Магия прорывается (ЛП)

Хью хотел убить их всех. Тед хотел, чтобы все они умерли. Он хотел свой собственный Аламо. Рыцари должны были отдать свои жизни, каждый из них, после драматического финального противостояния, а Максин должна стать свидетельницей всего этого. Мы же становились свидетелями начала войны между Роландом и Орденом.
Ничто из того, что я могла бы сделать или сказать, не имело бы никакого значения. Я опустилась на пол рядом с Робертом. На другом конце комнаты Ник посмотрел на меня, его лицо было бледным, как снег снаружи. Наши взгляды встретились. Он понимал и наблюдал за всем этим точно так же, как мы с Робертом.
Тед указал на Хью.
— Схватить его.
***
РИХТЕР ВЫТАЩИЛ два коротких лезвия и расплылся, разделившись на три прозрачные версии самого себя. Два были фальшивыми, а один — настоящим. Тройняшки бросились в атаку, обрушив на Хью шквал ударов. Наставник Ордена Железных псов отступил под шквалом, блокировал и пнул, вложив в это всю силу своих массивных ног. Настоящий Рихтер пролетел через всю комнату и отскочил от стены.
Темноволосая женщина сделала выпад сбоку и быстро ударила Хью, целясь между его левыми ребрами. Хью откинулся назад, отпустил меч и ударил левым локтем в лицо женщины-рыцаря. Она отшатнулась. Рихтер метнулся и резанул Хью по правому плечу. Брызнула кровь. Хью оттолкнул Рихтера с дороги.
Женщина снова бросилась вперед и замерла, пойманная клинком Хью, как рыба на крючок. Он вонзил его ей в грудь, повернул, вырезая сердце, и швырнул ее труп в Рихтера. Рыцарь поменьше увернулся и снова в бешенстве бросился на Хью. Хью отступил назад, блокируя удар плоской стороной клинка, его лицо было спокойным и собранным. Его глаза стали расчетливыми. Это было так, будто Ворон воскрес и вселился в Хью, и я точно знала, что будет дальше. Он разрежет Рихтера на части, медленно, методично, используя каждое отверстие. Он не выйдет из себя, потому что в этом месте, где угол лезвия отделял жизнь от смерти, Хью было невозможно расшевелить. Если бы раскаленный метеорит пробил крышу и взорвался, он бы и глазом не моргнул. Я хорошо знала, что это такое. Именно в таком состоянии я была в своей лучшей форме.
Рихтер снова и снова пускал кровь, каждый удар его клинков открывал еще одну незначительную рану. Хью отступал.
Затем Рихтер взмахнул правой рукой чуть шире, чем следовало.
Меч Хью рубил точно и беспощадно. Он ударил Рихтера в живот, развернулся и выбил ноги рыцаря из-под него. Когда Рихтер упал на колени, Хью ударил его в то место, где шея соединялась с плечом. Рихтер ахнул. Хью взмахнул мечом, и голова Рихтера покатилась по полу.
У меня заныла грудь. Я запомню это чувство на всю оставшуюся жизнь, ужасное чувство, когда тебя запирают в клетке, и ты ничего не можешь сделать.
Тед Монахан заревел. Темно-красный контур вспыхнул вокруг его тела, скользнув по булаве. Очевидно, рыцарь-защитник обладал какой-то собственной магией.
Хью присел и выхватил второй меч из тела Тауэрса, распростертого на полу.
Тед бросился в атаку. Хью отодвинулся в сторону. Тед взмахнул булавой, словно она ничего не весила. Хью блокировал удар, позволив булаве соскользнуть с меча Тауэрса, но его рука немного дрожала. Он переступил с ноги на ногу. Это был адский удар. На его месте я бы постаралась избежать блокировки.
— Ты знал, кто она, когда решил принизить ее? — спросил Хью.
— Мне не нужно, чтобы ты сражался за меня в моих битвах, — сказала я.
— Кто-то должен это сделать, раз ты этого не делаешь.
Тед развернул булаву и замахнулся на Хью. Хью снова блокировал удар, и наконечник булавы переломил лезвие пополам. Хью полоснул Теда по руке сломанным лезвием и отдернул руку. Сломанный меч со звоном упал на пол. Чем бы ни была эта красная аура, она причиняла боль сукину сыну.
— Ты знал, кто она такая? — повторил Хью.
Тед снова взмахнул булавой. Хью пригнулся, перепрыгнул через труп Рихтера и схватил щит со стены.
— Ты не знал. Ты все еще этого не понимаешь, не так ли?
 
Тед снова замахнулся, и Хью преградил ему путь щитом. Булава ударила по щиту. Бум. Щит зазвенел, как гонг.
— Я считал, что ваши парни владеют информацией.
Бум.
— По крайней мере, сделай свою чертову домашнюю работу. Неаккуратно, Монахан. Очень неаккуратно.
Бум. Хью ждал, когда Тед войдет в привычный ритм. Тед бил все сильнее и сильнее, пытаясь пробить щит с необузданной силой. Как только противник попадал в шаблон, он становился предсказуемым… и его можно было победить.
— Когда на твоей стороне такая сила, ты двигаешь небо и землю, чтобы удержать ее.
Бум.
— Но ты этого не сделал, не так ли?
Бум.
— Потому что ты идиот.
Тед замахнулся, вложив в удар всю свою силу, ожидая пробить щит. Хью шагнул вправо и повернулся. Булава просвистела в воздухе на волосок от его груди. Тед вложил в удар столько энергии, что не мог остановиться. Тяжесть булавы сбила его с ног, и Хью ударил его ножом в грудь. Если он и не попал в сердце, то был чертовски близок к этому.
Кровь хлынула рекой. Глаза Теда выпучились.
— Нет, — сказал Хью. — Нет, это было слишком просто.
Что?
Тед изо всех сил пытался поднять булаву. Красная аура вокруг него погасла.
Хью прижал руку к груди Теда.
— Возвращайся. Ты можешь больше.
Вокруг пальцев Хью вспыхнуло голубое свечение. В горле у Теда что-то булькнуло. Красные пузыри вырывались у него изо рта.
Он исцелял его. Это была пытка.
— Просто дай ему умереть!
— Нет, еще рано. — Хью покачал головой. — Давай. Вернись ко мне. — Руки Теда дрожали. Он втянул в себя воздух.
Хью отпустил его. Рыцарь-защитник отшатнулся.
Хью ударил своим гладиусом по щиту.
— Давай, рыцарь. Покажи мне еще.
Вокруг Теда снова вспыхнула красная аура. Он бросился вперед и врезался плечом в Хью. Хью отлетел назад, перекатился и встал на корточки рядом с медмагом. Стейнлэйн стоял так неподвижно, что все мы даже забыли, что он был здесь, прижатый к стене и держащий топорик. Прежде чем Хью успел подняться, медмаг замахнулся топориком. Хью двинулся, но недостаточно быстро. Топорик вонзился ему в левое плечо.
Хью ударил ногой, сбивая с ног медмага. Стейнлэйн упал. Хью небрежно, почти мимоходом, вонзил гладиус в живот Стейнлэйна, и откатился влево как раз во время, чтобы избежать булавы Теда. Рыцарь-защитник погнался за ним.
Стейнлэйн содрогнулся на полу. Его ноги дрожали. Из зияющей раны в животе хлынула кровь.
У меня больше не осталось никаких чувств. Просто холодная тихая ненависть.
Хью набросился на Теда, как загнанный в угол тигр. Они столкнулись, булава к щиту, толкая друг друга. Хью уперся ногами в пол и оттолкнулся, отбросив Теда. Рыцарь-защитник взмахнул булавой, целясь в голову Хью. Хью взмахнул щитом, чтобы отразить удар, вложив в него всю свою огромную силу. Щит выстоял, отбросив булаву Теда в сторону. На долю секунды рыцарь-защитник потерял всякую оборону. Хью размахнулся и открыл второй рот в животе Теда. Тед прислонился к стене и соскользнул вниз.
Окровавленный и перепачканный сажей Мауро ворвался в комнату. Кровь капала с его короткого, широкого меча.
— Я не могу их удерживать. Вытащи… — Он увидел тела. Его глаза выпучились, и он выронил свой меч.
— Нет! — закричала я.
Мауро взревел и сорвал с себя рубашку. Татуировки вились вдоль его торса завитками темных чернил. Он хлопнул в ладоши, как борец сумо. Его кожа почернела. Края его татуировок вспыхнули ярко-красным, слегка смещаясь, словно его обсидиановая кожа треснула по их линиям, открывая проблеск лавы под ними. Жар, волнами скатываясь с него, окутал меня.
Хью пожал плечами.
— Давай, качок. Давай посмотрим, с чем пришел.
Мауро бросился в атаку. Хью отскочил в сторону и полоснул Мауро гладиусом по животу. Лезвие отскочило. Мауро врезался плечом в Хью. Наставник отлетел на несколько футов и отскочил от стены. Мауро с ревом бросился на него. Хью отпрянул в сторону, избежав ловушки.