Связанная василиском (ЛП)

Тэмсин на мгновение задерживает на мне взгляд, затем поднимает руки к узлу рубашки, завязанной поверх элегантного черного платья. Я с нетерпением наблюдаю, как она развязывает узел и расстегивает каждую пуговицу одну за другой.
Она знает, что делает, моя маленькая куртизанка. Она соблазнительно раздевается, выделяя каждую пуговицу, каждый лоскуток ткани на своих сочных изгибах. Наконец-то она стоит передо мной в одном лишь прозрачном нижнем белье в цветочек.
  
У меня слюнки текут.
— Очень мило.
— Белье тоже снять? Или ты хотел бы оказать честь?
Я улыбаюсь.
— Мне нравится, что ты спросила, но на этот раз ты можешь его снять. Я попрошу своих сотрудников пополнить твой гардероб, так что в следующий раз я смогу его сорвать.
Ее улыбка становится шире.
— Ну что ж, я действительно люблю новое белье. Ты можешь каждый раз рвать новый комплект, если это означает, что ты будешь продолжать покупать мне новые.
Я мрачно смеюсь.
— Тогда тебе повезло, что я очень, очень богат, цветочек. Думаю, ты будешь нужна мне очень, очень часто. Нужно купить очень много нижнего белья.
Она хихикает. Затем лифчик соскальзывает с ее груди, обнажая огромные розовые соски, которые я уже успел разглядеть сквозь ткань. Мгновение спустя она сбрасывает нижнее белье на пол, и ее гладкие бледные половые губки манят меня, аккуратно спрятанные у нее между ног.
О, мой прелестный цветок. Не могу дождаться, когда раскрою твои лепестки.
— На кровать.
Она бросает на меня взгляд через плечо, подчиняясь. Этот взгляд заставляет меня желать погони, и у меня руки чешутся снять очки и овладеть ею.
Но не раньше, чем она окажется в безопасности.
Я беру шелковистую черную повязку с ночного столика и маню ее к себе. Она пододвигается к краю матраса и садится, чтобы я мог завязать ей глаза.
Затем, наконец, когда я уверен, что все в порядке, я снимаю очки и отбрасываю их в сторону. Мгновенно мир наполняется красками и светом, как будто все поворачивается на циферблате. Все становится лучше, ярче. Это напомнило мне, как чертовски приятно видеть мир таким. Почему я держу в доме минимальный штат сотрудников и строго контролирую свои личные зоны, чтобы мне не приходилось носить очки постоянно.
— Что ты делаешь? — Тэмсин поворачивает ко мне лицо, улыбаясь.
— Смотрю на тебя как следует, — я окидываю взглядом ее пышное тело. Мягкие бледные складки на ее талии, ямочка на пупке. Я пробегаю взглядом по ее розовым покрасневшим соскам, превратившимся в упругие бутоны, которые так и просятся в мой рот.
Я подумываю о том, чтобы связать ее, но это требует времени. Я не уверен, что у меня хватит терпения сегодня вечером. Это меня удивляет. Прошло много времени с тех пор, как я чувствовал такую острую потребность. Я не уверен, что вообще когда-либо испытывал нечто подобное. Яд уже капает с моих клыков, и члены стоят, требуя внимания, теперь, когда я их выпустил.
Приподнимаясь на хвосте, я заползаю на кровать и мягко подталкиваю ее лечь на матрас. Она послушно подчиняется, милая улыбка все еще приподнимает уголки ее розовых губ. Я хватаю ее за запястья.
— Руки за спину. Держи их там.
Она выгибает спину и закладывает руки за спину, как я и велел.
— А теперь скажи мне, цветочек, как ты думаешь, сколько раз ты сможешь кончить для меня?
Слабое дыхание выдало ее, даже если бы аромат влагалища не стал еще ярче от моих слов.
— Ммм, я не знаю. Должны ли мы это выяснить?
Я уже опускаю рот. Крепко надавливая на ее бедра, я широко раздвигаю ее для себя. Ее идеальная гладкая пизда блестит от влаги, когда приоткрываются внешние губы. Внутри она блестящая и раскрасневшаяся, и только и ждет, чтобы ее ласкали.
Я использую большой палец, чтобы раздвинуть ее еще шире. Тэмсин не двигается, но ее дыхание учащается, а живот поднимается и опускается при частых вдохах. Я больше не могу ждать и погружаюсь в ее киску, лаская ее своим раздвоенным языком и высасывая из нее соки.
Я стону от ее вкуса. Он не должен был быть сюрпризом. Я ощущал его в воздухе с той ночи, когда мы встретились. Мои чувства были одурманены им. Все было предвкушением этого момента.
Она терпкая, сладкая и соленая, и насыщенная одновременно. Пахнет ароматно, а на вкус еще лучше. Она гладкая, пухленькая и нежнее всего на свете. Есть ли в мире место лучше? Меня раздражает, что я должен за это платить. Обычно я слишком пугающ для того, чтобы женщины-монстры хотя бы обратили на меня внимание, не говоря о том, чтобы стать моими любовницами. Люди до недавнего времени не подозревали о сверхъестественных существах вроде меня. Так что проблема объяснений и преодоления их страхов была слишком велика.
Почему я так долго ждал после того, как монстры объявили о своем существовании?
Я, конечно, знаю ответ. Это потому, что ни одна любовница не вызывала у меня интереса до нее.
Тэмсин стонет, когда я облизываю каждую сторону ее прелестной киски. Затем я щелкаю по чувствительному бутону. Снова и снова, наслаждаясь ее вкусом. Она вздрагивает, и влага стекает по моему подбородку.
Я поднимаю голову.
— Ты только что кончила? — мне не нужен ее застенчивый смех, чтобы понять ответ. Я могу прочитать его по ее телу. То, как трясутся ее ноги и сжимается живот в конвульсиях.
— О, цветочек. Мне будет с тобой очень весело, — она пищит, когда я возвращаюсь к работе. Ее тело выгибается над кроватью. Я поднимаю взгляд и наблюдаю, как подпрыгивают ее пышные груди. Она крутится и отворачивает голову в сторону, прикусывая нижнюю губу, и я испытываю искушение сказать ей, чтобы она прекратила.
Однако мой рот занят. Я просовываю в нее два пальца, и она снова разваливается на части. На этот раз я в отличной позиции, чтобы наслаждаться тем, как она сжимается и пульсирует. Тихие стоны восторга наполняют мои уши. Я мог бы стать очень, очень зависимым от этого.
Ее вкус настолько божественен, что я почти упустил привкус яда, который капает с моих клыков. Я все еще смакую ее соки, когда она скулит.
— Так много. Так…
Ее жалобы переходят в крик экстаза, когда я продолжаю. Ее тело наполняется влагой, когда я получаю от нее еще один оргазм, прежде чем, наконец, позволяю ей перевести дыхание. Она тяжело дышит, и ее мягкая грудь вздымается.
Я приподнимаюсь и проскальзываю ей за спину, чтобы поднять на руки. Прижимая к своей груди, я глажу ее по волосам, пока она понемногу приходит в себя.
— Ты можешь сказать мне остановиться, цветочек.
Она качает головой.
— Нет, я в порядке. Мы можем продолжать. Ты еще не кончил.
Мой язык высовывается, и я пробую воздух на вкус. Он кажется тусклым по сравнению с тем вкусом, который я только что ощущал во рту, но в нем нет привкуса страха. Она устала. Она так легко кончает. Мне придется учесть это при следующей игре. Больше дразнить и избегать прямой стимуляции клитора.
— На этот раз я воспользуюсь твоим ртом, — говорю я ей. — Ляг сюда, свесив голову через край.
Я помогаю ей расположиться там, где хочу, и соскальзываю с кровати, чтобы встать и направить члены к ее рту.
Тэмсин уже приоткрывает сладкие розовые губки. Взявшись за нижний член, я ввожу его ей в рот. Я стону, и все внутри меня сжимается от ощущения ее языка и губ. Схватив свой верхний член, я дрочу его в том же ритме, как трахаю ее прелестный ротик.
Боже мой, она сокровище, мой маленький цветок. Она берет меня глубоко, несмотря на размер. Она не протестует, когда я вхожу так глубоко, что ее тошнит. Я отстраняюсь, но она держит рот открытым, чтобы снова принять меня.
Запуская пальцы в ее волосы, я продолжаю, но на этот раз нежнее. Сдерживаясь. Это все еще похоже на рай. Я близок, хотя кажется, что мы только начали. Я бы хотел жить внутри ее милого тела, если бы она мне позволила. Почувствовать ее влажный жар и погреться в нем.
— Ты — абсолютное совершенство.
Я толкаюсь в нее и чувствую нарастающую боль в яйцах, требующих освобождения.