Из Тьмы. Арка 3 (СИ)
Оттолкнувшись от бревна, в полёте швыряю в подобравшегося ближе всех Хана несколько метательных игл. После чего, затормозив себя толчком от новой вертикально стоящей — и даже от этого не сломавшейся! — опоры, останавливаюсь, встав на землю. Учитывая мою скорость, не так уж и сильно уступающую пушечному снаряду, а также сорок килограммов массы, физики из прошлого мира сказали бы, что такое резкое и мягкое торможение невозможно. Но у способностей воинов духа весьма странные отношения с правилами материального мира, а контроль инерции, что позволяет и не такие выкрутасы — не самый странный феномен из этого списка. Но один из самых полезных, да. При некоторой сноровке можно научиться маневрировать даже в воздухе: ограниченно, но всё же.
Впрочем, мне в данный момент не до отвлечённых размышлений: Анна вновь выпустила в меня стрелу (всё же ослепляющие гранаты перестают быть таким уж козырем, когда противник знает об их наличии) и пришлось, выставив клинок, корректировать её полёт в сторону приближающейся Акиры. Рыжая успела прикрыться, но повторно срикошетивший снаряд всё-таки чиркнул её по животу.
«Ха, не ждали?! — на лицо выползает кровожадный оскал. — То ли ещё будет!»
Снова подобравшийся ко мне Хан попытался сначала рубануть, а потом и подцепить меня одним из лезвий своего лабриса, но не преуспел, сам получив режущий удар по сгибу локтя. Не став его добивать, устремляюсь к уже успевшей надоесть своей меткой стрельбой Анне. Блондинку прикрывали Гектор и Рико, но заслон оказался слабоват: после короткого обмена ударами условно убитые защитники (Гектор получил попадание в голову, а Рико — косой, отсекающий верхнюю часть тела, удар под правую подмышку) остались на месте, а я наметила смертельный укол в центр груди лучницы.
Будет знать, как пытаться превратить меня в подушечку для иголок!
Правда, проявляющиеся признаки усталости подсказывали, что кое-кто слишком увлёкся побиванием товарищей и вот-вот сам обернётся куклой для отработки чужих атак. Всё же поддаваться боевому азарту в противостоянии сразу с четырьмя группами, ещё и после недавних выматывающих поединков с Будо — немного… или много?.. недальновидно.
Навстречу уже спешили новые противники, среди которых выделялся Кей Ли со свёрнутым набок носом. В карих глазах шутника горели огоньки недоброго азарта. Похоже, теперь кое-кто жаждал принести отмщение уже мне. Кроме него, в зоне видимости появились и другие ребята, как из моей группы, так и из других.
«Так! Не стоять, зажмут! Бегом к новой стене!» — командую себе, осознав эту неприятную истину.
Члены Отряда, почувствовавшие, словно акулы кровь, слабину в недавно доминировавшей на поле боя противнице — приободрились, и, что неприятнее, вспомнили нарабатываемые схемы совместных действий. Дальнейшая схватка лично для меня напоминала балансирование на грани, где с одной стороны находилась угроза слишком замедлиться, а с другой — опасность исчерпать все силы. Безусловно, навык мгновенного ускорения помогал экономить энергию; но даже превышая комфортную «крейсерскую» скорость только для атак, парирований и уклонений — всё равно приходилось тратить выносливость.
Неудивительно, что, несмотря на разогнанную скорость мышления и восприятия, меня всё же смогли зажать, прижучить и «убить», заслонив дорогу к последней, открывающей путь к побегу стене. Да, конечно, разгон разума помогал изворачиваться и находить выходы из, казалось бы, тупиковых ситуаций; да, немного переделанная с разрешения командира Базы (ещё бы марионетка мне что-то запретила!) и объединённая с крестовиной цуба позволяла уберечь пальцы от знакомства с вражескими клинками, облегчая парирование…
Но когда шансов нет, максимум, чего можно добиться — продлить агонию поражения.
Кей при поддержке «выживших» противников сумел навязать прямую схватку. Нами повезло зацепить мне руку своей стрелой, а после горящий жаждой реванша шутник ценой левой кисти таки смог приоткрыть мою оборону для удара двуручника Бэйба. Скрутив корпус, мне удалось пропустить удар по касательной — но в реальном бою такая не смертельная, но ощутимая рана (удар тупого меча тоже оставил неплохой синяк) означала бы начало конца.
В общем, пришлось мне сдаваться по хорошему, пока всякие кривоносые личности не добавили новых побоев бедной уставшей девочке.
Разбирая бой, позже мы пришли к выводу, что в столкновении со слабым или даже средненьким Мастером ребята имеют неплохие шансы его прибить без потерь, ну, или почти без них. Чего уж — если бы зал представлял собой не макет пересечённой местности, а пустое пространство, то и меня прижали бы гораздо быстрее, причём с меньшим количеством выбывших. Надо ещё учесть, что знание сильных и слабых сторон, а также манеры боя каждого из противостоящих мне ребят и девчонок тоже сильно помогали «злобной террористке». Другому Мастеру такого гандикапа не видать!
Что до меня, то, безусловно, можно было и не ввязываться в бой, продемонстрировав «сто первый приём», и полное доминирование в скорости движений позволило бы обойти противников, как стоячих — но в условиях значилась именно атака от агрессивного Мастера с последующим отступлением оного, а не весёлые догонялки.
Конечно, без противостоящей мне троицы из группы А, которая по понятным причинам лучше знала мою манеру боя и успела почерпнуть от «Куроме-сенсей» большее количество знаний, остальным пришлось бы тяжелее. И намного. К тому же я сражалась фактически в три четверти от реальной силы, в то время как, вколов себе пару лечилок с праной и включив «форсаж», можно легко превзойти показатель в 1,5. Про применение тейгу, будь то призыв марионеток или «шторм молний», который в замкнутом пространстве способен накрыть львиную долю противников — вообще не говорю, ибо сие не по правилам и чревато серьёзными травмами партнёров по схватке.
Но ребята всё равно молодцы!
И я молодец. Ведь именно благодаря моим трудам товарищи усилились, повысили уровень взаимодействия и улучшили свои навыки. За это не грех выпить и полакомиться творениями талантливых поваров. Идея вызвала всестороннее одобрение и вскоре, приведя себя в порядок и послав подальше Лоса с его претензиями — хорошо быть любимицей главы Отряда и министра разведки! — мы всей компанией отправились в рейд на лучшее из ближайших заведений общепита.
Единственным недовольным выступал Кей. Шутник горько, напоказ плакался о сломанном носе, который ему, между прочим, уже вправила Акира, и злонамеренно загубленной мстительной и злобной мной «несравненной красоте». В общем, ничего нового. Но посидели неплохо. «Моя злобность» исполнила ряд песен прошлого мира, переведённых на имперский язык (и уже исполнявшихся, и новых), в деталях рассказала о достопримечательностях Дворца, о Будо, об Императоре, о Сайкю — и в целом наговорилась за всё пропущенное время.
Как итог, удалось хорошенько расслабиться и поднять себе настроение, заодно более-менее выправив отношение к своей персоне, кое без влияния Натала стало уходить куда-то не туда. Кей, который по задумке должен был стать моим «заместителем по связям с общественностью», возложенных надежд не оправдал. Не потому, что не смог или забыл, а потому, что нагло на эти обязанности забил. Видите ли, смешная шутка у него получилась: Куроме-офицерша, блин! Сразу развеять дурацкие мысли в головах ребят или предупредить меня? Пф! Гораздо веселее дождаться, пока «наша самая злобная младшая сестрёнка сама всё увидит»!
У-у, вредитель!
Самое печальное, что штатный юморист, страдающий лёгкой формой социопатии, с трудом понимал, почему вообще ему сломали нос и грозят добавкой. «А что плохого-то? Мы же дома, какой вред от маленького розыгрыша твоего командирства?» Так как физическое воздействие на этом латентном мазохисте малополезно, пришлось играть на тщеславии и лени, угрожая выгнать из замов и ограничить участие в боевых выходах, нагрузив вместо них нелюбимой бумажной работой. Раз у Кея «Великолепного» нет собственного понимания момента — пусть выполняет приказы, для чего была проведена дополнительная беседа уже с Акирой. При ней не забалует!