"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

— Назад, — бурчит Ирбис, стрельнув взглядом в Журавлёва. Тот с явным облегчением отступает, убирая наручники обратно в чехол.
— Благодарю за понимание. Хотите чаю? Горячего. А то прохладно, — предлагаю я.
— Нет. Когда прибудет ваш адвокат? — уточняет офицер.
— Скоро. Не переживайте, стоять вас здесь всю ночь никто не заставит. Ладно, я пока в машине посижу.
Сажусь обратно в свой автомобиль, откидываю спинку сидения и включаю массажный режим. Пока жду Тимофея, можно немного расслабиться и помедитировать…
  
Санкт-Петербург. Зимний дворец. Личные покои императрицы-матери.
Анастасия Фёдоровна сидит у камина и не спеша вяжет шарф. Она любит вязать перед сном — это помогает ей отвлечься от лишних мыслей и спокойно уснуть. С возрастом она стала плохо засыпать, а вязание стало отличной альтернативой снадобьям и заклинаниям, которые предлагали ей целители.
В дверь раздаётся осторожный стук. Императрица-мать удивлённо приподнимает бровь и переводит взгляд на настенные часы. Час уже поздний, кого могло принести?
— Кто там?
— Ваше величество, это я, — раздаётся голос Константина, главы «Неясыти» — личной службы Анастасии Фёдоровны, которая сочетает в себе шпионскую структуру и службу безопасности.
— Можешь войти, — отвечает императрица, заканчивая ряд в вязании.
Константин заходит и низко кланяется, а затем говорит:
— Ваше величество, вы просили краем глаза приглядывать за тем юношей, Андреем Зверевым.
— Помню-помню, — Анастасия Фёдоровна приподнимает уголки губ, вспоминая молодого барона, с которым они так славно потанцевали на балу.
— Я получил донесение. Говорят, что Зверев изменил короне.
— Что? В чем конкретно его обвиняют? — совершенно спокойным тоном интересуется императрица.
— Он был обвинён в контрабанде разломных ресурсов. Сотрудники службы безопасности империи сейчас у него во владениях, у них есть ордер на арест, — объясняет Константин.
— Он ведь член ордена Стражей, зачем ему заниматься контрабандой?
— Вы же знаете, ваше величество, среди Стражей тоже есть нечистые на руку люди.
— Андрей произвел на меня крайне приятное впечатление, а я отлично разбираюсь в людях.
Константин почтительно кланяется, а затем говорит:
— Простите, ваше величество, но даже лучшие из нас иногда ошибаются. Служба безопасности империи не стала бы без причин вторгаться в его владения.
Анастасия Фёдоровна откладывает вязание и приказывает:
— Не сомневаюсь, но всё же. Узнайте, что там на самом деле произошло. Я в курсе, что у Андрея есть враги, вполне возможно, что это хитро организованная подстава. Если он действительно виновен — то ликвидируйте его. Если же его кто-то подставил — то накажите этого человека. Мне не нравится, когда достойных дворян пытаются оболгать.
— Будет сделано, ваше императорское величество, — ещё раз поклонившись, Константин выходит из комнаты.
Императрица, вздохнув, снова берёт в руки недовязанный шарф и смотрит на пылающий в камине огонь. Интересно, почему же она так переживает за этого Зверева? Похоже, что юноша и правда, произвёл на неё неизгладимое впечатление…
Российская Империя. Недалеко от Санкт-Петербурга. Владения барона Зверева.
Пока дожидаемся Тимофея, с командиром спецотряда кто-то связывается по телефону. Он отходит в сторону и долго спорит со своим собеседником. До меня долетают лишь обрывки фраз, но я понимаю, что Ирбис говорит с кем-то из начальства и тот, похоже, высказывает сомнения в моей виновности.
Не иначе, командор постарался. Он ведь обещал позвонить кому-то из своих знакомых в управлении СБИ.
Скоро приезжает Тимофей, и не один. С ним из машины выходит какая-то девушка — потрясающе стройная, с чёрными волосами до талии и хитрым лисьим взглядом.
Подхожу к Тимофею и здороваюсь с ним, а он представляет свою спутницу:
— Ваше благородие, это Мария, маг-менталист. Она поможет доказать вашу невиновность.
— Рада знакомству, Андрей Алексеевич, — девушка кланяется, позволяя заглянуть в вырез своей блузки. Ух, там есть на что полюбоваться.
— Мы не примем показания стороннего менталиста, — бурчит, приближаясь, Ирбис.
— Я аккредитована службой безопасности империи, офицер, — с очаровательной улыбкой отвечает Мария и достаёт из кармана удостоверение с магической печатью.
Ирбис внимательно изучает его и недовольно пихает обратно, а затем бурчит:
— Хорошо. Тогда приступим. Учтите, что мой сотрудник будет внимательно следить за структурой вашего заклинания. Если он увидит, что вы помогаете барону солгать — вас лишат аккредитации.
— Этого не случится, — грациозно потягиваясь, отвечает девушка, заставляя всех мужчин вокруг обратить внимание на свои соблазнительные формы. Похоже, она искренне этим наслаждается.
Командир безопасников подзывает своего мага. Мария под его присмотром создаёт ментальное заклинание, связываясь с моим разумом. Удивительно, но я не испытываю никаких неприятных ощущений — обычно ментальная магия ощущается как что-то противное, будто кто-то запускает липкие щупальца тебе в мозг. Но заклинание Марии ощущается скорее как эротичные прикосновения женских пальцев.
В качестве индикатора девушка создаёт небольшой светящийся шарик, который повисает в воздухе между нами.
— Барон Зверев, вы занимаетесь контрабандой разломных ресурсов? — спрашивает Ирбис, когда связь оказывается установлена.
— Нет. И никогда не занимался, — качаю головой.
Шарик загорается зелёным, и это значит, что я не вру. Ирбис, скрипнув зубами, продолжает:
— Занимается ли контрабандой кто-то из ваших слуг, сотрудников на предприятиях или других служащих?
— Понятия не имею. Если вдруг занимается, то я ничего об этом не знаю и никогда не отдавал связанных с этим приказов, — отвечаю я.
Шарик продолжает светиться зелёным светом. Мария, откровенно скучая, разглядывает свои ногти. Поймав мой взгляд, она хитро щурится и подмигивает.
М-м, похоже, эта киска не против поиграть. Нет, спасибо, я сегодня что-то утомился. Да и мысли, честно говоря, заняты другой женщиной.
— Откуда в самосвале, который выезжал из ваших владений, взялись радужные камни? — спрашивает Ирбис.
— Я не знаю. Эти камни мне не принадлежат, — бросив взгляд на ящик, говорю я.
И снова правда. Хотя по-другому и быть не может.
Офицер, заметно напрягаясь, пытается хоть как-то добыть доказательства моей виновности, но терпит позорную неудачу. В конце концов, у него кончаются вопросы, и он, ругнувшись сквозь зубы, рявкает:
— Ладно! Признаю вашу невиновность, господин барон.
— И всё? — спрашиваю я.
— Приношу извинения от лица имперской службы безопасности. Однако это не значит, что обвинение снято! Мы продолжим расследование. Возможно, вы создали какую-то очень хитрую схему, которую я пока что не могу распознать. Поэтому не расслабляйтесь, — бросив недовольный взгляд на Марию, Ирбис машет рукой своим и кричит:
— По машинам! Поехали отсюда.
— Прощайте. Вряд ли мы ещё раз увидимся, — говорю я.
— Подождите! Вы что, собираетесь нас просто так покинуть? Всё должно быть задокументировано. Мне понадобится ваша подпись вот здесь, — Тимофей догоняет офицера и суёт ему в руки бумагу, которую составил во время допроса.
— Они такие предсказуемые. Если бы я хотела их обмануть, то с лёгкостью бы это сделала, — протягивает Мария.
— В этом не было необходимости. Меня оклеветали. Кстати, не хотите ли задержаться ненадолго? — спрашиваю я.
— О чём это вы, ваше благородие? — игриво накручивая прядь волос на палец, интересуется менталистка.
— Не о том, о чём вы подумали. Я подозреваю, что камни мне подкинул один из строителей. Мои наёмники собрали их всех, и вы могли бы упростить задачу по поиску виновного.
— О, с радостью. Но мне оплатили только один допрос, — отвечает девушка.
— Не беспокойтесь, вы получите щедрую награду. Только дождёмся, пока эти господа нас покинут, — говорю я, смотря на безопасников, рассаживающихся по машинам.