Пенсия для морского дьявола 4 (СИ)

— Да, кстати, — спохватился я, — пусть верёвки возьмут. — Увидел полезшую вверх бровь отца войны, пояснил: — Чтоб ту лодку сюда отбуксировать. Мне плавсредство сейчас очень нужно будет.
Ата с вождём в непонятках переглянулись. Потом Ата развернулся к вождю всем корпусом:
— Вождь! Этот человек должен стать одним из моих людей.
— Этот мальчик… Этот… Скат, — поправился вождь, но похоже, не нашёл как меня ещё назвать, — обещал мне большую рыбу. Ты же хорошо знаешь, какие у меня на неё планы.
— Вождь, — скривился Ата, — рыбу тебе добудет Арииаху. Эта забота — его. Тем более, я слышал, у рыбаков вчера наконец что-то получилось.
Что⁈ Получилось? У меня дрогнуло сердце.
— Да видел я, что у него получилось, — пренебрежительно отмахнулся вождь. — Та рыба куда меньше, чем самая маленькая из добытых Скатом.
— Вождь, — продолжил Ата, — сейчас маленькая, потом научатся. Ты что, его не знаешь? На него главное почаще кричать надо, и он сам за рыбой нырнёт. А то, что сделал Скат… ты сам видел. Однажды, я его своей правой рукой сделаю.
— Видел, — согласился вождь. И посмотрел на меня совсем другими глазами.
— Ну что скажешь, Скат?
  
Часть 5
 
Глава 35 Расставим-ка точки на Е
 
— Ну что скажешь, Скат? — выжидательно посмотрел на меня вождь.
А что я могу сказать? Вроде бы Ата всё красиво развёл.
Вроде бы. По его мнению. Ну что ж, придётся показать этому отцу войны, что я ему не пацан, и со мной так — не надо.
— Скажу, — кивнул я, — но только… Дай мне перемолвиться. С отцом войны.
— Перемолвиться? — брови вождя влетели кверху. Полсекунды он удивлённо меня разглядывал, потом кивнул. Как по мне, с облегчением.
— Отойдём, поговорим? — это я уже к Ата.
Тот расплылся в самодовольной ухмылке — ещё бы, уел пацана. Технично, как ему кажется, подвёл к нужному решению. Да и вождя почти что с ним примирил.
— А у меня от вождя секретов нет, — с некоторым превосходством бросил местный «министр обороны». — Говори здесь!
— Уверен? — я показал, что приподнимать бровь умею и я.
— Уверен.
— Ну хорошо, — кивнул с выдохом. Добавил, негромко, считай себе под нос: — Ты сам захотел…
По глазам вижу — услышали!
— И для начала, давай-ка посчитаем причитающиеся мне трофеи, а? Ну, уши, — я развёл руками, словно поясняя очевидное.
— А при чём тут?.. — удивился отец войны. — Мы, кажется, про другое говорили…
Но я его уже не слушал, начав демонстративно рассуждать вслух.
— С острова Двурогой горы пришёл двадцать один воин. Так? — кивнул, сам себе, — Так.
Вождь с помощником переглянулись.
— Пятеро из них, заслуга Каналоа, их уши должны отойти ему… — я бормотал себе под нос, но так, чтоб меня слышали. — Тогда моих из них шестнадцать. Так.
— Каких шестнадцать? — судя по лицу, до отца войны что-то начало доходить, хотя мысль явно ещё не сформировалась.
Вождь и его помощник вообще ничего не понимали.
— Не мешай, — бросил ему, продолжил: — Потом на пляже моих ещё… сколько? Ага. Два… верней трое… — загнул пальцы, — и после ещё трое. Итого шестеро.
Оставшийся с Ата воин — второго он уже отослал с указаниями — судорожно сглотнул, и его глаза, обращённые на меня, начали потихоньку вылезать из орбит.
Ага, парень, это я ещё не закончил.
— Потом ещё на Рифе, да… — словно припомнив, продолжил бормотать я, — там кажется пятеро… или всё-таки четверо? Фиг с ним, — махнул рукой, — пусть будет четверо. И до Рифа… Если не считать бедолагу Каналоа и Танэ…чему я не рад, то ещё трое… Вот! — наконец я поднял глаза и встретился с насупленным взглядом Ата. — Итого мне полагается двадцать девять ушей. То есть трофеев, как вы их называете… А у тебя есть столько?
Вообще-то, у Ата больше. Не намного, но больше.
Но сама мысль о том, что какой-то пацан, чуть больше чем за полгода угрохал столько народу! На лицах и вождя, и его помощника эта мысль отразилась немалым удивлением.
И я уже не говорю про простого воина, который вообще-то лет на пять меня старше, а может похвататься лишь пятью «трофеями». Для этого мужика сей нехитрый подсчёт был равен даже не грому с ясного неба. Скорей сошествию с небес. Например — инопланетян. Или богов, что учитывая обстоятельства, вероятнее.
  
А вождь даже повернулся к Ата, и явно начал пересчитывать взглядом висящие у того на шее сморщенные кусочки.
Я с вызовом посмотрел отцу войны прямо в глаза. «Видишь», словно говорил я взглядом, «Это всего один воин. А если бы тут была вся твоя банда?»
— К чему ты клонишь? — Ата даже не говорил — рычал. — Ты хочешь на моё место?
Дошло наконец-то⁈
— Ты так настойчиво зовёшь меня в свою касту, — я ухмыльнулся ему прямо в физиономию, — что я и в самом деле подумал, почему бы нет? Вот только… — и тут я довольно небрежно смерил его взглядом. Согласен, дерзость несусветная, но так надо, — вопрос, кто из нас двоих более достоин места отца войны?
— Поединок! — Ата взревел словно тигр… которому придавили тестикулы.
На миг на обрыве повисла немая пауза. Вождь начал меняться в лице, его помощник с тревогой оглядел нас с Ата. Вот так-то, «большая шишка», мысленно хмыкнул я. Не думал, что твоя отстранённость в этом вопросе может оставить остров, и тебя лично без верного «министра обороны»? Ладно, не ссы.
— Какой, нафиг, поединок? — явно выбиваясь из момента, иронично бросил я потенциальному противнику. — Ты предлагаешь возложить безопасность всего племени на того, кто просто сильнее? То есть на того, кто тупо сможет победить любого противника?.. Но одного! Или… — я перевёл взгляд на вождя и пристально взглянул ему в глаза, — Или всё же на того, кто так будет руководить кастой, что не допустит сегодняшнего?
И замолк, подвесив паузу. Всё, слова сказаны, теперь надо просто ждать. Пусть переварят услышанное.
Пауза затянулась почти на минуту, за которую вождь раз пять менялся в лице, помощник его раз двадцать сравнил меня и Ата, а сам Ата просто испепелил меня взглядом. Не будь на обрыве вождя, думаю, он бы меня уже прибил. Вернее — попытался.
Соглашусь, со стороны, если не знать подноготную, смотрелось забавно — Ата буквально нависал надо мной, будучи почти на голову выше — он всё-таки самый высокий на острове, и массивней, наверно, раза в полтора-два. Слон и моська.
— Ты хочешь стань новым отцом войны? — как-то неуверенно спросил вождь. В его глазах — океан сомнений.
— Нет, — спокойно ответил я.
— А зачем же?.. — вождь не договорил.
— А чтоб Ата наконец отстал от меня, — я хмыкнул. — Я не хочу быть воином. Просто. Не. Хочу. Надоело.
Блин, да как этим дятлам объяснить⁈ Как донести, что у меня за спиной не их театрализованные представления, с размахиванием высунутыми языками, корченьем рож и потерями в полпроцента за компанию? Как сказать, что я просто устал?
— Послушай его, вождь.
Присутствующие, да и что греха таить — даже я, вздрогнули, услышав этот хриплый, каркающий голос. На обрыве, словно материализовавшись из какого-нибудь портала, появился шаман.
Ну ладно, ладно. Я его шаги слышал. Но всё равно, от голоса вздрогнул.
— Этот паренёк не настолько прост, как тебе кажется. И очень часто поступает так, как не додумались бы умудрённые жизнью старцы.
Шаман был при параде: во всех своих костяных ожерельях, конечно же — с посохом.
— Ты должен быть с моими раненными людьми!
Нихрена себе! Вот к такому я готов не был! Или отцу войны сейчас реально плохо, или… При посторонних целого шамана ни в грош не ставит! А старик-то, видимо прав.
— Как ты смеешь повышать голос на говорящего с духами? — развернулся я к Ата. Без истерик, но в голосе праведное возмущение. — Как ты смеешь демонстрировать неуважение к тому, кто старше тебя? А может… может завтра ты и на вождя так же кричать будешь⁈
Да-а. Домашняя заготовка. Из шаблонов, так сказать. Но ввернул я удачно, вон как изменился в лице сам Ата. Да и у вождя что-то такое в глазах мелькнуло.