"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

— Господа, это я называю конструктор! Собирать обратно не буду, оставлю развлечение для гробовщика. И пусть он будет благодарен, что я разобрал его только на шесть частей, а не на двенадцать или сорок восемь, — объявляю я.
— Бежим! — орёт кто-то, и все оставшиеся в живых наёмники и гвардейцы графа бросаются наутёк.
— Нет уж! На этот раз вы никуда не уйдёте, — говорю я и бросаюсь в погоню.
  
Приходится немного побегать по лесу, но в итоге никто не уходит живым. Разобравшись на одной стороне дороге, я впитываю ману из кристалла и бегу на другую. Выпускаю Кардинала, чтобы наверняка никто не смог сбежать, и преследую поганцев до тех пор, пока последний из них не падает замертво.
Да, это занимает время. Но стоит того. Уж больно расстроили они меня своей засадой.
Вернувшись на дорогу, я встречаюсь с графом Самойловым, который хмуро сообщает:
— Виктор ранен.
— Насколько серьёзно? — спрашиваю я, чувствуя, как впервые за всё время войны меня охватывает тревога.
— Жить будет, но сражаться уже нет. Они сломали его доспех и прострелили ногу. Целители уже работают, — отвечает Борис Анатольевич.
— Хорошо. Тогда я спокоен. Вас порадует новость, что никто из врагов не смог уйти?
— Конечно! Но ещё сильнее я порадуюсь, когда отомщу Хрипунову за страдания моего сына. Ты готов отправляться дальше? Оставим здесь людей, чтобы разобрались с пострадавшими и всем остальным, а нам надо спешить.
— Командуйте. Я только навещу Виктора и сразу за вами. Где он?
— Всех раненых собирают там, — граф Самойлов указывает на грузовик, съехавший на обочину.
Кивнув, я тороплюсь туда. Виктора нахожу сразу. Он уже не просто на ногах — подобрав какую-то палку вместо костыля, он помогает другим раненым.
— Дружище, ты как? — подойдя к нему, спрашиваю я.
— О, Зверюга! Долго тебя не было. За убегающими гонялся? — вопросом на вопрос отвечает тот.
— Да, и всех догнал. Ты в порядке?
— А по мне не видно? Подумаешь, пуля в ноге. Её уже вытащили, — говоря это, Самойлов неловко оступается и кривится от боли.
— Так, блин! Выбрось эту палку и ложись. Здесь других хватает, кто может помочь раненым, — говорю я.
— Хоть вы его убедите, ваше благородие! А то заладил, не хочет без дела сидеть, — поддакивает целительница, которая лечит рядом магией обожженного бойца.
— Ладно, ладно! Сдаюсь. Буду сидеть, как пень, — Виктор отбрасывает свой импровизированный костыль и садится на землю, обиженно надув губы.
— Ты красавчик, но теперь надо немного отдохнуть, — я наклоняюсь и хлопаю его по плечу.
— Самое интересное теперь без меня произойдёт. Ладно, передавай привет Хрипунову! Под приветом я подразумеваю крепкий удар по морде.
— Без проблем, дружище. Ещё увидимся! — подмигиваю я и спешу вслед уходящей колонне.
Дальше продвигаемся без проблем. Писемский звонит и рассказывает, что на подступах к поместью его гвардия попала под обстрел. Они накрылись походными куполами и продвигаются вперёд, хотя огонь по ним ведут нешуточный. Всё-таки у графа Хрипунова гораздо больше солдат и ресурсов, чем у Рогова. Вероятно, взять его поместье будет несколько труднее.
Из леса мы вышли уже с активными походными щитами и полностью заполненными накопителями маны. И не зря, по нам тоже начинают лететь артиллерийские снаряды, а потом и вовсе наступает снежная буря. Хрипунов использовал мощный артефакт, чтобы хоть немного нас задержать. Град размером с яблоко стучит по щитам, метель полностью перекрывает обзор, снег заваливает дорогу, мешая проезду.
Только это всё бессмысленное баловство. Мы продолжаем путь, и буря вскоре заканчивается, а перед нами проявляется поместье Хрипунова.
До этого я видел его только ночью, и теперь не могу не восхититься. Приятная старинная архитектура, ухоженная территория. Примерно так же, судя по всему, выглядело поместье Зверевых до того, как его уничтожили. Что ж, пришла пора ответить за уничтожение моего рода. Я не только верну себе свои земли, но заберу все, что принадлежит тем, кто виноват в гибели моего рода.
Вижу, что силы Писемского с другой стороны уже встали лагерем и активировали замковый щит. Теперь они готовят пушки и артефакты, а машина самого барона едет в нашу сторону.
Граф Самойлов тоже приказывает запустить замковый щит и начать готовиться к обстрелу. Повернувшись ко мне, он спрашивает:
— Я думаю, что стоит предложить ему сдаться. Если откажется — тогда будем ломать купол.
— Ну, давайте попробуем. Только сразу предупреждаю, меня устроит только полная и безоговорочная капитуляция, а на нее он вряд ли согласится, — отвечаю я.
— Война объявлена тебе, так что ты и решай, какие условия сдачи выставить. Но учитывай, что теперь ты воюешь не один, — наставительно говорит Борис Анатольевич.
— Я помню, и очень благодарен вам и барону Писемскому. Но если Хрипунов не согласится на мои условия, то я его убью.
— Кстати говоря, а что ты потребовал у Рогова? — интересуется граф Самойлов.
— Всё.
— Что значит всё?
— Ну, то и значит. Его имущество, земли, поместье, предприятия… Всё, — поясняю я.
Борис Анатольевич недоумённо смотрит на меня и спрашивает ещё раз:
— Вообще всё?
— Да, — киваю я.
— Это даже не драконовские условия, это… я не могу подобрать слово. Ты не слишком суров, Андрей? — каким-то взволнованным тоном уточняет граф.
— Учитывая, что эти двое уничтожили мой род и собирались убить меня? Мне кажется, я очень милосердно поступил, что оставил Рогова и его семью в живых. Я даже оставлю им немного денег. На прежнюю шикарную жизнь не хватит, но с голоду не умрут. Это Более чем щедро, вы не находите?
— Хм, ну, если так посмотреть, то да. Ты поступил благородно, — соглашается Борис Анатольевич.
— Кроме того, отныне все должны знать, чем для них будет заканчивается война с родом Зверевых. Это показательная порка, чтобы у других не возникало иллюзий о том, что они смогут напасть на меня и не понести за это сурового наказания, — закончил объяснять свою позицию я.
Мы, всё же, отправляем к поместью посланника, который возвращается ни с чем. Хрипунов даже говорить отказался. Что, честно признаться, меня порадовало. Если бы Владимир Сергеевич так легко сдался, это было бы скучно.
Взяв машину, я объезжаю поместье по периметру и убеждаюсь, что вся местность вокруг открытая. Подобраться под прикрытием деревьев, как у Рогова, не выйдет.
Возвращаюсь к командному шатру, где собрались Самойлов, Писемский и командиры их войск, включая Хакаса. Зайдя внутрь, говорю:
— Я смогу уничтожить купол, но мне надо подойти вплотную. Нужно прикрытие.
— Он сможет. У Рогова довольно быстро справился, — подтверждает Валерий Васильевич.
— Здесь будет сложнее. Щит гораздо крепче, и у них наверняка есть дополнительные накопители. Но я всё равно разберусь. Попробовать в любом случае стоит, — говорю я.
— Хорошо. Хакас, обеспечь ему прикрытие. Мы тем временем продолжим обстрел, — говорит Борис Анатольевич.
Командир спецназа выделяет мне один из своих броневиков с водителем и двух магов поддержки, которые способны защитить меня от вражеской магии и снарядов. Конечно, я и сам могу поставить астральные щиты, но лучше бы мне сосредоточиться на разрушении купола. Он и правда, значительно крепче, чем у Рогова.
Садимся в машину и собираемся выдвигаться, как вдруг земля под нами начинает трястись. Раздаётся грохот, который заполняет всё вокруг и заглушает даже выстрелы пушек. Земля вдруг покрывается трещинами и обваливается. Не успеваю оглянуться, как вокруг поместья вырастает широкий ров.
К счастью, все наши солдаты и машины успели отойти. Но теперь между нами и целью появилась настоящая пропасть. Продолжать обстрел мы можем, а вот подойти вплотную уже не получится.
Самойлов и Писемский выходят из шатра. Валерий Васильевич, глядя на случившееся, цокает языком и говорит:
— Артефакт магии земли. Очень мощный. Должно быть, целое состояние стоит.