Ад - удел живых (СИ)
— Здоров будь, человече? — начал я разговор, приветливо улыбаясь, но все так же настороженно осматриваясь. — Случилось чего, помочь надо?
— Нее, не, мужики! Нормально все! — снова замахал руками, как крыльями, мужик, басовито хрипя. — Только вы дальше не ехайте! В Большом на дороге эти, людоеды! Сюдой не дошли, а за лесом уже ходят! Наши туды по утряни за соляркой поехали, так на заправке их и схарчили, только Федька вырвался!
— На заправке, говоришь?.. — немного расслабившись, спросил я. — Много их там?
— Та заправка та, погорела вся! А людоедов, пятеро было, как Федька сказал! Только лютые они, зенки во! — мужик вытаращил на меня глаза, скорчив страшную рожу. — Хватают грабками своими, и давай кусать!
— Федьку тоже покусали? Где он сейчас?
— Та не, он же за рулем был! — уже предсказуемо взмахнул руками деревенский. — Как мужиков жрать начали, так он по газам, и деру! Щас знамо где, спит, после литры окаянной, беду запивал!
Пятеро… Плюс покусанные местные, ещё трое-четверо. До Никульского слухи дошли об огромной толпе, чуть ли не в тысячу шатунов. Впрочем, не удивительно, молва народная умеет раздуть из мухи слона. Если там только пятеро, почему на встречной ни одной машины?
Поблагодарив мужика, я забрался в машину, Виктор тут же тронулся с места.
— Непонятное что-то, Витек… — начал я, поудобнее устраиваясь. — Этот говорит, на заправке за лесом пятеро было, нескольких местных покусали. На перекрестке нас пугали огромной толпой. Кому верить?
— Да что тут думать? — как-то совсем уж мрачно возразил Бэтэр. — Сами все увидим. Десяток упырей положить не проблема.
Проехав участок дороги, зажатой с двух сторон лесом, мы остановились. Впереди, в паре сотен метров, виднелся коптящий остов АЗС, на другой стороне дороги белел грузовичок, съехавший на обочину. Для верности, я забрался на крышу «буханки», прихватив бинокль, компактный Veber, купленный несколько лет назад для охоты.
— Увидел семерых, стоят на площадке. — спрыгнув на асфальт, сообщил я нашим, вышедшим из машин. — Матвеич, садись за руль, Санька, марш на заднее сидение, к маме, и не смотри! Держитесь в паре десятков метров от нас! Игорь, колонну замыкаете вы с Ксюхой, прикрывайте тыл. Увидишь что-то непонятное — сигналь, кричи, стреляй! Понял?
Лукин сдержанно кивнул, Ксения воинственно вздернула подбородок, тесть иронично хмыкнул, в роли командира он не привык меня видеть. Что же, все когда-нибудь происходит и познается впервые…
К счастью, местность вокруг заправочной станции была ровной, без кустиков и прочих укрытий для всяких неожиданностей вроде засады на охотников вроде нас. Свежая трава прижималась к самой земле, источником опасности мог стать только грузовичок. Остановившись в тридцати метрах от него, мы с Виктором выпрыгнули из кабины, моментально разбежавшись на разные стороны дороги.
Меня все ещё не покидало ощущение неправильности происходящего. Сейчас придется стрелять в людей… Пусть они зараженные, больные, но всё же люди, наши люди, не духи горные! Недавно некоторые из них ехали сюда, чтобы купить топлива… Наверное, водки выпили перед этим, а до того, работали, ссорились, дружили, помогали друг другу, детей растили… И вот мы, два таких красивых рэмбы, сейчас начнем их убивать! А потом, когда все уляжется, следователь изучит пули из их трупов, начнет задавать вопросы…
Мои невеселые мысли, промчавшись серым вихрем за мгновения, растаяли где-то далеко, стоило лишь взглянуть на плотную группу неряшливых, потрепанных фигур, покачивающихся на площадке перед остовом выгоревшего дотла здания. Они не ходили, и не стояли, их движения напоминали перетаптывание с ноги на ногу, толкаясь при этом плечами. Нашелся и восьмой бедолага, не замеченный мной издалека. Обглоданный до пояса, почти до костей, он лежал на асфальте, судорожно дергая руками. От увиденного даже замутило…
Краем зрения увидел затянутый в черное силуэт Бэтэра, уже осмотревшего брошенный грузовик. Виктор поднял левую руку, показывая «ОК» пальцами. Вот и хорошо, слева чисто, можно начинать.
Как много лет назад, в кавказских горах, все сомнения, мысли, переживания, разом исчезли, стоило прикладу упереться в плечо. Детали местности размылись, даже голубеющее над головой небо превратилось в мутный блеклый фон. Только узкий сектор за прицелом стал резче, глубже, ближе, как и детали внешности будущих жертв. Лицо со шрамом и откушенным носом, оторванное ухо, разодранный рукав измазанной кровью рубашки… Звуки также приглушились, уступив место биению размеренно бьющегося сердца.
Мы выстрелили практически одновременно, звук двух выстрелов слился в один звонкий, хлесткий хлопок. Две фигуры тут же осели на землю, зато остальные моментально развернулись в нашу сторону, как по команде, никто из них даже не подумал пригнуться или укрыться за лежащими на земле трупами. Трое, коряво переставляя негнущиеся конечности, медленно заковыляли в нашу сторону, лежащий на земле огрызок человека встрепенулся и попытался ползти, скребя скрюченными пальцами по асфальту. Не угроза… В отличие от оставшихся двух.
Пара упырей, неожиданно шустрых, длинными прыжками бросилась прямо на нас, не обращая внимания на куски горячего металла, рвущие их плоть. Стремительно несшиеся в нашу сторону, упыри как-то не по-человечески наклонялись и разгибались при каждом шаге, не давая прицелиться. Сдвоенный выстрел, ещё даблтап, ещё… Наконец, один упал, прокатившись кубарем и замерев навечно. Перенос прицела, снова даблтап… Второй спринтер упокоился, не добежав лишь десяток метров. Упав на бок, перекатился пару раз и застыл мордой вверх, распахнув необычно широкий рот.
Убедившись, что прыгуны не шевелятся, мы перенесли огонь на нескладно бредущую троицу. С этими было бы совсем просто, не шатайся они, как маятники. Впрочем, уловив ритм, я без труда уложил двоих, третий остался за Виктором.
Когда последний упырь осел на землю, превратившись в неряшливую, грязную кучу, Бэтэр поднялся с колена и пошел вперед, контролируя ближайший к нам труп. Я быстро огляделся по сторонам, вновь обретя способность видеть и слышать все вокруг, заметил бледное лицо тестя, застывшего за рулем «аутлэндера», затем пошел вслед за Виктором. Он как раз подошел к лежащему на спине бегуну и замер, пристально всматриваясь в лицо покойника.
— Дэн… Что за х. йня? — удивленно спросил Бэтэр. — Это вообще, что такое?
— Ээээ… — только и смог выдавить я.
Перед нами лежал труп неизвестного существа. Оно, подобно человеку, имело две руки, две ноги, голову, одежду. Вот только голова и руки слишком уж отличались от человеческих — вместо обычных ногтей, заскорузлые пальцы венчались мощными, короткими когтями, на месте нормального рта зияла широкая безгубая пасть, заполненная звериными, острыми зубами. Уши, сильно меньше нормальных, прижаты к безволосому черепу, покрытому серой шершавой кожей. С пулевым отверстием посередине лба.
— Пришелец какой-то… Может, это они заразу принесли? — сдавленным голосом произнес я, обретя способность говорить. — Сильно быстрый он для наших мертвяков, движется прыжками…
Виктор, не говоря ни слова, дважды выстрелил в оскалившуюся клыками морду существа. Пнув труп носком ботинка, двинулся к следующему «спринтеру», лежащему в десятке метров дальше. Я пошел за другом, пару раз оглянувшись на неведомую тварь.
— Это что, баба? — сказал Бэтэр, перевернув пинком ноги второго бегуна. — Если они ещё и размножаются, нам точно п. здец!
Второе существо выглядело очень похожим на первого монстра, но отличалось ростом и одеждой. Женская блузка, вышитая ромашка на джинсах, розовые ботиночки на ногах, ясно говорили о том, что перед нами существо, притворявшееся (или бывшее?) при жизни женщиной. Вот только не бывает у земных женщин таких клыков, серовато-белесых глаз и когтей на пальцах!
— Слушай, может они раньше маски носили? С волосами и нормальными лицами! — я попытался объяснить происходящее. — Жили рядом с нами, а потом взяли, и атаковали биологическим оружием!