Ад - удел живых (СИ)
Поговорив ещё несколько минут, троица отправилась к машинам. Вскоре, перевалив через тракт, колонна въехала в запасной въезд на территорию промзоны.
Как и доложил Игорь, выкрашенные в желтый цвет здания цехов «Рыбинсккабеля» были закрыты. Никакого движения, кроме шелестящих на легком ветру краев упаковки огромных тюков, сложенных на площадке. Рядом с тюками высились катушки кабеля, уложенные в два яруса, перед воротами ближайшего здания стояла тентованная фура с логотипом известного перевозчика.
* * *— Ну, с богом! — Денис хлопнул Лукина по плечу, когда все приготовления к штурму бандитского бастиона закончились. — Когда они начнут отвечать огнем, беги по берегу. Не геройствуй! Если не получится, будем искать другие пути.
Проводив взглядом убежавшего Игоря, четверо мужчин, вооруженных автоматами и всем боезапасом, что собрали вскладчину, выбежали за пожарные ворота. Справа, всего в нескольких десятках метров, сверкало изоляторами оборудование подстанции, за ним высилась белая двухэтажка. Перебраться через забор не составило труда, из этого места люди тоже ушли, несмотря на то что станция по-прежнему работала.
— Егор, Фил, стреляем из глубины комнат, к окнам не подходить. Длинными очередями не бить, пять-десять патронов и сразу падаете на пол. Когда они отвечают, не стреляем. Особо не целимся, просто в сторону амбразур. Главное, дать Игорю возможность подобраться поближе. Егор, ты как? Не побежишь, когда пули в ответку полетят?
Щеки и уши юноши покраснели, он хотел что-то сказать, вероятно не слишком вежливое, но вовремя остановился.
— Никак нет, товарищ старший прапорщик! — ответив по-уставному, холодно и отрывисто, молодой резко развернулся и полез в развороченное окно первого этажа.
* * *Сделав приличный крюк, чтобы остаться незамеченным, Игорь благополучно добрался до маленького болотца, отделенного от водохранилища невысокой насыпью, с грунтовой дорогой поверху. Будь сейчас лето, густая листва на кронах деревьев и непроглядными кустами, позволила бы подобраться ещё ближе. Однако, листья ещё были жиденькие, не создавали плотную преграду для наблюдателя. До блокпоста осталось пару сотен метров, рацией пощелкал, теперь только ждать, когда бандиты огрызнутся огнем.
Игорь рассматривал ребристую «лимонку», зажатую в руке. Знаменитая граната, ставшая героиней боевиков и легенд. Взрывом разносит целые корабли, убивая все живое в радиусе двухсот метров… Впрочем, Бэтэр сказал, что все это мифы, при разрыве всего лишь небольшой хлопок, а осколки непонятно как разделятся. Бывало, что рванет в пяти метрах от человека, а на нем ни царапины. Вот в замкнутых помещениях, грозное оружие.
Взвешивая на ладони легкое металлическое «яйцо», разделенное на тридцать два квадратика, Лукин прикидывал, как рассчитать усилие для броска. С его мышцами творилось что-то необъяснимое — то, что было ещё неделю назад увесистым или тяжелым, сейчас казалось легче перышка. Ксюха стала невесомой, хоть кросс бегай, держа любимую на руках. Огромные баулы забрасывал в машины, не чувствуя их вес. Сами мышцы превратились в камень, проступая сквозь кожу рельефом длинных, плотных волокон. Что же случилось с телом после укуса того наркомана? И что случилось со зрением? Вчера видел, как раньше, а сегодня мир стал ярче, глубже, с сотни метров он мог рассмотреть даже мелкие детали.
Длинная, взахлеб, очередь прервала его размышления. Выстрелы товарищей почему-то не услышал, а ответный огонь ударил по ушам. Дождавшись второй очереди, Лукин вскочил и низко пригибаясь, побежал вперед, по самой кромке склона. Так, чтобы высаженные ровным рядом деревья скрывали его от возможного наблюдателя. Пробежав немного, сместился почти к кромке воды. Скорость упала, зато теперь его скрывал склон. Десяток метров, ещё десять, ещё… Пулемет стучал совсем рядом.
Осторожно выглянув, Игорь представил расстояние. Метров тридцать, может, чуть больше. Раньше забросить полкило на такое расстояние он и не мечтал, но сейчас… Перехватив гранату так, чтобы рычаг оказался под пальцами, как учил Денис, отогнул усики и выдернул чеку, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Нельзя бояться гранату, нельзя бояться… Черт! Зачем Берёза это сказал? А если из вспотевшей ладони выскользнет, или зацепится, или взрыватель сработает без задержки? Лукин почувствовал, как онемели пальцы, по спине прокатился противный холодок, дыхание перехватило. Над головой грохотал пулемет, пора начинать, а гигант никак не мог подняться на ноги, внезапно ставшие ватными.
Страх растекался по телу, накатившая слабость начала сменяться яростью. Ребят же сейчас порешат! «Утес» пробивает кирпичную кладку навылет, а в том домике она тонкая! Встав в полный рост и заскрипев зубами от раздирающих сознание противоречивых чувств, злобы и страха, Игорь бросил «лимонку» в направлении бандитов.
Сразу поняв, что все пошло сильно не так. Граната улетела много дальше блокпоста, разорвавшись где-то в отдалении. Пулемет на мгновение замолчал, тут же ударили из двух стволов. Путаясь в одежде, скрипя зубами от злости на самого себя, Лукин кое-как вытащил вторую из кармана.
Умерив усилие примерно в два раза, Игорь швырнул новый «снаряд». Пролетев по дуге, граната ударилась о край верхнего блока и упала снаружи бетонной коробки, сразу же разорвавшись. Совсем рядом с головой противно взвизгнули осколки, и тут страх Игоря перед смертоносным «яйцом» достиг предела. Ему же могло снести голову куском металла! В лицо хлынул жар, мир заволокло кровавым туманом…
* * *Хлопнула первая граната, развеявшись грязно-серым облачком дыма далеко за блокпостом, не долетев до земли. Виктор, наблюдавший за происходящим из-за небольшого просвета, образованного откосом двери и краем окна, громко выругался.
— Надо было ему хоть камень дать для тренировки, бля! Супермен гребаный! Даже я на такое расстояние не заброшу! Эрпэгэ две тыщи восемь, нах!
Второй взрыв не заставил себя ждать, только был почти не слышен. Граната разорвалась по ту сторону бандитской крепости.
— Ой дебил… — застонал Бэтэр, через несколько секунд повторив, уже почти криком. — Ой дебил!!! Куда он полез?!!
Над краем бетонной стены мелькнула хорошо знакомая фигура. Пулеметы, осыпавшие здание подстанции градом пуль, сразу же замолчали, зато тишину разорвал полный боли вопль, резко оборвавшись. Его услышали даже бойцы, оглушенные стрельбой в помещении. Денис приподнялся и аккуратно выглянул в окно, считая удары сердца. Десять ударов, ещё десять… Зашевелились ребята в других кабинетах, засыпанных осколками стекла и штукатурки. Наконец, на стене появился силуэт, машущий руками.
— Игорь, это Берёза, прием! — Денис позвал товарища, поднеся рацию к внезапно пересохшим губам.
Человек на блокпосте перестал махать руками, рация отозвалась голосом Лукина:
— Денис, это я, все чисто! Прием!
Бэтэр, вырвав рацию из рук друга, зажал кнопку и разразился в эфир матом, способным вогнать в краску самого прожженного биндюжника [61]. Поток ругательств не иссякал, даже когда Денис с трудом отобрал радиостанцию. Высунувшись по пояс из разбитого окна, Виктор крыл оглушительным рёвом товарища, бандитов, зомби, пришельцев, ученых, военных и всех остальных, смешивая их в самых невообразимых сексуально-фекальных комбинациях. Наконец, выговорившись, он замолчал, переводя дыхание.
— Полегчало? — ехидно спросил Берёза, глядя на раскрасневшегося от ругани друга. — А я все думал, когда тебя прорвет?
* * *После коротких переговоров по радио с военными, перехвативших частоту почти в самом начале монолога Виктора, штурмовая команда встретила подъехавший к посту БТР в полном составе, выстроившись в шеренгу у бетонной стены. Автоматы, от греха подальше, положили перед собой на асфальт, руки подняли.
Выбравшись из чрева бронированной машины, шестеро солдат тут же взяли на прицел неподвижно стоящих пришельцев. Бодрый, но взвинченный до предела майор, ростом и комплекцией похожий на толкиеновских гномов-рудокопов, только бороды не хватало, появился вслед за бойцами, рявкнул на своих, те сразу опустили оружие.