Из Тьмы. Арка 3 (СИ)
Откровенность честного офицера и женщины, пострадавшей в борьбе за правое дело — как от прогнившей власти, так и от нечистых на руку «союзничков» — не могла не вызвать ответной реакции. Когда она предложила всем желающим, если таковые появятся, оставить Ночной Рейд и перейти в иные боевые группы, это, разумеется, встретило ожидаемый ответ. Ныне бойцы с прогнившей властью готовы обернуть свои тейгу не только против Онеста и его приспешников, но и против врагов, затаившихся внутри самого Восстания.
После эпизода с провалом планов Революционной Армии на далёком юге, когда неизвестная боевая группа Службы разведки искусно стравила их союзников, а после добила выживших, вожаки восстания волей-неволей переоценили важность высококлассных убийц. Соответственно пересмотрели и отношение к убийцам Ночного Рейда, который и вовсе состоял из тейгуюзеров. Никто не хотел, чтобы друзья-соперники использовали появившуюся возможность и натравили Ночной Рейд на «предателей революции». Финансирование и информационная поддержка вернулись на прежний уровень, вдобавок многие важные лица изъявили желание пообщаться с бывшей военачальницей. Именно поэтому Надженда оставила Рейд на Акаме, которая когда-то руководила собственной группой, а сама отправилась в центральный штаб. И именно поэтому все присутствующие рейдовцы произносили своей главе здравицы и пожелания удачи, ну, или советовали «натянуть всем уродам глаза на жопы» — тут всё зависело от оратора.
* * *
После того как обед, плавно переросший в пирушку, пошёл на спад, Акаме обратилась к сыто отдувающемуся Лаббаку.
— Принёс?
— Чего? — парень несколько осоловело глянул на стройную девушку, которая проглотила целую гору мяса, но совсем не походила на него, знатно переевшего после менее чем половины обычной порции Алоглазой. — А, ты про газеты? Принёс. Там… — он неопределённо махнул рукой, — рядом с порогом лежат. И зачем они тебе нуж… — моргнув, Лаббак понял, что разговаривает с пустотой.
Впрочем, девушка вскоре вернулась, неся с собой несколько сложенных напополам еженедельных изданий, которые, устроившись за столом, принялась внимательно перелистывать.
— И что ты в этих дурацких газетах нашла? — продолжил свой ленивый спич парень. — Премьер-министр — бла-бла-бла, угроза с Запада — бла-бла, волна монстров сожрала какой-то восточный городок, недовольные северяне — бла-бла-бла, выезд Императора бла-бла-бла бла-бла-бла-бла. Скукота!
— Нужно, — односложно ответила Акаме.
— Лучше б ты сам газеты читал, извращенец! — грозно глянула раскрасневшаяся от выпитого Майн. — …И ничего они не маленькие, я просто ещё расту, понял, идиот?! — непоследовательно закончила она, покраснев пуще прежнего.
— Та-ак, этому столику больше не наливаем, — насмешливо протянула Леоне.
— Я ещё трезв… ик!
— Тебе нужно было есть больше мяса, — заметила отвлёкшаяся от чтения Акаме.
— Мясо, точно… с такой же поджаристой корочкой, как раны от моей Тыковки, хих… — на этом силы юной снайперши истощились. И она, как и Шелли, прикорнувшая на подложенной под щёку книге, тихо погрузилась в сон.
— Ха, мелочь, — самодовольно фыркнул Лаббак, — не тебе спорить с великим мной!
— Кое-кто уверен в своих силах? — ласково улыбаясь, спросила Леоне. Подхватив свой стул, она подсела к парню и, приобняв за плечи, интимным шёпотом поинтересовалась: — Думаешь, сможешь обойти старшую сестру? Я принимаю вызов! Булатик, разлей нам полные чаши!
— На ногах останется только один! — с энтузиазмом взревел Булат, принявшись разливать алкоголь.
— Э-э, нет! — начал отчаянно отнекиваться парень, сообразив, куда дует ветер. — Я совсем не это имел в виду!
Перепить Леоне удавалось только Булату, и то далеко не всегда. К тому же «старшая сестра» имела привычку подшучивать над проигравшими соревнование соперниками, а владелец Кросс Тейл совершенно не желал узнавать, что богатой на выдумку соратнице придёт в голову на этот раз.
— Нет-нет, парниша, за слова нужно отвечать, — придержала Леоне дёрнувшегося подняться Лаббака.
С другой стороны её поддержал Булат. Хлопнув соседа по спине, мужчина наставительно произнёс:
— Настоящий мужик всегда держит своё слово! — И, вручив ему кружку, скомандовал: — До дна!
Леоне тут же опустошила свою емкость и проследила, чтобы её примеру последовал и зеленоволосый. Булат же помедлил.
— Акаме, не хочешь присоединиться?
— Да, сестрёнка, давай к нам, — добавила Леоне, пока Лаббак отдувался от выпитого.
Алоглазая слабо улыбнулась своим, наверное, друзьям и покачала головой. Постепенно отступающая от своей привычной холодности девушка уже не казалась такой бесчувственно-отстранённой, как прежде.
— Не могу. Командир поручила мне миссию: приглядывать за вами в её отсутствие, — сказала бывшая имперская убийца.
— Мы ей не скажем, — заговорщицки подмигнула Леоне.
— Акаме, спаси меня от этих монстров! — в жесте отчаяния протянул руки Лаббак.
— Нет, — снова покачала головой девушка, ответив сразу обоим. Её слабая улыбка на миг стала более отчётливой.
— Приказ есть приказ, — кивнул Булат и несколькими мощными глотками осушил свой кубок. И уже к Лаббаку: — Не расслабляйся, солдат, противник ещё не уничтожен!
— Ха-ха-ха, квасим до победного! — поддержала его Леоне.
— Что же, тогда не ждите, что я сдамся просто так! — подражая старшему товарищу, взревел Лаббак и опрокинул в себя вновь наполненную емкость с вином.
Подбадривая и подкалывая друг друга, троица начала своё противостояние.
Тем временем Акаме перешла к разделу объявлений. Безучастно пробежавшись взглядом по бесконечным «куплю» и «продам», девушка наткнулась на особенное объявление. Пальцы Акаме чуть-чуть дрогнули. Отложив первую газету, брюнетка потянулась за второй и нетерпеливо открыла её на разделе объявлений. Так и есть! В зрачках отражалось дублирующее послание, замаскированное под объявление.
«Сестра!» — алые глаза вспыхнули, а на губы наползла нехарактерная даже для «оттаявшей» Акаме счастливая улыбка.
* * *
За письменным столом просторной, богато изукрашенной комнаты гостевых покоев дворца одного из влиятельных имперских аристократов сидела красивая светловолосая девушка. Её простой «охотничий» брючный костюм немного диссонировал с окружающим блеском. Тонкие пальчики, держащие перьевую ручку, выводили затейливую вязь изобилующих вензелёчками букв, складывающихся в текст послания. Погружённая в своё занятие юная особа время от времени задумчиво щурила свои изумрудно-зелёные глаза или изредка хмурилась, но чаще на её губах играла улыбка. Кому бы ни предназначалось письмо, адресат, несомненно, являлся дорогим и любимым человеком для его составительницы.
Эрис очертила своё удивительное знакомство с Сюрой, визит во Дворец прямо к премьер-министру и Императору, свой поход в сокровищницу и выбравший её Великий Императорский Тейгу. Живописала дальнейшие перипетии и приключения. Их совместный с лордом Сюрой визит к родителям, где необыкновенно учтивый отец и откровенно лебезящая мачеха благословили её на подвиги. Разгром базы самых настоящих мятежников и освобождение захваченного этими подлецами высокопоставленного государственного чиновника, столкновения с дезертирами и многое другое.
Но…
Серебристый кончик вывел на снежно-белом листе последние слова:
«Люблю тебя. Твоя Эрис».
Девушка последний раз полюбовалась на законченное письмо, грустно улыбнулась и, щёлкнув изящной золотой зажигалкой, подожгла краешек. Лист занялся пламенем и вскоре в тонкой кисти остался лишь маленький дымящийся клочок.
Такой же, как и от десятка посланий, написанных за минувшие дни.
Эрис очень хотела написать своему первому, единственному и любимому мужчине, но ещё сильнее она опасалась последствий этого поступка. Натал всегда говорил, что ему очень нравится её теплота, мягкость и чарующий голос, но сейчас она изменилась. Придётся ли новый образ возлюбленной по сердцу Наталу?