Между мной и тобой (СИ)

Голова кружится, я еле доползаю до подъезда.
— Кир…
Послышалось? Фокусирую взгляд на едва заметной во тьме фигуре. Знакомая фигура.
— Кирилл? — Еще раз и чуть громче. — Это ты? Что-то случилось?
— Люда? — Пытаюсь сконцентрироваться, но не слишком успешно. — Ты, что ли?
— Ну да. — Выходит под свет уличного фонаря, и я окончательно узнаю свою покорную блондинку. Черт, она же звонила, когда я был у Майи. — Ты не отвечаешь мне, Кирилл, сам тоже не звонишь. Ты забыл обо мне, да? У нас все кончено?
Стоит в нескольких шагах, дрожит, хотя ночь сегодня теплая, кутается в кофточку и умоляюще смотрит на меня. Вот-вот разревется. Жалкая такая, блеклая. Почему раньше не замечал? На фоне Майи они все такие. Никакие.
— Занят был, — коротко отвечаю и подхожу чуть ближе.
— Ой, господи! Что с тобой? — Прижимает ладошки ко рту, а в глазах ужас.
— Что, все так ужасно? — Пытаюсь улыбнуться, но у нее уже слезы на щеках. — Нормально все, Люда, езжай домой. Потом.
— Домой?! Сейчас? А к тебе больше нельзя? Я могу тебе компресс сделать. Ты же устал, я вижу.
Теплые руки на моем лице, я чуть прикрываю глаза, представляя, что передо мной совсем другая женщина.
— Ладно, пошли…
У двери снова спотыкаюсь, но верная Люда-Люба рядом. Не приди она сюда, я бы сам ее больше не позвал. Видимо, бабы и правда чуют, когда их хотят бросить, и тут же появляются рядом.
В зеркало в прихожей даже не пытаюсь себя разглядеть, сейчас надо принять обезболивающие и спать.
— Найди мне что-то от головы. — Не глядя на девчонку, прохожу в комнату и опускаюсь на кровать. — И бутылку воды принеси.
Стягиваю грязную футболку — вот и все, на что сил хватает. Душ утром будет. Малышка Люда уже здесь, притащила на выбор все обезболивающие, что только нашла в аптечке, воду в кружку даже налила. Умница.
— Я не знаю, что тебе лучше подходит, но я обычно пью анальгин, мне помогает.
— Да плевать. — Выбираю первую попавшуюся таблетку и быстро запиваю. — Все, я устал. Спать. Свет погаси.
Легкий шорох в темноте. Я не сразу соображаю, что она раздевается, через минуту обнаженное тело уже оказывается рядом.
— Не сейчас. — Отталкиваю ее голову, которая уже склонилась над моим пахом. — У меня пиздец какой день был. И я сказал: спать.
— Так я могу снять напряжение! — Голос удивленный и обиженный. Или это уже сквозь сон кажется. А, похер!
— Нет, не можешь. Раз пришла, делай как я сказал. Спи. И чтобы утром ушла до того, как я проснусь.
— Кир, я… — Жмется ко мне, как бездомный котенок. Но сегодня я не подаю, малышка.
— Детка, утренний минет завтра отменяется. А теперь спи, если не хочешь досрочно отправиться сейчас домой.
Обиженно отворачивается и натягивает на себя одеяло. Вот и славно. Во сне снова гудит мобильный, чертыхаюсь про себя, что забыл отключить звук, но вставать лень. Утром, если оно наступит.
Проснулся от головной боли, не сразу даже вспомнил, что случилось. Регина в кабаке и вся на нервах, как обычно, и ее пьяный обозленный муженек… Майя! Перед глазами закрутилась карусель событий вчерашнего вечера. Остановись, бля, я сойду!
Не сразу, но понимаю, что в квартире один. Малышка Люда, получается, уже ушла. А она точно была? Смотрю на кровать — вторая подушка смята, значит, не привиделось, блондинка и правда поджидала меня у подъезда.
Голова по-прежнему раскалывается. Плетусь в ванную, попутно соображая, что всю ночь спал в джинсах. Сразу вспомнился обиженный голос блондинки. Да, детка, бывает и такое.
Лицо опухло, могло быть и хуже, отек есть, но не смертельно. В магазине с такой харей лучше не показываться.
Отзваниваюсь Оле с Жорой, предупреждаю, чтобы меня сегодня не ждали. Да, бля, у хозяина сегодня выходной. И завтра, возможно, тоже. Да ничего не случилось. Ничего!
В мобильном ни пропущенных звонков, ни новых сообщений. Ну и хрен с ней! Могла бы хоть позвонить, раз у себя не оставила. Майя, Майя… Из Питера, значит. В голове постепенно восстанавливается весь вчерашний ужин в «Золотой лилии». У Пиотровских интимные проблемы, это понятно, но взбесившаяся Регина удивила. Когда на дороге столкнулись, так сильно морду свою не воротила. Может, узнала, как именно я ее муженька чуть не кинул?
 
На душе стало еще хреновее. Похоже, рановато я в город вернулся, но теперь уже ничего не исправишь. Набираю сестре узнать, как у нее дела, — в голове снова та дебильная анонимная угроза. Хотя уже месяца полтора как тихо. Инка не отвечает, сбрасывает вызов, поэтому следующий звонок — нашему с ней общему клоуну.
— Привет, Кир. Я немного занят. — Серьезный голос Дудкина говорит о том, что он сейчас сидит и втирает какому-нибудь крупному своему клиенту.
— Инна трубку не берет. Где она?
— Мы на совещании, вместе. Все нормально, не психуй. Вечером наберу.
У них и правда все хорошо. Приезжают вечером вдвоем, довольные и счастливые. Пришлось наврать сестре, что упал. Кажется, не поверила, но приставать с расспросами не стала.
— Надеюсь, до дня рождения Ала на тебе, как на собаке, все заживет, — говорит уже на прощание. — Мы снимем зал в ресторане, Кир, так что твое участие обязательно. Там все будут — Альберт полгорода позвал. Кстати, Люба с Маратом тоже обещали быть. Ты вообще их еще помнишь?
— А должен забыть? — спрашиваю, про себя удивляясь, что и правда давно не вспоминал о малышке Метелице. — Они еще не развелись?
— Нет! И не собираются. Просто я подумала… — Инна немного замялась, как когда-то в детстве, когда я еще был для нее авторитетом. — Может, ты придешь не один? С Майей? Что скажешь?
Глава 36 Майя
— Что-то давно наш рыжий сосед не объявлялся. — Габи минуту назад вернулась с перекура и явно готова поделиться последними сплетнями. — Оля сказала, что на пару дней взял отпуск. С чего это, не знаешь?
Рыжий уже три дня не показывал свою бесстыжую морду в нашем магазине, да и в своем тоже. Видимо, зализывает раны до сих пор, точнее, ему зализывают!
— Понятия не имею. — Равнодушно пожимаю плечами. — Мне он не отчитывается. Если тебе интересно, спроси у Леночки или еще у кого.
Отворачиваюсь от Габи и продолжаю разбирать новую партию товара — привезли одну коллекцию белья, плюс еще домашнюю одежду. Я уже намного лучше справляюсь со всем, особенно если не отвлекают дурацкими разговорами.
— Ленку он послал, — доверительно шепчет моя напарница, заговорщически на меня поглядывает и ждет реакции.
— Ценники вот здесь проставь, пока клиентов нет. — Передвигаю ей груду лифчиков. — И трусы тоже не забудь.
— Вы с ним поругались, что ли? Раньше ты его защищала, а сейчас чего?
Сейчас у него и без меня защитницы есть. И всегда были. А ты дура, Майя, раз почти ему поверила и едва не поставила все на кон из-за собственной глупости и взбесившихся гормонов.
Я ошиблась, решив, что он собой что-то представляет. Обычная пустышка со смазливой мордой и потенцией, как у кролика. Все так, как я и предполагала с самого начала.
— Ничего у меня с ним, Габриэлла. Слушай, я отойду минут на десять, ладно?
— Да без проблем. — Габи расстроена, что я не поддержала ее болтовню.
Удивительно, но каждый день одно и то же. Отучить ее сплетничать при мне нереально, хотя… хотя я уже спокойнее выслушиваю слухи обо всех наших соседях, кроме одного.
Сейчас у меня есть куда более важные проблемы, чем мучиться из-за рыжего мерзавца. Папе вчера стало плохо, вызывали скорую, вроде все обошлось, ночь прошла нормально. Утром, когда я звонила, папа еще отдыхал, мама сказала перезвонить днем. Вот и звоню.
— Привет, Юнга! — Узнаю родной голос, такой сильный прежде и такой надломленный сейчас.
— Здравствуй, Кэп. — Глотаю слезы и радуюсь, что меня он сейчас не видит. — Как ты?
— Жив и почти здоров. Не волнуйся, простое недомогание.
— Приеду послезавтра, — безапелляционно заявляю папе.