"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

Проходим в гостиную, где уже накрыт стол. За ним сидит молодой мужчина, которому, насколько я знаю, даже меньше тридцати. Однако выглядит он так, будто ему глубоко за сорок — бледная сухая кожа, морщины на лбу и в целом измождённый вид.
Впрочем, неудивительно. Сколько он пролежал со своей проклятой раной? Больше двух лет? Неудивительно, что он так ослаб. Удивительно то, что он вообще до сих пор жив. Вот это вызывает во мне уважение. Значит, у парня есть воля к жизни.
  
Опираясь на трость, Георгий поднимается и низко кланяется мне.
— Андрей Алексеевич, примите мою самую искреннюю благодарность. Я обязан вам жизнью.
— Бросьте, Георгий. Как я мог оставить в беде брата своей близкой подруги.
— Мы все очень вам благодарны, — тепло улыбается Алиса Михайловна.
Иван Степанович указывает на место в глубине стола и зычным голосом говорит:
— Садитесь, барон! Давайте ужинать, пока всё не остыло.
Садимся за стол, и первый тост все поднимают за меня. Впрочем, виски пьём только мы с Иваном Степановичем. Георгий ещё не полностью пришёл в себя для алкоголя, мама Ларисы предпочитает сок, как и сама Лариса. Думаю, не хочет повторения того, что случилось на том празднике, хе-хе.
Однако я постоянно ловлю на себе её взгляд, и не только я это замечаю. В какой-то момент Алиса Михайловна заговорщицки улыбается и спрашивает:
— Ларочка, может, ты пересядешь поближе к Андрею? А то глаза устанут постоянно на него коситься.
— О чём ты, мама? — бурчит Лариса и краснеет.
— Да ладно, все мы видим, как ты на него смотришь, — подмигивает Иван Степанович.
— Никак я на него не смотрю!
— Ларисе просто нравится мой галстук, ничего такого, — с улыбкой говорю я.
— Да. Отличный галстук, — соглашается Огонёчек, пряча взгляд в тарелке.
Тему удалось замять, но я вижу, как родители Ларисы с пониманием переглядывается. Как интересно. Конечно, надо быть дебилом, чтобы не понять, что я нравлюсь девушке. Один недавний поцелуй чего стоит, да и другие моменты были. И если раньше она бы наверняка обиделась на мою шутку про платье и огрела бы меня чем-нибудь тяжелым, то теперь ей, вроде даже понравилось.
Вопрос в том, а нравится ли она мне? То есть, нравится, конечно, но я имею в виду, как спутница жизни. А то в поместье у меня как раз лежит бесхозное кольцо-артефакт, предназначенное для женщины из рода Зверевых.
Ох, пожалуй, всё же, рано думать о таком. Слишком много дел, чтобы думать сейчас о романтике и тем более о свадьбе. Но узнать Ларису поближе все-таки не помешает. А то мы редко общались в непринуждённой обстановке — обычно только на охоте или в других экстремальных условиях.
Надо сводить её на свидание, что ли. Чтобы самому понять, есть ли смысл развивать отношения.
— Андрей Алексеевич, позвольте вопрос, — говорит Георгий, нарушая молчание.
— Конечно. И можно на «ты», у нас здесь не официальный приём, — отвечаю я.
— Как я могу отплатить тебе за спасение? — напрямую спрашивает он, глядя мне в глаза.
Такая прямота мне по душе, поэтому я прямо и отвечаю:
— Ты ничего мне не должен. Но командор Фурин говорил, что ты хороший Страж, а я как раз набираю новый вольный отряд. Если хочешь в него вступить, с радостью проверю тебя на пригодность. Хотя вообще-то места ограничены, и я получил уже много заявок. Как быстро ты сможешь прийти в форму?
— Дай мне несколько дней, и я буду готов.
— Сынок, ты уверен? — осторожно спрашивает Алиса Михайловна.
— Да, — коротко отвечает он.
— Всё верно. Лёжа в постели, сильнее не станешь. Пусть приходит в себя и возвращается к службе, — кивает Иван Степанович.
— Верно говорите, — соглашаюсь я.
Отец Ларисы улыбается и тянется к бутылке:
— Ну что, ваше благородие, ещё по одной?
— С радостью, Иван Степаныч! — отвечаю я, протягивая бокал.
Российская Империя. Недалеко от Санкт-Петербурга. Владения барона Зверева.
Самосвал, вывозящий строительный мусор, не спеша едет по дороге, рассекая темноту светом фар. Водитель фальшиво подпевает играющей по радио песне и думает о том, что уже скоро окажется дома, славно поужинает и ещё успеет перед сном покувыркаться с любимой женой.
Когда он видит едущие навстречу автомобили, то удивляется. Кто это на ночь глядя едет во владения барона? Здесь гости редко бывают, тем более такие поздние.
Когда машины вдруг резко поворачивают и преграждают ему путь, водитель уже не просто удивляется, а по-настоящему пугается. Он резко давит на тормоз, останавливая самосвал.
Из автомобилей выскакивают вооружённые люди и орут:
— Служба безопасности империи! Вышел из машины! На землю, руки за голову!
— Сейчас, сейчас! — до смерти перепуганный водитель моментально подчиняется.
Он чувствует, как в затылок упирается холодный ствол автомата, и сам весь леденеет. Он не видит, что делают безопасники, но кажется, будто они ковыряются в мусоре, который он вёз на свалку.
Наконец, к нему кто-то подходит и приказывает:
— Посмотри сюда.
Водитель послушно поднимает глаза и видит перед собой офицера, который держит в руках картонную коробку, внутри которой находятся какие-то разноцветные переливающиеся камни.
— Ты знаешь, что это? — спрашивает офицер.
— Нет, господин, понятия не имею…
— Точно? В глаза смотри!
— Точно, точно! Я ж простой работяга, мусор вывожу!
— Хрен с тобой. Зато я знаю, что это. Редкие ресурсы из разломов. Похоже, что твой господин занимается контрабандой… Журавлёв!
— Да, командир, — откликается один из солдат.
— Позвони в управление. Скажи, что показания подтвердились. Нам нужен ордер на арест барона Зверева.
  
Глава 12
 
Российская Империя. Недалеко от Санкт-Петербурга. Владения барона Зверева.
Остаток вечера в доме родителей Ларисы проходит замечательно. Так душевно общаемся, что даже жаль уезжать, но надо. Завтра у меня, как всегда, много дел.
— Огромное спасибо за гостеприимство, но мне пора, — говорю я, поднимаясь.
— Как, уже? Ох, надо же, уже совсем темно! Может, останетесь переночевать? — с надеждой спрашивает Алиса Михайловна.
— Благодарю, но я лучше поеду к себе.
— Я провожу, — Лариса поднимается.
Пожимаю руку Ивану Степановичу и Георгию, и направляюсь к выходу. Лариса выходит за мной на улицу, тут же зябко обхватив себя за плечи.
— Не стоит провожать меня до самой машины. Холодно же, — с улыбкой говорю я.
— Я могу себя согреть, — бурчит она и щёлкает пальцами. Её окружает почти незаметная, но довольно сильная магическая аура, от которой исходит тепло.
— Я как только тебя увидел, сразу понял, что ты горячая штучка.
— Что за намёки, Зверев⁈
— Какие намёки? Я прямо говорю, что ты очень красивая. И твоим магическим талантом я тоже восхищаюсь.
— Спасибо, наверное, — отвечает Огонёчек, опуская глаза.
— Поцелуй на прощание? — спрашиваю я, открывая дверь машины.
— Это предложение или просьба?
— А тебе как больше нравится?
— Никак. Обойдёшься.
— Да ладно тебе. Можешь перестать притворяться такой колючей, — говорю я, обнимая её за талию и прижимая к себе.
— Отпусти, вдруг родители смотрят, — ворчит она, но не особо-то пытается выбраться из моих объятий. Напротив, в её глазах я вижу тот же страстный блеск, как перед поцелуем на празднике.
— Тебе что, пятнадцать лет? Пусть смотрят. Тем более, они сами заметили, что я тебе нравлюсь.
— Не нравишься ты мне! Ты наглый, невоспитанный, бессовестный…
Решительно прерываю её тираду поцелуем. Пару секунд Лариса сопротивляется и даже кусает меня за губу, но меня это не останавливает. Так что в итоге она растекается в моих объятиях. Её аура становится жарче, буквально опаляя меня, но я даже наслаждаюсь этим.
Неожиданно прервав поцелуй, я несколько мгновений смотрю в её большие зелёные глаза, и эти мгновения кажутся мне бесконечными.