"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
— Приветствую вас, Правитель! — поклонился Баркот, выразив своё уважение.
Одета Ангел не в белую тунику, а в балахон, отчего даже не привычно видеть её в подобной одежде.
— Здравствуй, Баркот. Перед тем, как мы примем тебя в круг высших чинов… я хочу убедиться в твоей преданности делу. Можно задать тебе вопрос?
— Конечно! — кивнул парень.
— Если мы прикажем тебе изучать Тёмных, дабы раскрыть истинный промысел нашего проклятия… ты выполнишь приказ, даже не зависимо, какие придётся использовать методы?…
«Она говорит про выявление Греха внутри моего народа…» – призадумался Баркот, а я вот с его мыслями был не согласен. Видно по глазам этой твари, что говорит она явно о чём–то другом.
— Да! — Баркот показал в глазах решительность к действиям, — Я выполню всё, что прикажете! Можете во мне не сомневаться. Возможно, методы будут жестоки, но всё это ради общего дела!
« Ха–ха–ха… какой глупый ребёнок, — услышал я мысли Энигмы, отчего потерял дар речи. Я что, могу слышать мысли не только Баркота⁈ Да как это работает⁈… и я прав, эта гадина хочет от парня, что–то иное, — Буду вести его, и использую в своих целях. Мариат правильно сказала — он невинен и глуп. Она хорошо его выдрессировала.» — мерзко улыбнулась Энигма.
— Превосходно! Такой ответ меня полностью устраивает, — отошла от арки Ангел, — Я даю своё добро на зачисление Баркота в ряды Высших Абсолютов. Сюда должна была прейти Каргель, но она дала своё добро через письмо. Не смею вас больше задерживать…
Мариат переглянулась с Энигмой, и они словно обменялись каким–то тайным жестом.
«Тебе я точно не доверяю, — услышал я мысли Мариат, — Рождённая Третьей, ты всегда ходила за нашими с Каргель спинами… и именно из–за тебя я совершила свой непростительный Грех!»
Как Энигма ушла, суровый взгляд Мариат стал добрым и любящим. Они взялись с Баркотом за руки, и встали в центре арки.
Мариат взяла у сына две склянки и открыла их, макнув пальцы в красную и белую краску. Парень сбросил свою белую тунику, оставшись полностью голышом. Правда вот: что Тёмные, что Абсолюты; бесполые… и поэтому я не увидел Единого младшего.
Глянул на Энигму, что встала к Абсолютам в масках, а следом вернул взгляд на Мариат, что начала покрывать тело Баркота иероглифами.
— Ну и народ у вас, — усмехнулся я, — Никто никому не доверяет, и каждый пытается использовать друг друга… вы прямо как люди, — мой взгляд упал на Энигму, — Рождённая Третьей⁈… Так ты у нас из первой партии Абсолютов. И именно из–за тебя Мариат совершила какой–то Грех?.. Но вы ведёте себя друг с другом почтительно и с уважением… одно притворство.
Мариат закончила с письменами, и Баркот сел в позу лотоса. Он закрыл глаза, и начал качаться из стороны в сторону, вместе с потоком Абсолютов в маске. Полукруглая деревянная арка начала источать белоснежный свет. Письмена на теле Баркота, что нарисованы белой и красной краской, зажглись радужными огнями… въедаясь в его плоть, и становясь татуировками, что не смыть, и не стереть до конца жизни. Это некая клятва «Веры», что отпечатывается по всему телу. И видимо Баркоту придётся так просидеть какое–то время, пока краска полностью не въесться в его кожу.
Я нутром чувствую, что после посвящения Баркота в Высшие чины Абсолютов, его начнут использовать на всю катушку. Они хотят отправить его в мир Тёмных, что бы там он искал лекарства от Греха Всеотца.
Мне стало даже интересно: примут ли Баркота обратно его же соплеменники?.. Или они нарекут его не таким, и попросят уйти, как это делают Абсолюты?…
Глава XXX
Беги!
После церемонии посвящения Баркота в ряды высших чинов Абсолютов, очередь дошла и до его друга Матока. Золотые звёзды потухли, одарив местных обитателей планеты тьмой. По всему городу зажглись белые огни, что сочатся из кристаллических камней.
Я оказался на крыше купольно–образного дворца. Два друга сидят у края, наблюдая за тьмой серого космоса, и как тускнеют золотые звёзды. В руках у каждого бутыль с фиолетовой жидкость… похоже это подобие вина. При каждом глотке парни морщат нос и тяжело выдыхает.
— Ну что, Баркот, — поднял бутыль к небу Маток, — Вот и исполнилась наша мечта! Завтра мы отправимся в мир Вершителей, где мы познакомимся с Лордами и Повелителем Вершителей. Так же нас отведут в запретные комнаты… как же невероятно. В груди всё пылает!
— Это у тебя пылает Эльк, — усмехнулся Баркот и глотнул из бутыли, — М–да, кто бы мог подумать, что мы дойдём до конца обучения. В один момент это казалось недосягаемой целью.
— Поначалу я думал, что ты первый не справишься с обучением, — признался Маток, — Ты даже не знал названия простых вещей по типу «Карандаш» или «Тетрадь». Тебе вечно всё приходилось объяснять.
— Поэтому мы и подружись, — улыбнулся Баркот, — Я даже рад, что бегал за тобой и доставал с глупыми вопросами. Но согласись, тебе самому это нравилось. Словно у тебя есть младший брат, которого нужно обучить азам жизни.
— Первое время, было сложно, — усмехнулся Маток и глотнул из бутыли, — Но итог меня устраивать. Ты и правда, стал мне Брат… не смотря на то, что ты из Тёмных, — он опустил взгляд, — Ты прости, что тогда не взял у тебя яблоко…
— Не извиняйся, — глянул Баркот на просторы серого космоса, — Я не хочу, что бы тебя то же призирали, поэтому я не в обиде. Поверь, Маток, они примут меня. Я смогу изменить их мышление.
Баркот не лгал, и Маток это прекрасно понимает. Он видит, как пылают глаза друга, что точно намерен исполнить сказанное.
— Тогда за будущее между Тёмными и Абсолютами, — протянул он бутыль в сторону Баркота.
— За будущее!
Друзья чокнулись, и в этот самый миг мир в моих глазах преобразился. Я оказался внутри кристаллической кареты, что тянут за собой единороги. Два друга сидят на одной стороне, а напротив них, рядом со мной, сидит угрюмый мужчина Абсолют с торчащими из спины щупальцами. На нём толстая белая броня с письменами Абсолютов. На поясе висит красный меч. В глазах, вокруг зрачков, крутятся три Стигмы. За окном раскинулся мир Вершителей. Я высунул голову из окошка, и мои глаза плясали от восторга. Улицы затопили Абсолюты в одежде 17–18 века: девы в пышных платьях, а мужчины в строгом классическом костюме. Четырёхэтажные дома из золотого кирпича радовали взгляд, а кристаллические башни, что высятся за пределы космоса, мерцают как сапфир. Так же я увидел и базар без крыши. Он находиться между зданий, что образуют из себя квадрат. И там, помимо еды и вещей, продают диковинные вещи, из которых струиться ток. И у них нет камней света, как у Касты Судьба, по домам раскинулись белые провода, по которым и идёт ток. Всё же Вершители, куда технологичнее Судьбы. Те и правда ведут себя, и живут, как религиозные фанатики. И именно поэтому мужик рядом со мной осматривает одежду Матока и Баркота с неким удивлением… его бесят белые туники. Так же за спиной у парней небольшие сумки с вещами.
— Первое, — вдруг замолвил мужчина, — Вас допускают во «Дворец Света». Там, когда–то, был дом нашего Прародителя. Это земля священна, как и «Сад Озорка». Там же располагаются запретные комнаты. Вы познакомитесь с Повелителем Вершителей и Лордами. Дальше посмотрите информацию, и вам выдадут задание… — его глаза улеглись на Баркота, — Тёмный, дам тебе совет… не смотри в глаза Повелителя Вершителей. Она не рада тому, что ты здесь находишься… как и мы все.
«Это ненадолго…» — улыбнулся Баркот, но ответил иначе.
— Я вас понял, спасибо за совет.
Карета вмиг остановилась, и все пассажиры вышли наружу. Мои глаза расширились, и я только и делал, что поднимал голову, пытаясь обхватить взором «Дворец Света». Он выполнен из белоснежного кристалла, и форма его рисует огромную человеческую голову, из которой вырываются белоснежные крылья и шесть золотых щупалец. Золотые глаза светятся, словно внутри установили прожектор. На лбу изображены шесть стигм — шесть золотых звёзд… хотя они должны быть белого цвета.