить.
— Пока мне нечего просить, Фёдор Витальевич. Если понадобится помощь, я к вам обращусь, — говорю я.
— Вы уверены, Андрей?
— Уверен.
— Хорошо. Рад слышать, что Багровые Стражи полностью самодостаточный отряд, — Коршунов не скупится на комплименты.
Немного помолчав, он говорит:
— Я хотел бы обсудить кое-что из того, что случилось этой ночью. Когда вы сражались на Дворцовой площади, командор Фурин видел кое-что, и рассказал мне об этом. Скажите, вы действительно сумели остановить открытие разлома?
— Да, — киваю я.
— И как вы смогли это осуществить? — наклоняясь ко мне, с интересом спрашивает верховный командор.
Мне приходится немного подумать над ответом и взвесить все за и против. С одной стороны, не хочется рассказывать о печати Пожирателя всем подряд. С другой стороны, Фёдор Витальевич — это не все подряд. Тем более, что Фурин и Радов уже знают про печать.
А самое главное — я понимаю, что этот мир довольно скоро ждёт прибытие Пожирателя, и вряд ли кто-то, кроме меня, способен будет его одолеть. И даже мне сначала нужно будет, как следует прокачаться, в том числе увеличить силу печати и лучше овладеть энергией Хаоса. Рано или поздно я просто не смогу скрывать свою силу.
— Понимаете, Фёдор Витальевич, у меня на душе есть печать, когда-то оставленная сильным монстром. Благодаря ей я могу контролировать энергию Хаоса. Недавно я научился делать то, что видел Дмитрий Сергеевич, то есть предотвращать открытие разломов, — рассказываю я.
— Невероятно… — почти шёпотом произносит Коршунов.
— Я не думаю, что это так уж невероятно. Ведь существуют маги, которые намеренно связали свою душу с Хаосом. Я использую тёмную энергию во благо, вот и вся разница.
— Что ещё вы можете делать? — напрямую спрашивает командор.
— Пока что не слишком много. Но в будущем, когда лучше овладею Хаосом — вероятно, смогу делать так, чтобы разломы вообще не открывались в определённых местах. Есть у меня мысли по поводу того, как этого можно добиться…
Фёдор Витальевич поднимает ладонь: