Божественная бездна 3
– Пламенник? – удивился Спартак. – Я знаю этого парня! Он сражался вместе с нами на испытании распорядителя! Так он выжил?
– И дошел до третьего уровня Бездны. Сможешь сам его расспросить. При случае. А теперь принесите фей. И приведите пленных.
– Слушаемся, – почти хором ответили Спартак и Елка, и в скором времени передо мной стояли шестеро. Три крошечные феи держались вместе и, прижавшись друг к другу, с опаской смотрели на остальных. Дварф, с переломанными коленями кое как стоял на ногах, помогали шины. Гном бегал глазками по сторонам, то и дело останавливаясь взглядом на моих кулаках. И наконец новый пленник – хоббит-убийца, с которого сняли все тряпки.
– Этих оставить. А вы трое, забирайтесь на ладонь, – приказал я феям. Крохи с подрезанными крыльями смело взобрались на камень, и я поднялся. – Подготовьте пленных к допросу, я сейчас вернусь.
– Я уже все рассказал! Все, что мог и знал! – запричитал гном, но я не обращал внимания на его крики. Зайдя к сердцу подземелья, я высадил фей на алтарь и, убедившись, что никто не может подглядеть, туда же посадил Весту. Мой огненный дух выглядел жалко, крылья и голова опустились, она даже попробовала вернуться в сердце, но я перегородил ей путь ладонью.
– Разговаривайте. Это всем вам пойдет на пользу, – сказал я, выходя из центральной комнаты и закрывая за собой каменную дверь.
– Простите меня, я не смогла… – донеслись до меня первые, с хлипом выдавленные слова Весты. Я удовлетворенно кивнул. Хорошо. Покаяние всегда помогает. Если она сможет излить душу – ей самой станет куда спокойнее. В норму она, конечно, не вернется, такой стресс даром не проходит, но, может, перестанет вести себя так взрывоопасно.
– Послушайте, Владыка, я все вам рассказал, – начал умолять гном, стоило мне оказаться рядом. – Спрашивайте о чем угодно, все, что знаю или помню, расскажу и покажу! Незачем мне больше руки-ноги ломать!
– Думаешь, я вызвал тебя, просто чтобы пытать? – с усмешкой прогрохотал я, – посмотри на моего нового гостя. Ты знаешь, кто он? Из какой гильдии?
– Я понятия не имею, кто он, владыка, но очевидно, что из гильдии убийц, – затараторил бывший контрабандист. – Думаю, его наняли для разведки, и тогда вскоре на подземелье нападет целый отряд этих головорезов. Я уже отметил на карте, где их логово.
– Ты? – закипая от ярости, рванулся к нему хоббит. – Это ты, предатель?
– Что я? – ошарашенно отодвинулся гном.
– Этот малыш всего лишь хочет сказать, что их группа из семи убийц, чьи души я скормил подземелью, шли за моим союзником с одной целью – искали тебя, – многообещающе улыбнулся я. – Они знают, кто слил информацию о всех гильдиях и лабораториях, и хотят мести. А потому ты свободен. Развяжите его.
– Спасибо, господин! – улыбаясь, вскочил гном, но стоило ему сделать несколько шагов – оглянулся на пленного хоббита. Затем на меня, и его улыбка пожухла, как осенний лист, а ноги задрожали. – Ч-что значит, могу идти? Почему?
– Потому что стоит тебе покинуть подземелье, и тебя прикончат, – с удовольствием прогрохотал я. – Можешь попробовать выбраться из города и скрыться в лесах кольца, но я не поставлю и серебряной монеты на то, что ты продержишься дольше месяца. Куда вероятнее, что тебя прикончат еще до того, как ты доберешься до моста.
– Нет… НЕТ! – гном, наконец осознавший всю ситуацию, упал на колени. – И что мне делать?
– Выставьте этот бесполезный мешок с мясом за порог, – взмахнул я ладонью.
– Стойте! Я могу быть полезным! Я придумаю, как и чем! – завопил гном, только недавно страстно желавший свободы. – Что угодно, только скажите.
– Если и в самом деле придумаешь, возможно, я позволю тебе остаться. Пока же – пошел прочь, – прогрохотал я вслед гному, которого утаскивали под руки. – Теперь ты. Дварф. Твоя судьба тоже висит на волоске. К твоему горю, никто не интересовался тобой. Видно, посчитали мертвым. А потому я не понимаю, зачем мне тобой интересоваться.
– Лучше смерть, чем служба злу, – сказал, глядя на меня исподлобья, бородач.
– Возможно. Но мы этого никогда не узнаем. Ты мне больше не нужен.
– Убить его, владыка? – с готовностью спросил Спартак.
– Не так банально. Но да, он умрет, – кивнул я, переходя к третьему пленному. – Скажи мне, малыш, что делают с провалившимися учениками гильдии убийц, которые подвели своего мастера и вместо того, чтобы умереть в попытках и устранить цель, сбежали с поля боя, а потом и вовсе попали в плен?
– Я не сбегал! – испуганно выкрикнул юноша.
– Еще как сбегал, твоего тела не было среди убитых, трупы валяются кучей в доме, а их карманы обчищены. Ты сбежал, предав гильдию и присвоив себе имущество товарищей. По крайней мере, все так подумают. Даже если ты придешь с повинной, а цель будет жива и здорова, что с тобой сделают?
– Убьют, – холодея проговорил хоббит, за секунду превратившийся из храброго убийцы, готового на все ради гильдии, в мальчишку, каковым на самом деле и являлся.
– Так просто? Нет. Вначале тебя будут долго пытать, думая, что ты знаешь что-то важное, – ухмыляясь, сказал я. Мысль была незакончена, но я сбился, увидев перед глазами странную надпись.
«Принесена разумная жертва, запас маны повышен на 12. Всего запас маны 59 из 1000».
Хранительница убила кого-то на втором этаже? Вряд ли, у нее сейчас совершенно другая задача. Но если допустить…
«Принесена разумная жертва, запас маны повышен на 12. Всего запас маны 71 из 1000».
Что за черт?
– Ждите, – приказал я, резко развернувшись. Раны и защитная форма не позволяли быстро передвигаться, но и идти было недалеко. За несколько секунд я добрался до комнаты с сердцем и откатил дверь в сторону. – Веста?!
Огненная фея, держа в руках подобранный с пола камень, забивала им лежащую на алтаре девушку. Рядом уже валялось два крохотных обескровленных тела.
– Ты что делаешь, дура? – спросил я, подхватывая Весту.
– Отпусти мен! Ты что, не видишь? Это не настоящие феи, это подделки. Марионетки! – криво усмехаясь, воскликнула зажатая в кулаке девушка. – Я просила их простить, но они лишь плакали и стонали. Они не хотели мести. Ты понимаешь? Они не хотели мести!
– Твою мать, – выругался я, когда счетчик маны вырос еще на двенадцать единиц. Спасать стало некого. – Ты хоть понимаешь, что натворила? Ты же убила собственных сородичей.
– О боги. Да нет же! Это просто глупые куклы. Марионетки! Они рассказывали, как их трахали в борделе. Как давали неполную дозу зелья увеличения, чтобы они больше походили на детей и было туже. Как насиловали раз за разом. И при этом они не хотели мести! Все, что им нужно было, – просто жить, чтобы их оставили в покое! Так не бывает! Это лишь куклы, а не феи!
– Твою мать, – глубоко вдохнув, я прикрыл глаза, чтобы успокоиться. Нельзя останавливаться. Нельзя замирать и сожалеть. – Ты их убила. Убила, возможно, последних представителей своего вида. И с этим уже ничего нельзя сделать. Ты наказала сама себя. Не сейчас, но через время, ты поймешь. И в этот момент я буду рядом. Но пока не хочу с тобой говорить.
– О боги, можно подумать, мне это очень надо, – фыркнула фея, и тела остальных крылатых вспыхнули на алтаре, исчезая. Даже горстки пепла не осталось. Положив ладонь на алтарь, я попросил прощения у ни в чем не повинных фей, чья жизнь состояла из страданий и закончилась нелепой смертью из-за встречи с «жаждущей мести».
– Так что нам с ними делать, господин? – спросил Спартак, когда я, мрачнее тучи, вернулся к пленникам. – Убить?
– Они и так мертвы. Просто еще не знают этого, – спокойно сказал я, останавливаясь перед хоббитом. – Дадим им шанс снова стать живыми. Дварф. Если решил, что твоя смерть станет достойным завершением жизни, я дам топор. Убийца, если считаешь, что можешь быть полезным, я дам тебе нож.
– Мне нужно будет его прикончить? – спросил успокоившийся хоббит, кивая в сторону бородача.