Пенсия для морского дьявола 4 (СИ)

— Хорошо, — выдохнул боец с серым лицом.
Нормально. Нырнёт несколько раз и поймёт, что ничего страшного.
Я знаю, что тороплю события. Свой организм я разныривал куда как дольше. Однако я, что называется, нутром чувствовал, что возможно прямо сейчас, в лагуне, одна хитрозадая тварь уже выгнала людей с прочной сетью на охоту за «большой рыбой».
И возможно, им в этом помогает тот, кого я сам учил… Такого со счетов я сбрасывать тоже не мог.
— Сначала идём на пять метров… А-а-а, блин, — поправился, — на пятнадцать локтей! Идёшь за мной и повторяешь. Понял?
— Понял, — сосредоточено кивнул парень.
— И успокойся ты! — не удержался я. — Это, всё равно что в лагуне на плоту. Это — вообще не глубина.
Парень сжал губы и не ответил.
Я нырнул, следя боковым зрением за учеником. Тот повторил. Не так чисто, но вниз головой развернулся. Хорошо.
Демонстративно показал, как зажимаю нос, и пошёл вниз очень медленно.
Каналоа погружался рядом, лицом ко мне, поэтому я хорошо видел, как он старательно пытается.
Эх, мелькнуло сожаление, нет у меня тут шариков воздушных, можно было бы поразвивать парням мягкое нёбо и на суше. Как мне когда-то. Сшить, что ли, из чего-нибудь? Или… хм… Может из резины?
Я увлёкся размышлениями и чуть было не проворонил заданную глубину. Наверно мы провалились всё же чуть глубже. Вгляделся в лицо ученика. Вроде норм. Так сосредоточенно надувает нос, что аж глаза скосил.
Я развернулся, повис в воде. Жестом спросил состояние, получил «всё хорошо». Ладно.
С пяти метров нас очень неспешно вынесло наверх.
— Как уши? — первое что спросил, когда наши головы оказались над водой.
— Хорошо, — пожал плечами Каналоа, спохватился, продублировал знаком.
— Молодец, — коротко кивнул я. — Сейчас пойдём поглубже. Если уши начнут болеть, показываешь мне, — я пальцем коснулся уха, — и сразу же наверх. Понял?
— Понял.
Мелькнула мысль спросить про демонов. Типа, не видел ли он под собой каких-нибудь, желающих схватить его и утащить в свой ад. Но решил не поднимать тему. Ну его. После поговорим. Лучше сейчас с настроя не сбивать.
В итоге, за несколько погружений я дотянул Каналоа метров до пятнадцати. Дальше решил не рисковать. Заодно собрали немного ракушек. Хоть на этой глубине они были мелкие, но тоже пища. К тому же — а вдруг опять попадётся жемчуг?
На этот счёт ещё вчера вечером я провёл с Каналоа обстоятельную беседу. Пришлось даже взять с парня клятву, что никогда в жизни, ни при каких обстоятельствах, он ни про жемчуг, ни даже про сами ракушки никому не расскажет. Вообще никому. Даже Семису. Даже Инине.
Каналоа выслушал меня и поклялся. По глазам видел — он так и не понял, с чего такая секретность, но подтвердил: никогда, никому.
Я даже не сказал ему, что это такое и как это называют его соотечественники. Слава всем богам и духам, парень никогда в жизни не держал в руках жемчуг!
Что мне делать с найденной жемчужиной, я пока не знаю. Приберегу пока. После разберусь. Открывать добычу жемчуга, будучи совершеннейшим изгоем, за которым ни одного серьёзного игрока? Довольно затейливый способ самоубийства. Но верный. Ситу и его братец Ману, не смотри что последний вполне нормально ко мне относился — тут же закопают, и глазом не моргнут.
И можно быть в этом совершенно уверенным. Идиоты те, что думают будто «крутой» одиночка сможет справиться с целой толпой. Тем более с «толпой» спаянной традициями, под централизованным управлением. Ну, или не идиоты, а просто — мамкины эксперты, ни разу даже в школьных потасовках не участвовавшие.
Сейчас я да, изгой. Сейчас на меня у Ата зуб. Большой такой, болящий, не дающий спать нормально. Но, по сути, то, что я сделал, видели единицы. Которые, кстати, и сами облажались по крупному. Так что отец войны, при случае, мне припомнит. Но поднимать «в ружьё» всю свою касту? Это вряд ли.
А вот если я покушусь на сложившийся экономический уклад. Если пошатну основу благосостояния «отца» одной престижной касты, и его брата — второго человека в другой престижной касте. И я почти уверен — основу благосостояния вождя — уж он, нутром чую, замазан во всех этих схемах с жемчугом. То прошлая охота за мной покажется детским утренником.
  
— Скат, — позвал меня Каналоа, когда отдыхали на берегу после нырялки.
Ракушки опять опустили в закрытую листьями ямку с водой. И не испортятся, и на глаза не попадутся, если какие гости.
— Говори.
— Скат, ты просил советоваться… Ну… Если я…
— Та-а-ак… — протянул я. — Выкладывай.
И тут же спохватившись, похвалил. То, что парень решил обратиться с вопросом, а не стал действовать самостоятельно — надо поощрять.
— Скат, если мы оба будем в воде, кто будет принимать на берегу добычу?
Я пожал плечами:
— Да какая проблема? Покидаем пока на песок.
Но Каналоа показал на носящихся над волнами птиц.
А, чёрт! Тут да, я не подумал. Просто не сталкивался ещё ни разу.
— Хорошо, — кивнул. — Что предлагаешь?
— Скат… — парень явно мялся.
— Давай, не тяни. Обещаю, ругаться не буду.
— Скат, я тут подумал… может… — он ещё немного помялся, и наконец разродился, — может я позову Инину? Ну… Чтоб она тут… Добычу… Еду… Вот…
Хм… Я задумался. Песчаный пляжик, по сути, не секрет ни для Арииаху, ни для Ата. Так что никакой такой «страшной тайны» Инина при всём желании не выдаст.
С другой стороны, то, чем мы тут занимаемся…
Ну, хорошо, ракушки при ней мы можем не поднимать и не готовить. Потом, в пещере пожарим. Каракатиц? Я мысленно усмехнулся: если Инина не грохнется в обморок при их виде, то думаю тоже ничего страшного.
— Только про пещеру ей ни слова, — наконец решился я.
По глазам вижу — расстроился. Небось, уже представлял, как приведёт её к нам. Может… я прыснул… даже скажет: «Скат, можешь погулять?»
— Каналоа, — позвал я парня. — Послушай меня. Я знаю, что когда влюбляешься в женщину, как ты сейчас, очень хочется открыть ей все тайны. Посвятить её во всё. Вот только иногда любовь проходит… А того, что ты ей открыл, уже не вернёшь. И ты начинаешь остро жалеть, что когда-то не следил за языком. Понимаешь меня?
Каналоа несколько минут молча глядел мне в лицо.
— Я никогда не пожалею. Но я тебя слышал. Инина не будет знать про пещеру… До тех пор, пока ты не разрешишь.
Мы уже готовились отправиться в воду, как характерный плеск заставил насторожиться. Я непроизвольно кинул взгляд на склон — надо бы восстановить ход наверх. Опять сорванные во время штормов верёвки прокинуть. А то, если что, нас тут накроют как в мышеловке.
Но плеск был явно не от лодки и я не стал сильно беспокоиться. И правда, снова пожаловал Семис. Да не один. С ним был Хэч.
— В общем, до конца сезона мне так и не удалось найти ни одной… — Хэч покосился на Каналоа, единственного из присутствующих, не проходивших обучение на Рифе учеников, и не посвящённого в тайны, что такое «слёзы». — Ни одной слезы Атарапы. Так что я, всё ещё не настоящий человек глубин.
Мой старый приятель понуро пожал плечами. Про то, что он «не настоящий» мог и не говорить — по третей черте к его «жабрам»-татушкам так и не прибавилось.
Мы сидели кружком: я, Семис, Хэч. Каналоа пристроился за моим плечом, и с нами в круг садиться отказался.
— Ну, а расскажи, — попросил Семис, наверняка это уже слышавший, и не один раз, — у тебя как, дом? Лодка?
— Да, — кивнул щуплый паренёк. А я и забыл, какой он мелкий! — Дом нам с Телуа дали сразу…
— Погоди, — перебил я паренька, — так вы с Телуа теперь вместе?
— Да, — по-простецки подтвердил Хэч. — Провели обряд сразу, как стали людьми глубин… — он посмотрел на меня, виновато пожал плечами, — Прости Скат, я виноват, и не позвал тебя на церемонию, но я так тогда на тебя разозлился…