Пенсия для морского дьявола 4 (СИ)

Ну совершенно домашняя обстановка. Если не считать, что сидим мы на тропическом острове, на берегу лагуны, где-то над головой шумят кроны пальм, а старик восседающий у костерка — словно высохшая седая мумия, весь расписанный затейливыми татушками и украшенный ожерельями из костей.
— Давай, старик, ещё раз. Кажется, башка начинает что-то соображать, — я откинул в сторону уже второй кокос.
— Мне нужна была душа воина, — просто, словно о ценах на картошку, сказал сидящий напротив. — И я нашёл твою, между мирами, когда она только отделилась от тела и не успела раствориться в Великом Ничто.
— Ага, — кивнул я, утирая выступившую испарину. — А зачем тогда в тело какого-то пацана закинул? Не мог, к примеру, в Ата. Или Ситу. А ещё лучше — в вождя.
— Твоя душа должна была попасть в тело молодого воина. Родственника отца войны. Чтоб со временем именно ты стал новым главой касты… Но видно я не всё предусмотрел…
— Понятно, — кивнул я. — И меня занесло в какого-то бедолагу!
— Я тогда не понял, что ты не обычный воин… Не увидел я, что в твоём мире есть воины, что сражаются под водой, — с досадой поморщился шаман.
— Ага. Поэтому я попал в пацана, которого топили?
— Не знаю.
— Слушай, — мелькнула в голове догадка. — А молодой воин, родственник Ата, это не Каналоа, часом?
— Видишь, — вопросом на вопрос ответил шаман, — как забавно иной раз получается?
— Ясно, — выдохнул я. Помолчал, посмотрел с прищуром на шамана, — А не боишься, что я с этими знаниями сейчас ка-ак припущу в деревню. Ты ж получается не шаман. Ты ж самый настоящий колдун у нас получаешься. А как тут с колдунами поступают, и без меня знаешь.
— Давай, — с усмешкой предложил старик, и даже жест характерный сделал. Мол, скатертью дорожка, не споткнись. — Пробуй… Только сначала вспомни, кто ты для тех людей, — показал он подбородком в сторону деревни. — Изгой? Чужак? А теперь, выходит, ещё и чужая душа, подселившаяся в тело бедного Хеху. Что ты, кстати, с бедолагой сделал? Пожрал изнутри⁈
И он усмехнулся снова.
Мда-а-а… Засада.
— У тебя нет другого выхода, Скат… Или звать тебя Ко-стя? — проговорил он по слогам.
— Зови Скатом. Так привычней.
— Хорошо, Скат. Мы теперь с тобой повязаны. Сильнее чем кровью. И лучшее, что ты можешь сделать, это помогать мне.
— Думаешь, завёл ручную обезьянку, что будет под твою дудку таскать орехи из огня?
— Нет, — спокойно покачал головой шаман. — Такая участь ждала бы другого. Но с тобой, я вижу, это не сработает. Мне проще с тобой договориться.
Я некоторое время молчал, в постепенно «отмерзающем» мозге проносились события, произошедшие с моего появления
— Так вот почему тебе нужно было, — рассмеялся я, — чтоб я стал отцом глубин!
— Да, — кивнул шаман, — когда я понял, что главой касты воинов ты быть не хочешь, это оказалось для меня самым подходящим.
— А я обгадил тебе всю малину! — весело закончил я мысль.
Старик недовольно кивнул.
— Это точно. Тогда я думал, что нужно готовить новый ритуал и искать другую подходящую душу и другое тело.
— А я?
— А что ты? Ты бы стал обычным рыбаком… Или рано или поздно надоел Ата, и с тобой бы покончили. Так или иначе, ты стал мне не нужен.
— Ну хорошо, старик, — я даже чуть подобрался, — кое-что мы прояснили, и теперь я считаю, пора вновь вернуться к тому, с чем я к тебе пришёл… Я не слишком сложно говорю?
— Не слишком, — отмахнулся шаман, — когда я разговариваю с духами, я порой слышу такое… Каких только духов нет между мирами!
— Никак не привыкну, — заметил я, — что ты серьёзно.
— А к своему здесь появлению, привык? — приподнял бровь шаман. И перевёл тему разговора: — Ладно, к тому, что ты хочешь… Это очень сложно, Скат.
— Но я же принёс тебе доказательства!
— Да не меня надо убеждать, — вздохнул он. — А люди… Люди закостенели в своих представлениях. Пойми, парень, они держатся за традиции не от хорошей жизни. В нашей жизни новое, не всегда хорошо.
— Мне нужен разговор с вождём, — я буквально перебил старика. Честно говоря, беседа начала утомлять. Или всё-таки это похмелье? — Разговор с вождём и твоя поддержка. И тогда у тебя в племени будет не просто союзник. Твой союзник будет старшим над самой престижной кастой!
  
— Берега не теряй, — хмыкнул шаман. — Каста Ситу всегда будет самой ценной для любого вождя, что возглавляет это племя. Да и любое другое. Жемчуг, Скат. Те, кто дают жемчуг, всегда буду на вершине, этого ты поменять не сможешь.
— Ну, это мы посмотрим, — хищно ухмыльнулся я. — Думаю, монополии бродильщиков… Впрочем, — оборвал я сам себя, — об этом сейчас точно рано.
— Хорошо, Скат, — словно решившись, выдохнул шаман. И даже хлопнул себя по коленке. — Я поддержу тебя и скажу вождю то, что нужно сказать. Но дай мне пару дней, я должен придумать, как лучше тебя к нему подвести… А сейчас давай бульончику? Поверь, полегчает.
* * *
На базу я вернулся далеко за полдень. Нет, всё-таки алкоголь — зло. И если шаман теперь не отстанет, то племя спаивать я точно не буду. Ну его нафиг! Хочу быть уважаемым человеком среди достойных аборигенов, а не барыгой, на острове спившихся алкашей.
На пляж спустился новой дорогой. Вернее как новой? Пока было время, мы с Каналоа восстановили канаты, что шли от пляжика к новой плантации гевей и к когда-то срубленным моими «братьями» из касты земли.
И с радостным удивлением обнаружил на пляже Семиса!
— Сем, дружище! — обрадовался я. — Тебя всё-таки отпустили?
— Не совсем, — немного виновато улыбнулся одноногий парень. — Хэч помог. Он меня сюда на своей лодке доставил, без твоих костылей я бы сюда по берегу не добрался.
Действительно, у берега была приткнута небольшая, максимум на двоих-троих гребцов, моноксила.
— А мы попрощаться, — грустно развёл руками Хэч. Телуа скромно стояла позади мужа. — Ситу сказал, что сезон бурь закончился, и что люди глубин должны вернуться в свои жилища на сваях. Теперь, наверно, до следующего сезона бурь и не увидимся.
— Да ладно тебе, дружище, — попытался я взбодрить паренька, — ведь не каждый же день вы будете по дну лагуны бродить? Наверняка будут дни, когда и в деревню наведаетесь?
— Не знаю, — вздохнул тот, — в этом году ныряльщиков стало больше, но отец глубин норму на слёзы Атарапы не снизил. А мне ещё за лодку надо отдавать, — он кивнул на свою посудинку.
— В любом случае, выше нос! — меня наоборот, распирал энтузиазм. — Не последний же раз видимся⁈ Каналоа! — окликнул я опять затихарившегося в дальнем углу помощника. — У нас есть перекусить? А то кроме шаманского бульона в желудке больше ничего, со вчерашнего вечера.
— Нету Скат.
— Ладно, — махнул рукой я, — значит, сейчас за морскими демонами нырну. Как ты, Хэч? Напоследок, по демону зажевать?
Паренёк лишь грустно улыбнулся.
Я подмигнул Телуа, ответившей такой же, как у мужа невесёлой улыбкой, начал разминаться.
— Боец, а где арбалеты? Кстати, Сем, не хочешь составить компанию?
— Скат, да погоди ты! — одноногий, используя вместо костыля какую-то кривую палку, припрыгал поближе. — Скат, я думаю, то, что мне надо сказать тебе, очень важно!
— Та-а-ак, — протянул я, теряя весёлость. Одноногий явно не просто так волновался. — И что за новости?
— Скат, вчера отец ходил к вождю… вернее его туда позвали.
— И что?
— Он вернулся бледный. Я его такого ни разу не видел. Может один раз, тогда когда… — Семис смутился.
— Понял, — кивнул я, решив, что речь идёт о ночном визите Напо, — продолжай.
— Он надолго запёрся у себя в комнате, потом вышел, наорал на маму… Скат, он ведь никогда до этого не повышал на неё голос! И ушёл! А сегодня с самого рассвета собрал всех старших… Он и на них кричал, представляешь!
— Да что ж тут непонятного, Сем, — попытался я успокоить парня. По правде, лично я успокоился — у моего соперника явно ничего не выходило. А у меня-то вышло! — Вождь, наверно, в очередной раз поинтересовался у старейшины касты, где же та большая рыба, которую он обещал!