"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
А загадки — вот они, встречаются, напоминают о себе холодящим шепотком таинственного… Мы, солдаты вооруженных сил инопланетного базирования, это хорошо знаем!
Похоже, мои доблестные соратники по штрафбату тоже чувствовали нечто подобное.
— Да! — значительно крякнул Рваный.
— Тихо-то как здесь… Словно на кладбище… — ни к кому не обращаясь, сказала Сова.
Действительно, тихо, мысленно согласился я. Только кучерявые деревца и кусты трепещут листьями, переговариваются между собой и с бродягой-ветром…
«Травка зеленеет, солнышко блестит…» И травка с примесью фиолетового, и солнышко с непривычным лимонным оттенком, но суть экологического благолепия от этого не меняется… Хотя нет, здесь все-таки не благолепие, скорее — какая-то давняя настороженность…
Первое впечатление таинственного не проходило…
— А может, это и есть кладбище? — гулко откашлявшись, предположил Рваный. — Может, ребята-танкисты где-то здесь и остались… Легли костями неподалеку, поросли травой, вот и не видно их. Танкисты — они гордые, свои машины до последнего не бросают…
— Но ведь бросили же! — возразил Цезарь. — Нет вокруг никаких следов, даже останков не видно!
— Значит, пришлось бросить, что-то заставило, — заступился за танкистов Рваный.
— Похоже, так, — согласилась Щука.
— Теперь этого уже не узнаешь… — задумчиво протянула Сова.
Сова — невысокая, крепенькая, даже коренастая, с абсолютно плоским, азиатским лицом курганных каменных идолов и маленькими, кривоватыми ножками, не была красивой, не была даже мало-мальски привлекательной. Зато — опытная десантница. Давно служила в армии…
Со Щукой они дружили. Красавица — дурнушка, обычное, частое сочетание для женской дружбы. Они, наши девчонки, все равно женщины, хотя и солдаты…
И почему у меня теперь всякая мысль неизменно перетекает на Щуку? Правда, что ли, влюбился? Отмочил господин разжалованный капитан! — усмехнулся я про себя. А как, главное, вовремя…
— Я вот не понимаю, — вдруг спросил Цезарь, — откуда здесь сами танки? Разве тут сорок лет назад тоже воевали?
Наши ветераны захмыкали, как один.
— Война всегда где-то есть, — терпеливо объяснила Сова. — Иногда о ней объявляют, чаще — нет, но есть — всегда…
— Аминь! — подытожил я.
Именно в этот момент неподалеку раздался жалобный детский плач. Настоящий плач настоящего ребенка!
Это было настолько неожиданно, нелепо, непонятно, что мы все, по-моему, оторопели в первые мгновения.
Ребенок оказался совсем рядом с нами. Выполз на четвереньках из-за широких траков, распрямился и заковылял к нам. Совсем маленький, года полтора, наверное, пухленький, розовенький, в одних только ситцево-цветастых шортиках.
Он надрывался от плача, перекашивавшего его маленькое личико, и протягивал к нам толстенькие ручки с симпатичными перевязочками на запястьях.
— Ах ты, маленький! Да как же ты здесь оказался?! — Сова, стоявшая к нему ближе всех, кинулась первой.
И только тогда я сообразил, что мне сразу не понравилось в этом ребенке. Весь — почти голый, в шортиках, давно здесь, под жарким солнцем, а на коже — ни следа загара. Да и сама кожа какая-то слишком правильная, слишком розовая, без единой царапинки, словно у куклы на витрине! Плачет взахлеб — а слез и соплей не видно!
Я вспомнил, что когда-то слышал о таких детях, биороботах, начиненных взрывчаткой, самодвижущихся минах, рассчитанных на родительские инстинкты всякого нормального человека…
Сова уже подхватила его на руки, прижала к себе.
— Сова, отставить! Брось немедленно! — успел крикнуть я.
И тут он взорвался.
Очень ясно, с каким-то отчетливым внутренним замедлением, я успел увидеть, как расцвел на их месте грязно-огненный цветок взрыва, как подкинутым мячиком отлетела в сторону оторванная голова в шлемофоне, а потом меня сбило с ног ударной волной.
К счастью, никто из нас не поднимал забрало, да и заряд был не слишком велик. К тому же, прижав ребенка к груди, Сова приняла на себя основной удар, послужив для нас своего рода щитом.
Остальных, как потом выяснилось, тоже разметало в стороны. Но броня выдержала. А Сова погибла.
У этих мин, как я вспомнил задним числом, так называемый замкнутый цикл ударной волны, хитро закручивающейся по спирали в небольшом пространстве. Но зато — очень сильный удар. У тех, кто оказывается внутри спирали, шансов никаких, несмотря ни на какую защиту…
Тут же неподалеку от танков мы ее и похоронили. Вернее то, что от нее осталось.
Для быстроты мы вырыли яму четырьмя плевками пластита, устроив небольшой направленный взрывчик по квадрату. Еще раз потревожили покой старых танков и их каменных стражей. Но я больше не думал о загадке вычеркнутого дивизиона, брошенных танков и каменных столбов вокруг них. И никто не думал, наверное. Биоребенок-мина, это безусловное порождение земной техники, снова вернул нас к реальности, где загадки обычно разрешаются путем сопоставления разведданных.
Никто не знал ее вероисповедания (да и было ли оно у нее?), поэтому мы просто положили на могилу покореженную «эмку». Тело (а также броник и остатки оружия, всё вместе!) да будет предано земле!
Кто бы спорил — все там будем, рано или поздно, и вне зависимости от вероисповеданий… Так нас осталось четверо.
— А все-таки зря Сова сказала про кладбище, — вдруг вспомнил Рваный, когда мы уже тронулись в обратный путь. — Плохая примета!
Ему никто не ответил…
Совершенно секретно
Только для служебного пользования
«Руководство для постоянного состава младших и средних офицеров штрафных батальонов и отдельных рот».
Ответственный за составление — Главный инспектор войск внеземных операций, бригадный генерал Севидж.
Утверждено — Главнокомандующий войск внеземных операций, ранг-адмирал Раскин.
П. 27. Наказания военнослужащих переменного состава штрафных подразделений:
1. Военнослужащие переменного состава штрафных подразделений на все время прохождения службы в подразделении исключаются из действия обычных уголовных уложений СДШ и наказываются теми мерами, которые командование сочтет нужными и необходимыми. В качестве наказаний к военнослужащим штрафных подразделений могут применяться как меры воздействия, предусмотренные уставом, так и иные меры, по усмотрению офицер-воспитателей. Наказания штрафникам назначаются как командиром части, так и офицерами постоянного состава данной части, по согласованию с командиром или, ввиду исключительности условий, без такового. Высшей мерой наказания для штрафников является расстрел перед строем с публичным оглашением приговора. Офицер-воспитателям следует помнить, что для назначения наказания путем расстрела должна быть образована комиссия из двух или более военнослужащих постоянного состава штрафных подразделений.
Примечание 1: Офицер-воспитателям, проводящим воспитательные мероприятия в подразделении, следует помнить, что чрезмерная убыль личного состава подразделений, в результате смерти или лишения боеспособности из-за тяжести наказаний, может в дальнейшем негативно отразиться на выполнении поставленных командованием боевых задач…
Неизвестная планета.
По новым слухам — планета Гоби.
Карцер штрафного батальона «Мститель»
Где-то монотонно долбила капель.
Резко, кричаще слепила лампочка.
Лучше бы она вообще не горела! Я очень скоро понял, что лучше быть в темноте, чем вот так, когда под веки словно подсыпали стеклянной крошки, от которой перестаешь видеть и только непрерывно моргаешь…
Лампочка высвечивала грубые бетонные стены с пятнами сырых подтеков и такие же пол и потолок.
Я очень скоро почувствовал, как давят стены и как жмет голову потолок.
Да, «холодный» карцер был тесным, словно гроб. Три шага влево, три — вправо, четыре — по диагонали. Из мебели в карцере присутствовал табурет, и на шесть часов от стены откидывалась койка. На первый взгляд — вполне приличный объем и меблировка, случалось бывать в условиях и похуже, но это только на первый взгляд…