Скрип на лестнице
– То есть вы не заметили никаких признаков присутствия других людей: ни машин, ничего?
– Нет, ничего. – Рейнир решительно мотнул головой.
– А мне все-таки показалось, будто я что-то услышала, – быстро вставила Артна. – Поэтому я поднялась на самый верх. И тогда я… я ее увидела.
Сайвар и Эльма переглянулись:
– А какой звук ты услышала? – спросил Сайвар.
– Такой как бы стук. Как будто на маяке кто-то был. Только там никого не было, – ответила она, и как будто уже одна эта мысль вселяла в нее дрожь.
– Да, мы ее увидели, только когда поднялись на самый верх. То есть я ничего не увидел, а вот Артне показалось, она видит что-то, – сказал Рейнир.
– Что ты заметила? – Эльма обратилась к Артне. – Тут же темно и видимость плохая. Труп хорошо был заметен с маяка?
– Я увидела только волосы. Мне показалось, что они двигаются, но, наверное, это они просто на волнах качались. – Ее голос был таким тихим, что Эльме пришлось наклониться поближе, чтобы расслышать его за шумом ветра, бившего в стекла машины. – Мне показалось, что это животное. Шкура животного.
– И что вы сделали? – спросил Сайвар.
– Я решила посмотреть, могу ли я, ну, помочь там или что, – ответила Артна. Она, судя по всему, не собиралась больше ничего говорить, и тогда продолжил Рейнир. – Нам не надо было далеко ходить, чтобы понять, что никакое это не животное.
– Вы что-нибудь трогали на тех утесах? – спросил Сайвар.
– Нет, мы поспешили поскорее убраться оттуда и позвонили в полицию. Такие вещи ведь трогать не хочется, – ответил парень и наморщил нос.
Девушка молчала и сосредоточенно колупала пальцем обивку сиденья. Сайвар посмотрел на Эльму, затем записал телефонные номера парочки и велел им идти домой отогреваться.
Эльма проводила их уезжающую машину взглядом:
– Не стоило бы подержать их подольше, на случай если они как-то замешаны в этом деле? Или это маловероятно?
– Та женщина наполовину погрузилась в воду, – ответил Сайвар. – А на них обоих одежда совершенно сухая. Не думаю, что пока есть какие-то причины задерживать их дольше.
Эльма кивнула.
– Тело на самой дальней оконечности мыса, и, чтобы туда подобраться, придется карабкаться, – сказал Сайвар. Эльма последовала за ним. Она едва не потеряла равновесие на скользких камнях и непроизвольно ухватилась за Сайвара.
Когда она подошла ближе, то заметила, что Хёрд стоит чуть поодаль, засунув руки глубоко в карманы, и следит за работой технического отдела. Они все были одеты в голубые защитные комбинезоны. А один держал светодиодный фонарь и освещал место. При обычных обстоятельствах фонарь можно было бы укрепить на треноге, но Эльма сомневалась, что на неровной поверхности это возможно. А еще тогда фонарь за считаные секунды снесло бы ветром.
Труп лежал в самом низу у утесов, застряв между двух камней. Техотдел не предпринял никаких попыток укрыть его пластиком или полотнищем, ведь он был почти не виден, кроме как с самого края утеса. Эльма не увидела лица, но волосы женщины были распущены и тихо покачивались на волнах. Она была в черном пальто, а ноги были в воде. Эльма так сосредоточилась на разглядывании трупа, что вздрогнула, когда на плечо ей легла рука.
– Прости, не хотел тебя пугать, – сказал Хёрд. – Не нравится мне, как это выглядит. Судя по всему, нам предстоит ужасно много работы, – добавил он.
– Есть подозрение, что произошло что-то криминальное? – спросила Эльма, пытаясь не обращать внимания на холод. От тонкого пальто проку было мало, а волосы трепетали на ветру, как она ни пыталась прижимать их. Она с завистью смотрела на меховую шапку Хёрда, плотно прижимавшую его волосы.
– Похоже, что да, – ответил Хёрд. – Если, конечно, она сама так сильно не побилась, сорвавшись с обрыва.
Труп перевернули, и их глазам предстало раздувшееся лицо. Глаза были закрыты, кожа светлая – если не считать голубоватых пятен на лице и шее. Эльма перевидала достаточно мертвых тел, чтобы знать, что пятна на лице женщины – это трупные пятна, а значит, она уже некоторое время пролежала мертвой. Один сотрудник техотдела откинул с лица женщины темную прядь, и на ее шее стали видны хорошо заметные следы.
– Непохоже, чтобы она сама сорвалась, – тихонько проговорила Эльма.
– Судя по состоянию тела, вряд ли она долго пробыла в воде, – сказал Хёрд. – В этих местах рачки-бокоплавы жутко прожорливые.
– Интересно, есть ли здесь какие-нибудь следы преступления? – Эльма окинула взглядом мокрые скалы вокруг.
– Здесь было бы непросто что-нибудь найти. Я опасаюсь, что такое местоположение отнюдь не облегчает нашему техотделу работу, – сказал Хёрд.
– Надо поскорее перенести тело. – Один сотрудник техотдела поднялся к ним, когда они уже некоторое время простояли там, наблюдая за работой. – Смысла нет пытаться получше рассмотреть его здесь, его надо оттуда убрать, пока прилив не начался.
Несколько человек уже держали наготове мешок для трупов и помогали друг другу осторожно положить тело в него. Потом они с трудом понесли мешок по скользким скалам к машине «скорой помощи». Хёрд, Эльма и Сайвар последовали за ними. Светодиодный фонарь передвинули, и среди утесов вдруг воцарился кромешный мрак.
– Вы можете на данном этапе сказать что-нибудь еще? – спросил Хёрд одного сотрудника техотдела, пока они осторожно пробирались к парковке.
– Я бы предположил, что она пролежала там недолго, вероятно, какую-то часть этого времени ее скрывали от глаз морская вода и камни. Из-за холода тело быстро окоченело, а окоченение сохраняется долго, поэтому я бы сказал: где-то сутки. На лице и шее у нее трупные пятна, и их расположение показывает, что она все время лежала лицом вниз. Мне кажется, ее не уносило в море дальше того места, где ее нашли. Надо будет попросить судмедэксперта установить причину смерти, – но этот след на шее ясно говорит, что она уже была мертва до того, как оказалась в море. Во всяком случае, причиной было не утопление.
– А еще следы на ее теле были? – спросила Эльма.
– Левая нога сломана – это сто процентов. К тому же на голове справа порез: это указывает либо на то, что она упала, либо на то, что ее ударили по голове – на данный момент сложно сказать, что это именно или что послужило окончательной причиной смерти, – ответил сотрудник.
– А документы при ней были? – поинтересовался Хёрд.
– Нет, мы не нашли ничего, что давало бы понять, кто она такая, – сказал сотрудник. – И в утесах мы ничего примечательного не нашли – но тут еще вопрос, какого размера территорию осматривать. Совершенно ясно, что многое указывает на то, что смерть наступила не в результате естественных причин, а значит, нам надо огородить еще большую территорию.
Они остановились перед новым маяком, и сотрудник окинул местность взглядом. Судя по его выражению лица, он не очень горел желанием браться за предстоящую ему работу.
– Мы здесь еще ненадолго останемся, – добавил он, вытирая лоб голубым рукавом. – Я вызову еще людей с участка на Винландслейд, без этого не обойтись.
– А это могла быть туристка? – спросила Эльма, наблюдая, как сотрудники техотдела сели в одну машину, припаркованную неподалеку. – Поскольку вам она оказалась незнакома.
– Может быть… – Сайвар задумчиво посмотрел вокруг. – И все же мне кажется маловероятным, что это туристка-иностранка, – сам не знаю, почему. Не могу ручаться. Но не похожа она на иностранную туристку.
– Наверняка утверждать, видимо, невозможно, но она точно не из Акранеса. Иначе я бы ее узнал, – сказал Хёрд.
Все посмотрели наверх, когда порыв ветра взвихрил волны и дождевые капли стали крупнее и многочисленнее.
– По-моему, скоро ливень хлынет. Наверное, мы здесь больше ничего делать не будем, давай пойдем в машину, пока ветер не стал еще сильнее. – Хёрд огляделся по сторонам. Техотдел все еще обследовал местность, и Эльма видела, что кое-кто работает и в старом маяке. «Скорая помощь» тронулась с места, и они проводили ее взглядом, пока она не скрылась из виду. Эльма уже давно оставила все попытки прижать волосы, чтобы не разлетались, а ее пальто насквозь промокло.