Фактор «Дельта». Десять плюс один

Там есть завод подшипников, в этом городе. - Он мотнул головой. - Иногда я спрашиваю себя… - Он замолчал.
Карелла откашлялся.
- Мистер Эттерман, что за человек был Энтони Форрест? Он ладил с сослуживцами? Он…
- Я никогда не встречал человека лучше, - ответил Эттерман. - Все любили его. Я уверен, что только сумасшедший мог его убить.
- Он всегда уходил со службы в одно и то же время?
- Мы закрываемся в пять, - сказал Эттерман. -Обычно мы с Тони еще четверть часика болтали. Да, я думаю, что он всегда уходил между пятью пятнадцатью и половиной шестого.
- У них с женой были хорошие отношения?
- Клара и он были весьма дружной парой.
- А дети? Его дочери должно быть около девятнадцати лет, не так ли?
- Да, так.
- Никаких неприятностей с этой стороны?
- Что вы хотите сказать?
- У детей никогда не было каких-нибудь неприятных историй?
- Не понимаю, что вы имеете в виду.
- С полицией, с другими ребятами, дурные знакомства и тому подобное.
- Это отличные малыши, - сказал Эттерман. - Синтия - лучшая в своем классе в лицее. Она получила стипендию университета Рэмси. Мальчики тоже хорошо учатся. Один играет в бейсбол, второй - член клуба «Спорщики». Нет, дети никогда не доставляли Тони никаких неприятностей.
- Вы знаете что-нибудь о его службе в армии, мистер Эттерман? Тот, кто его убил, отличный стрелок, значит, он может быть бывшим военным. А так как мистер Форрест служил в армии…
- Этого я не знаю, но уверен, что Тони был отличным офицером.
- Он никогда не рассказывал о каких-нибудь ссорах со своими подчиненными, которые могли бы повлечь за собой…
- Он был в армии во время войны. А война давно кончилась. Кто бы мог столько лет хранить злобу?
- Никогда не знаешь, - сказал Карелла. - Мы отрабатываем любую возможность.
- Это, должно быть, ненормальный, - сказал Эттерман. - Только ненормальный…
- Надеюсь, что нет, - ответил Карелла.
Инспектора попрощались, поблагодарив Эттермана за то, что он согласился принять их.
Мэй Норден была сорокатрехлетней, коротко стриженной шатенкой с круглым лицом и очень темными глазами. Они встретились с ней в зале похоронного бюро, где в обитом шелком гробу находилось тело Нордена. Бальзамировщик отлично загримировал лоб в том месте, где его пробила пуля. Нужно было очень пристально всматриваться, чтобы заметить рану. В зале толпились родственники и друзья, и среди них вдова Нордена и двое детей - Джоан и Майк. Майку было восемь лет, Джоан -пять. Оба сидели рядом с гробом на стульях с высокой спинкой, повзрослевшие, растерянные. Мэй Норден была в черном, по ее глазам, хотя и сухим, было видно, что она много плакала. Она вышла с инспекторами на улицу, и там, стоя на тротуаре, они курили и говорили о ее муже, лежащем на своем шелковом ложе в тихом зале.
- Я не представляю себе, кто мог это сделать, - сказала Мэй. - Я знаю, женам свойственно считать, что всем вокруг нравится их муж, но я долго думала и так и не нашла никого, кто мог бы его ненавидеть. Это правда.
- А его компаньоны, миссис Норден? Он ведь был адвокатом?
- Да.
- Возможно ли, что один из его клиентов…
- Но ведь нужно быть не совсем нормальным, чтобы вот так просто кого-то убить, разве нет?
- Необязательно, - сказал Мейер.
- Даже так? - Она слегка улыбнулась. - Значит, совершенно нормальный человек забрался на крышу и убил моего мужа, когда тот выходил из дома? Так, что ли? Совершенно нормальный?
- Миссис Норден, мы не психиатры. Мы говорим о нормальности с точки зрения закона. Убийца, возможно, и не является душевнобольным в том смысле, как это подразумевает закон.
- Мне наплевать на закон, - резко возразила Мэй. - Тот, кто убивает другого человека, сумасшедший, и мне плевать, что там говорит закон.
- Но ваш муж был адвокатом, не так ли?
- Сегодня я не жена адвоката, а его сорокатрехлетняя вдова.
- Миссис Норден, может быть, вы сможете сообщить некоторые сведения, которые помогли бы найти человека, убившего вашего мужа.
- Какие именно?
- Он каждое утро выходил из дома в одно и то же время?
 
- Да. В рабочие дни. В субботу и воскресенье он любил поспать.
- Значит, если бы кто-то решил проследить за его передвижениями, то увидел бы, что ваш муж каждое утро уходит на работу в одно и то же время?
- Без сомнения.
- Миссис Норден, ваш муж был ветераном?
- Ветераном? Вы хотите спросить, воевал ли он?
- Да.
- Три года на флоте во время второй мировой войны, - сказала Мэй.
- На флоте? А не в сухопутных войсках?
- На флоте.
- Он был младшим компаньоном в своей фирме?
- Да.
- Что он об этом думал?
- А что он должен был думать? Он был очень доволен.
- Сколько всего было компаньонов, миссис Норден?
- Трое, включая моего мужа.
- Ваш муж был единственным младшим компаньоном?
- Да. Он был моложе остальных.
- Он хорошо с ними ладил?
- Очень хорошо. Он со всеми ладил. Я же вам сказала.
- Значит, никаких недоразумений - ни с тем, ни с другим?
- Никаких.
- Какого рода делами они занимались?
- Их контора бралась за любые дела.
- И уголовные?
- Иногда.
- Вашему мужу случалось защищать преступников?
- Да.
- Сколько раз?
- Три или четыре. Я сейчас не помню. Четыре, мне кажется, с тех пор как он поступил в эту контору.
- Их оправдали или осудили?
- Двоих его клиентов оправдали, а двоих осудили.
- Где сейчас двое осужденных?
- Конечно, в тюрьме.
- Вы помните, как их звали?
- Нет. Но Сэм, конечно, мог бы… Сэм Готлиб, один из компаньонов. Он должен это знать.
- Ваш муж был родом из этого города?
- Да. Он и учился здесь - в школе и на юридическом факультете.
- Какого университета?
- Рэмси.
- Где вы познакомились?
- Мы случайно встретились в зоопарке. Потом стали встречаться и поженились.
- До или после войны?
- Мы поженились в сорок девятом.
- Вы уже были знакомы, когда он служил в армии?
- Нет. Он пошел на флот, прервав учебу в университете. Сдал экзамены по праву уже после демобилизации и почти сразу начал работать. Когда я с ним познакомилась, у него уже была своя контора в Бестауне. У Готлиба и Грэхема он только три года.
- А до этого у него была своя контора?
- Нет. Он работал в нескольких.
- Никаких неприятностей?
- Никаких.
- Там тоже были уголовные дела?
- Да, но я не могу вспомнить…
- Вы можете назвать эти конторы, миссис Норден?
- Не думаете же вы в самом деле, что это один из его осужденных клиентов?
- Мы не знаем, миссис Норден. Сейчас мы почти ничего не знаем. Мы ищем, и ищем очень упорно.
- Я составлю вам список. Вы пойдете со мной? - Она остановилась на пороге похоронного бюро и сказала: - Извините меня. Я была не очень любезна. - Она помолчала и добавила: - Понимаете, я очень любила мужа.
  
V
 
В понедельник тринадцатого апреля, через пять дней после первого убийства, Синтия Форрест явилась к Стиву Карелле. Она поднялась по широким низким ступеням комиссариата, прошла мимо зеленого шара с белыми цифрами «87» и вошла в вестибюль, где прочла надпись, предлагавшую изложить цель визита дежурному сержанту. Она объяснила сержанту Мерчисону, что хочет поговорить с инспектором Стивеном Кареллой. Мерчисон спросил ее имя и велел подняться по лестнице. Она пошла в направлении, которое указывали стрелки с надписью «Дежурное помещение инспекторов», поднялась по железной лестнице на третий этаж и очутилась в узком коридоре. Она пошла по этому коридору и наткнулась на мужчину в красной спортивной рубашке, прикованного наручниками к скамье, потом остановилась у деревянной перегородки и, встав на цыпочки, оглядела комнату. Заметив шедшего к ней Кареллу, Синтия не удержалась и помахала рукой.
 
- Здравствуйте, мисс Форрест, - сказал Карелла, улыбаясь. - Заходите, заходите.