Цена настоящей любви

Точно так же она не ожидала, что одно прикосновение Грэга вызовет в ней такую бурю эмоций — сложных, противоречивых, с привкусом горечи. Она никогда не стремилась выглядеть бесчувственной. Но была уверена, что сила воли у нее покрепче, чем у любого мужчины. Луиза, конечно, могла уклониться от этого объятия. Могла и вовсе на него не реагировать. Она всегда помнила, какую роль в ее жизни сыграли шрамы у нее на теле. И никогда не тешила себя иллюзиями относительно того, чего не могло быть.
Рядом, на ее столе, неожиданно звякнул телефон, прогоняя прочь ее беспорядочные размышления о жемчуге и о мужчинах. Звонил вернувшийся из города Тэд. Он был вне себя от ярости, узнав, что Луиза решила выгнать Флегерти, не дождавшись его возвращения. В дурном настроении Тэд порой бывал невыносим.
Он сообщил также о том, что по сведениям, полученным в городе, некоторые раковины жемчужниц заражены какими-то микробами. Их придется изымать из производства. У пикапа спустило колесо. С запада надвигалась облачность, и от этого настроение рабочих стало нервозным и раздражительным.
К трем часам пополудни Луизу разморила жара. Она чувствовала себя усталой и не хотела уезжать из лаборатории. Неожиданно раздался телефонный звонок. Луиза рывком сняла трубку.
— Мисс Нэтти? Говорит Артур Бейли.
— Мистер Бейли! — отвечала Луиза, стараясь, чтобы голос ее звучал как можно приветливее. — Я вас слушаю.
— Вот уже две недели я не могу с вами связаться. Нам нужно как-нибудь вместе позавтракать. Вообще, уже давно следовало встретиться. Мне кажется, что у нас с вами много общих интересов. Тем более что вы сейчас используете новую технологию для получения жемчуга высокого качества.
Луиза вдруг почувствовала, что сердце у нее готово выскочить из груди. Она помолчала, чтобы успокоиться. Теперь она, по крайней мере, понимала, что послужило причиной прошлых звонков Бейли. И знала, наверняка знала, что ее соседу известно о ее экспериментах.
— Мне кажется, — начала Луиза голосом, полным учтивости, — что мне далеко до специалиста вашего уровня. Вряд ли мне известно нечто такое, что могло бы вас заинтересовать.
— Разумеется, это так, но мне бы хотелось помочь вам по-соседски.
— Вы сама доброта, — как можно приветливее сказала Луиза, хотя далось ей это нелегко.
Бейли считался в Виктории одним из ведущих предпринимателей. И каждый раз, когда он вызывался помочь кому-либо из соседей, для них это заканчивалось плачевно. Их имущество переходило в руки Бейли в считанные месяцы.
— Ваше предложение позавтракать вместе представляется мне очень заманчивым, но, к сожалению, у меня много неотложных дел…
— Насколько мне известно, через два месяца вам нужно платить по закладной. — Голос Бейли прозвучал угрожающе. — Я состою в совете банка, и моя обязанность там — следить за состоянием финансовых дел местных предпринимателей. Наша помощь может понадобиться каждому. Вам удобно будет увидеться со мной в среду, в полдень у меня дома?
Такая перспектива не устраивала Луизу, но она согласилась. Когда речь идет о деле, отказываться нельзя, подумала она, вешая трубку. Прибыль от сбора жемчуга в наступившем сезоне вряд ли могла быть значительной, однако Луиза надеялась на свои дополнительные источники дохода. Во всяком случае, на протяжении последних трех лет она исправно вносила платежи в банк. Бейли вряд ли мог быть для нее по-настоящему опасен. Ну и что из того, что он узнал о ее удачных экспериментах? Что он мог сделать? Ничего. И вообще, какое ему до этого дело?
Луиза решительно выпрямилась. При встрече с Бейли ей следует выяснить, друг он ей или враг. В любом случае она может справиться с ситуацией. Никому не удастся отнять у нее то, что ей принадлежит. Слишком трудно все это ей досталось.
Луиза с усилием открыла дверь лаборатории и направилась на рабочий двор. В этот момент она вдруг почувствовала, что нервы начали сдавать. Охватившее ее раздражение, впрочем, было легко объяснимо: бессонная ночь, необходимость уволить работника, споры с Тэдом, неприятный разговор с Бейли и, наконец, пустой желудок.
 
Тем не менее, не это было истинной причиной ее нервозного состояния.
Дневные часы проходили безостановочно. Приближался вечер… Луиза не переставала думать о Грэге. Но она боялась снова видеть его.
Луна скрылась за набежавшими кучевыми облаками. Грэг сделал глубокий вдох и ощутил присутствие в воздухе избытка влаги — свидетельство приближения дождя. Душный ночной бриз шелестел в листьях деревьев — это было похоже на шелест накрахмаленных женских нижних юбок. Подобно этим юбкам, ветер дразнил и давал надежду, но не облегчение. Барометр стремительно падал — об этом знали каждый листок и каждая травинка. Грэг ждал Луизу с нетерпением — он безостановочно ходил взад-вперед. Наконец из темноты вынырнула ее легкая фигурка. Ему достаточно было увидеть ее лицо, чтобы понять, что в ее душе произошли серьезные перемены. Грэг выругался про себя.
— Надеюсь, вам не пришлось меня ждать? — спросила Луиза. — Мне казалось, что я приду даже раньше вас.
— Вы пришли как раз вовремя, — спокойно заметил Грэг.
Усаживаясь в «мерседес» рядом с водительским местом, Луиза почти не смотрела на Грэгори.
— Мы едем на прежнее место? — поинтересовался он.
Луиза отрицательно покачала головой.
— Нет, нам предстоит путешествие в другом направлении. В том месте русло реки также поворачивает. Но там все по-другому.
В голосе ее появились какие-то холодные нотки. Когда машина остановилась, Луиза указала Грэгу на сумку из крепкого полотна.
— Я кое-что с собой захватила, — пояснила она.
Так же как и накануне ночью, их ждала плоскодонка. И точно так же Грэг не успел оглянуться, как Луиза уже отвязала концы, удерживавшие лодку у причала.
Ночь стояла темная и безмолвная. Болото было каким-то напряженно неподвижным и порождало ощущение одиночества и близости неминуемой бури. Грэгори не видел ничего впереди себя дальше двадцати шагов. Он решил, что во время этой поездки постарается как можно меньше говорить и не будет пытаться предлагать свою помощь и выхватывать у Луизы весло. Мужчина должен проявить мудрость, видя женщину в таком решительном настроении. Пусть все идет, как должно идти. Грэгу было любопытно, что вывело Луизу из себя: то, что он позволил себе прошлой ночью, или то, что она ответила на его ласку.
Постепенно болото охватило их со всех сторон: неподвижное, скрытое пеленой тумана. Грэгори удобно устроился на корме, стараясь не смотреть на Луизу и одновременно не в силах отвести от нее глаз. Местами она отталкивалась от дна, местами гребла и делала все это в более быстром темпе, чем накануне. Весла быстро и ловко ныряли в воду. Она гребла, с усилием — это читалось на ее лице. Губы ее были плотно сжаты — она вкладывала в гребок всю свою силу. В ее взгляде и движениях угадывалась предельная решимость.
Грэгори осторожно передвинул к ее ногам свой вещевой мешок. Затем мягким движением взял у нее из рук весло.
— Откройте его, — предложил он, указывая на мешок.
Содержимое мешка должно было изменить настроение Луизы.
— Осторожно, — предупредил Грэг.
Она с предосторожностями извлекла из мешка два высоких бокала и тщательно упакованную бутылку холодного шампанского.
Луиза вопросительно посмотрела на Грэга.
— Тут еще что-то есть, — удивление произнесла Луиза.
С преступной небрежностью Грэг положил в вещевой мешок розу. Одну-единственную. Шипов на ней уже не было. Она была неподражаемого персикового цвета. Бутон еще не был раскрыт. Совершенной формы лепестки плотно друг к другу. Какой прекрасный цветок, подумала Луиза и вдруг понята, что совершенно беспомощна перед этим человеком. Взгляд ее выражал и благодарность, и неловкость, и беззащитность.
— Я не нахожу слов.
— Говорить ничего не требуется. Нам же нужно как-то отметить вчерашний успех.
— Таково жизненное кредо Грэгори Коплина? — сухо спросила Луиза.
— Да, это его кредо, — подтвердил Грэг. — Вы можете открыть бутылку?