У каждого свои недостатки. Часть 1 (СИ)

Челнок доставил нас в пассажирский космопорт. После тесноты станции, попав в огромные, наполненные искусственным светом и воздухом галереи купола, я почувствовала себя заключенным, выпущенным на свободу. Если немного сэкономить на покупках, можно выгадать пару сотен на покупку архивных записей земных театральных постановок, у меня их уже целая коллекция. Такие вещи в Сети не скачаешь, это же не порнуха, а на Нью-Маркет найдется все. Задача в том, чтобы не потратить всю сумму, а припасти немного для себя: Демидов велел покупать только дорогие вещи, не желая, чтобы его «сладкий ковбой» (убила бы!) выглядел оборванцем.
Мы с Пайком сели в вагончик стремительного поезда, домчавшего нас в нужный сектор за какие-то полтора часа. Там, где полоса движения подходила к краю купола, через стеклянные стены был виден удручающий своим однообразием желтый пейзаж с узкой полоской зелени вдоль кромки моря. Зато под куполом жизнь кипела. Пайк, сам одетый в строгий твидовый пиджак, помог мне выбрать рубашки, несколько элегантных костюмов и даже мужское белье.
— Это как же, Пайк? — жалобно причитала я из примерочной. — Как мне теперь с этим жить?
— Мало ли что, мисс, — со здоровым пессимизмом отвечал слуга.
Девушки-консультанты (вполне живые, а не циклоны — это был дорогой магазин), вежливо улыбались. Без подтяжек для брюк дело не обошлось. Я даже не протестовала, сломалась после галстуков. Пайк обещал дать пару уроков по плетению шейных узлов. Мне удалось немного потренироваться на манекене, который в итоге оказался чьим-то киберклоном в режиме ожидания и, очнувшись по вызову хозяина или хозяйки, здорово меня напугал и ушел с моим галстуком.
Я расплатилась чипом и обрадовалась — на счету была приличная сумма. Те сто тысяч так и оставались заблокированными («Зачем тебе свои деньги, Сэм? У тебя есть богатый любовник, который способен исполнить любой твой каприз», — и неприкрытая злость в глазах. Что с ним творится в последние дни? Что его так расстроило? Или кто?), но я решила сэкономить на стилисте и визажисте. В конце концов, девочка я или нет? У меня должно быть врожденное чувство стиля.
И кажется, оно проснулось, это чувство, когда я, по совету Пайка, попала в женский отдел огромного, очень дорогого магазина, специализирующегося на вечерних туалетах. Проблема была в том, что в этом магазине моему чувству стиля импонировало слишком многое. В конце концов, от разнообразия тканей, фасонов и отделок у меня закружилась голова.
— Вам помочь? — ко мне со скучающим лицом подошла любезная девушка в строгом костюме.
А почему бы нет?
— Понимаете, — смущенно заговорила я, на ходу придумывая объяснение. — Я иду на унисекс вечеринку. И мне нужно что-то… такое…
— Без смысловой нагрузки и акцентов на факторе пола, — девушка заинтересованно кивнула.
— На…наверное, — я ошарашенно поморгала: как же ловко она это сформулировала! — Как бы платье, но чтобы без этой самой… нагрузки. Дело в том, что я не очень хорошо разбираюсь в моде.
— А что в ней разбираться? — консультант неожиданно весело хмыкнула, оглядывая меня с головы до ног. — Все носят все, что попало и как попало. С начала двадцатого века ничего особо не добавилось, гульфик на нос не надеваем. Кстати, о веке двадцатом.
Она принесла мне в примерочную платье чуть ниже колен и сказала:
— Стиль девочка-мальчик. А… вы девушка, понятно. Нет, не то. Ноги вас выдают. Минутку.
Второе платье было прямым, нарядным, одновременно женственным и… неопределенным. От плеч к коленкам на нем была рядами нашита бахрома, она же прикрывала самые предательские места — икры и лодыжки.
— Беру, — твердо сказала я. — Не подскажите, где у вас парики и туфли? И белье. Нормальное женское белье!
— Несу, — консультант одобрительно улыбнулась.
Пайк распорядился отправить покупки в отель.
— Разве мы не вернемся на «Каллиопу»? — удивилась я.
— Кирилл Петрович распорядился снять трехкомнатный номера в «Хилтон Спейсвайд». Он присоединится к нам через, — Пайк так выразительно посмотрел на старомодные наручные часы, словно для того, чтобы определять время, ему не хватало встроенной в него программы, — четыре стандартных часа. Мистер Кир заблаговременно заказал место на космодроме. На «Каллиопе» есть свой челнок, но у него торс-двигатель.
 
— Ага, а мы в общественном транспорте давились, — проворчала я. — Никакой заботы о близких.
— Кирилл Петрович велел вам быть готовой к десяти вечера по местному времени.
— Принято к исполнению, — вздохнула я.
Мы с Пайком немного побродили по магазинам. Он купил себе запонки. Выбирал их Пайк часа полтора, в конце концов, прислушавшись к моему мнению и остановившись на серебре с эмалью. Строго, но со вкусом. Конечно, было приятно, что мой совет помог, но… запонки?!
Я все время ощущала на себе чей-то взгляд. Наверное, так повлияло на меня ограниченное общение на «Каллиопе».
— Что, мисс? — то и дело спрашивал меня Пайк.
— Ничего. Показалось, наверное.
Моя бедная грудь. Хорошее питание в последнее время сказалось на ней очень… положительно. Я выпустила ее на свободу еще в примерочной и теперь с наслаждением глубоко дышала. Стоя в номере у огромного зеркала, я смотрела на свое отражение. Можно хоть сколько угодно часто повторять, что не увлекаешься разными женскими штучками, но это платье… Наверное, я что-то теряю, что-то важное. И все равно, это все обман, подделка. Я бы многое отдала за то, чтобы такое платье носила Саманта, а не Сэмуэль Модести.
… — Мог бы и побольше подложить. Сюда, — Демидов ткнул меня пальцем в грудь.
— Они соответствуют параметрам моего роста и веса, — злясь, отрезала я.
— Ага, девушки с комплексами всегда так говорят. Зато тут ничего получилось, — он схватил меня за задницу. — Вау! Как настоящее.
— Это накладки из специального материала, теплопроводимого, — прошипела я, оглядываясь по сторонам.
— Впечатляет. Теперь буду всех девушек сразу проверять. Вдруг у них тоже… теплопроводимое.
На самом деле злилась я не особо. Демидов меня не узнал, посмотрел с восхищением, когда я прошла мимо в холле отеля специально, чтобы проверить его реакцию, а когда вернулась, на миг потерял дар речи и стал нести какую-то чушь. Я не злилась, мне было обидно. Кир считал весь мой «натюрель» впечатляющим результатом усилий искусника Сэма, специалиста по костюму и гриму. Больше никогда не позволю ему превращать себя в девочку. Парик я, кстати, так и не купила — волосы достаточно отросли, чтобы сделать задорную короткую завивку в подходящем к платью стиле.
— Куда мы идем? — поинтересовалась я.
— В русский клуб, в восточном секторе. У меня там важное дело. У меня и у Пайка. Если встретишь его в клубе, делай вид, что вы незнакомы. Ну, в чем дело? Чего застыл?
Я тихонько свистнула. Микки, засмотревшийся на витрину с пирожными в кофейне отеля, устремился ко мне, лавируя между ног немногочисленных гостей.
— Это что такое?!
— Я привезла… Что? Это я вживаюсь в роль!.. Я привезла Микки с «Каллиопы» и оставила в камере хранения космопорта. А что?! Опять останусь одна и буду скучать. Пайк собирается в какой-то бридж-клуб, а мне что делать? И на Мышке можно ездить, если устану на каблуках, только ноги нужно поджать!
— Что ты на него налепил?
— Стразики. Это модно!
— И бантик?
— Да, милый, правда? Ну я же де-е-евочка!
— Косишь под малолетку с собственным роботом? Ладно, пусть идет с нами. Только не надо так усердно… вживаться. Вдруг забудусь и увлекусь.
— И что тогда? — поинтересовалась я.
 
— Лучше тебе не знать, парень. Черт, Сэм! У тебя даже голос поменялся!
— А? Да, — сообразила я. — Я ведь пою. У меня большой диапазон, редкий. И два… две сестры, есть у кого поучиться.
— Большая семья? Это здорово, — в голосе Кира неожиданно прозвучала… боль?
Мы сели в такси, которое долго подбирало маршрут, обсуждая его с нами скрипучим голосом, а потом рвануло куда-то вдоль путей поезда. В машине Демидов достал из кармана блейзера длинную нитку жемчужных бус и намотал мне их на шею.