"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
Я вонзил руки в «радужный фрукт», его сила начала перетекать в моё тело и сливаться со мной воедино. В моей голове застыли лица: Вани, Арана, Евы, Екатерины и… Дианира. Если сейчас я оступлюсь, я предам их «путь». Они хотели спасти меня не для того, что бы я стал предателем своей расы… я должен убить Единого и положить всему этому конец. Здесь, и сейчас!!!
— Поэтому ты подчинишься! — сжал я плоть радужного фрукта, мой голос завибрировал, а из глаз вышли золотые линии молний, — ТЫ ПОДЧИНИШЬСЯ МОЕЙ ВОЛЕ!!!
* * *
Единый наблюдал за тем, как чёрный кокон покрылся алыми глазами, а внутри тело Алестера начало чернеть. Процесс запустился, и его не остановить. Что бы Дианир не делал, Алестер Ламберт — первая копия Дианира во всех созданных мирах, будет последним сыном Единого. Больше «Цикла» не существует, «Судьба» более никому не подвластна. И теперь, собирать ростки, разбросанные по всем мирам… нет смысла. Всё кончено. Единый пришёл к кульминации своего плана. Его дети разрослись настолько, что его дом состоит из семи планет. «Абсолюты», заточенные в алой луне, теперь навеки вечные источник силы Единого, и его детей. Последняя часть «Созидания» завершиться на первом «Алестере Ламберте», дальше — наступит Хаос…
— Дети мои… – окинул Единый взглядом рогатых, — Сегодня, вы встретите своего последнего брата, что появится из эволюционного процесса. Дальше, мы пройдемся по всем мирам, уничтожим их, и сделаем все формы жизни своими рабами. Никто, кроме нашей расы, не смеет свободно существовать в созданных мной мирах, лишь мы можем жить свободно. А так же, мы уничтожим остатки «Абсолютов», что скрылись в дальних просторах первой галактики. Время настало… они те последние ростки, что угрожают нашему существованию. Вы все готовились к этому дню. И он наступил…
Единый начал медленно спускаться по лесенкам в пирамиде.
— Мои Асы, — указал он на кристаллических воинов стоящих на подиумах, на углах пирамиды, — соберут последние «радужные фрукты», и даруют некоторым из вас небывалую силу. Мы должны быть полностью готовы к последней войне против «Абсолютов»! – он подобрался к кокону из тьмы, покрытой алыми глазами, — Ну же, сынок… мы все ждём твоего пробуждения.
Все Дети Единого искренне улыбнулись, дожидаясь, пробуждение своего Истинного брата. Дети сжали кулачки, внимательно наблюдая за последним чудом их расы.
На поясе Единого весят десять чёрных манускриптов. Десять украденных «Судеб» лапами Цикла. Так как Единый был хозяином этого существа, манускрипты висят на его поясе, и некоторые исчезли, скоро они исчезнут все. Так Единый понял, что Дианир уничтожил его главный козырь. Но что–то было не так. Один из манускриптов дрожал и отдавал белым светом.
— Что?… — он снял манускрипт с пояса и развернул черный пергамент, где была запечатана «Судьба» Дианира. В самом конце, появились новые помарки, а именно:
ИСТИННОГО СЫНА ЕДИНОГО
ИСТИННЫЙ СВЕТ!!!»
Эпилог
Такую мощь как сейчас, я никогда в жизни не чувствовал. Тело словно существует в десятках тысяч миров одновременно. Я вижу поток силы, времени, и судьбы. Вижу, как из алой луны тянуться сотни тысяч живых нитей — судьбы, которые заточили в этой тюрьме. Они все хотят свободы…
Единый встал в нескольких шагах от меня, оглядел с ног до головы мой новый образ. Мой свет не выжигает его плоть и не развеивает тьму, как это случилась с его детьми. Так же и его кристаллические войны чувствуют себя превосходно в моём присутствие.
Я не понимаю, кто «я»?… Или кем стал?.. я знаю лишь одно — у меня есть сила убить то «зло», что окинула своими костлявыми пальцами все миры. И я не дам человечеству в любом из миров, стать вечным рабом на «его» планетах. Никогда… только через мой труп!
Из кровавой луны вышли сотни золотых линий, что вонзились прямо в спину все–отца. Он начал поглощать часть силы золотоглазых людей. И поэтому, от него стало веять небывалой мощью.
— Давай начнём… мальчишка! — усмехнулся Единый.
Я вкачал свою новую силу в Мефисто и Вельзевула, и они вмиг приняли фиолетовый цвет, усилившись в сотни, а то и в тысячу, раз.
— Я готов… закончим всё здесь и сейчас!
Мои руки покрылись золотым льдом, вокруг почасовой закрутился фиолетовый огонь. Ноги обволокло золотыми молниями, что расходились изогнутыми линиями по всей верхушки гигантской пирамиды.
Я замахнулся от плеча и сделал удар. Атаковал на скорости, что пробивает само пространство и время. Никакие законы живых на меня больше не действуют.
Мой кулак угодил прямо в цель. Вот только Единый выставил перед собой ладонь и остановил мой удар. Ударная волна располовинила пирамиду, и разошлась волнами по всему миру, сотрясая здания-шпили.
Мои глаза чуть расширились. Мой импульс «благодати», то, что я вложил в удар, был поглощён в ладонь Единого. И я чувствую, что он поедает мою силу, пока мои костяшки касаются его кожи.
— Что такое, мальчишка? Не можешь понять, что происходит?
Удар. В меня словно вонзилась гора из тьмы. Тело должно было переломать, но оно выдержало. Я лишь успел вытянуть руку и призвать меч Арана в свою ладонь, как реальность в моих глазах изменилась. Я врезался в какую-то безжизненную планету, пробив её насквозь и вылетев с другой стороны. Казалось ударную волну, направленную в моё тело, не остановить.
Я высвободил из себя золотую ауру, и разорвал всю ту тьму, что врезалась в моё тело.
Меня прибило к планете, что блуждала во тьме бескрайнего космоса. Здесь нет жизни или какой-то эко-системы. Я могу дышать, но чем–то другим, точно не кислородом. Тело словно адаптируется к любой среде, и позволяет мне выжить в ЛЮБОЙ ситуации.
В моей руке алый клинок покрытый золотыми рунами. Письмена вспыхнули ярко белым пламенем, и я почувствовал, что клинок ожил и признал меня своим хозяином по–настоящему.
— А я ведь предлагал тебе стать моим сыном… — Единый застыл во тьме космоса, сжимая в правой руке черный меч, покрытый горящими алыми письменами, — Впервые вижу такого глупца, кто отказался от подобного… — он приземлился на планету, подняв серую пыль в невесомость, — Ну ничего… ты станешь кормом для меня и моих детей. Ты сам выбрал свою участь! Ты, и твой оригинал!
Я встал в стойку, поднял клинок, и атаковал молниеносным выпадом. Единый ответил тем же.
Как лезвия столкнулись. Планета разделилась на две части, испустив из себя электромагнитные импульсы. Я запрыгнул на парящий остров, объял меч фиолетовым огнём и махнул от плеча, высвободив линию огня, что затмила своими светом, казалась, всю тьму космоса. Вся эта мощь врезалась в «Единого», но он с легкостью разрезал атаку взмахом чёрного клинка.
— Черт!
Я ускорился, обратившись в свет кометы, и вонзился в блок меча Единого, начав таскать его по половине разрубленной планеты. Чуть оттолкнул его, расцепил лезвия, и начал рубить клинком, пытаясь поймать Единого и отсечь ему голову. И в один момент, я нашёл просвет. Атаковал горизонтально наотмашь. Я видел, как лезвие моего меча практически прикоснулось к чернильной шее, да вот два пальца покрытые мраком поймали клинок. Причём сделал он это с легкостью, так и не дав мне завершить удар.
От такого зрелища я на секунду потерял дар речи. Он остановил мою атаку… двумя пальцами.
— Это ведь не всё? — положил он ладонь на мою грудь, а я даже этого не заметил, — Старайся лучше, щенок!!!
В глазах всё ускорилось. Из ладони Единого вырвался чёрный луч ауры, что поражал своими масштабами. Он мог спокойно уничтожить с десяток планет одним залпом.
Моё тело начало пробивать насквозь саму реальность. Меня выбросила в другую вселенную, следом чёрный луч пробил мной ещё одну реальность, и наконец–то, атака закончилась.
Мои руки и меч накалились, плоть оплавилась и кровоточит. Я набрал такую скорость, что сложно понять, где я нахожусь… но я заметил краем глаза, что лечу прямо на зелёный шар покрытый белыми облаками. На этой планете есть жизнь…