"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Правда! Как здорово! — хлопает в ладоши девица в восточном платье: — она же нас обманула, да? Можно я ее убью? Володя, ты обещал!
— Я обещал, что теперь буду к вам внимателен, к вам и вашим потребностям. — терпеливо говорит мужчина: — я не обещал что буду вам потакать людей убивать. Привыкли в своей Восточной Ся всех направо и налево… людей убивать плохо.
— Так то людей. Это же шича, — фыркает та, кого Сил-айяс узнала. К своему ужасу. Ведь это сама Кровавая Барыня, Имперский Каратель, княжна Зубова. Та, что подавила восстание шичей два года назад.
  
— Давайте я вам на вторую секиру рождественскую скидку сделаю, а? — слабым голосом говорит Сил-айяс: — или акцию? Две секиры по цене одной?
  
Глава 13
 
Глава 13
— Вот сюда. — тычет пальчиком чрезвычайно хмурая девица из шичей. Одета она в коротенький тулупчик мехом внутрь, на ногах — высокие сапожки. Головного убора нет, волосы убраны назад в тугой хвост. Зовут ее Сил-как-то-там. Если коротко — то просто Сил, а все эти суффиксы шичам позволяют свой социальный статус обозначат, ну там женат, замужен, свободен или нет, есть дети и сколько, уважаемый в своей общине индивид или так себе, сбоку припека. Потому и обращения эти могут меняться, даже если к одному и тому же индивиду обратиться — например, разные люди обращаются, один суффикс, если социальный ранг выше, другой — если ниже. Сюда же, кстати обстоятельства времени года и состояния общины. Драконий покер, одним словом, посторонний не угадает никак, а еще и обидеть успеет, назвав незамужнюю молодую девушку суффиксом, с которым к прабабушке правнуки обращаются. Так что с чужаками шичи суффиксов не употребляют, для них мы «сай-шорити» — от слова «внешний, не из общины». Коротко — шорти. Они же себя Истинноживушими называют, или «шин-ала-тайнлу», коротко — шичи.
И да, моя кузина их за людей не считает. Вот на полном серьезе. Она, между прочим, та еще шовинистка у меня, много у нее отрицательных и сомнительных черт характера, но даже последнего крепостного или нищего в канаве — все еще за человека держит. Пусть высокомерно, но все же. А вот шичи для нее — нелюди и все тут. По биологическим причинам, говорит она. Какие биологические причины? Не лезь ко мне со своими вопросами, Уваров, давай с делами разберемся, у нас Демон высшего класса по пригородам бегает где-то, а ты тут ко мне с биологией шичей. Вон, к этой, которая Сил иди и приставай, пусть она тебе свою биологию показывает, уж она не откажет, заплати только.
Я смотрю на хмурую девицу Сил. Внешне человек человеком, разве что волосы непривычного оттенка, сине-зеленые какие-то, да в носу пирсинг. Уши… нормальные уши. Все как у всех. Если так смотреть — симпатичная девушка, лет двадцати-двадцати пяти от роду, все при ней. Немного коротковата, но и такого роста люди бывают. Она не пухляшка, но и не худышка, все необходимые выпуклости присутствуют на своих местах, размеры нормальные такие. Правда при ее росте кажутся немного больше, что придает ее фигуре изгибов и выпуклостей. Еще она — очень хмурая. Понять ее можно конечно. Ведь узнав, что она с нами тут шутки шутит и театры разыгрывает в одном лице «Секира моего прадеда, единственная в своем роде!» — Ай Гуль тут же ее в оборот взяла, заставила вторую такую же сделать бесплатно, да еще и подрядила проводником выступить. Потому что в квартале шичей без проводника сложно. Тут за угол зайдешь, и все. Продадут и купят. Выйдешь голый, босый, без денег, зато с каким-то барахлом, на все деньги купленным. Хорошо, хоть долговые расписки шичам в судах Империи не рассматриваются. Дискриминация, да, но иначе как? Говорят, в те времена, когда еще оставляли такие вот расписки тут, наследники великих родов за одну ночь тут состояния просаживали. Вот и вышел в свое время Высочайший Указ где было сказано что «До Ее Императорского Величества доходят неприятные из Москвы слухи о начавшейся по отъезде Ея Величества разорительной карточной игре, каковые неумеренные игры ни к чему более не служат, как только к единственному разорению старых дворянских фамилий: того ради Ея Императорское Величество повелевает накрепко смотреть, чтоб ни в какие большие азартные игры не играли, и подтвердить в Полицию, чтоб публикованные в том указы точно наблюдаемы были».
— Самая лучшая Сноходица квартала, ну или по-вашему — онейромант. — говорит хмурая девица. Хмурая она, потому что моя кузина ее в оборот взяла и заставила с собой пойти, в качестве добровольно-принудительного гида и проводника. Такой вот гарантии что не надуют нас тут больше, чем необходимо.
А нам в квартале шичей сперва одну Сноходицу посоветовали, потом другую, много тут таких. Вот и решили мы сперва зайти артефактное оружие для сестер из рода Цин выправить, заодно посоветоваться. Вышло же так, что вынуждена эта Сил нас теперь сопровождать. Вот и сопроводила — до дверей. Стоит, мнется.
— Чего встала-то? — задает резонный вопрос Ай Гуль: — заходи. Будешь о ценах и услугах договариваться.
— … — что-то неразборчиво бормочет Сил себе под нос. Наверняка ругательство. Она с самого начала на мою кузину какие-то нечитаемые взгляды бросает. Неужто тоже с ней в Академии какой училась. Надо сказать, что Ай Гуль по себе повсюду незабываемые воспоминания оставляет, все-то ее помнят и любят.
— Предлагаю эту вот Волконскую тут и бросить. — кутается в белые меха госпожа Голицына, ее щеки покраснели от мороза, зарумянились и вообще она выглядит как юная, прелестная, русская княжна, каковой и является. Там, на балу, в ее обтягивающем костюме она скорее на гимнастку какую-то похожа была, такая гуттаперчевая девочка, но сейчас в шубе до земли, в меховой шапочке, в каких-то немыслимых украшениях, статная и красивая… вот с кого картину Васнецову писать надо. «Юная княжна предлагает выбросить другую княжну на мороз». Лубочная такая картинка получается, и за борт ее бросает в набежавшую волну.
— Пусть замерзнет до смерти, зараза такая, — продолжает она: — вот чего она на меня вызверилась? Я к ней никаких mauvaises intentions (дурных намерений(фр)) не испытывала.
— А я слышала, что смерть от мороза самая гуманная. Тебе сперва тепло-тепло становится, а потом — засыпаешь как будто. — звенит колокольчик Сашенькиного голоса.
— Господа и дамы, мы тут замерзнем. — выглядывает из автомобиля Сандро: — давайте уже к Сноходице! Я как-то раз такую грезу тут заказал… ммм… шестнадцать мулаток, монашки, белые медведи и карлики! Кстати, вы в этом сне тоже были, мадмуазель Вериока! Боже мой, что вы только не вытворяли, а я думал, что вы скромная особа.
— Следуйте за мной, — наконец говорит сопровождающая нас Сил, видимо приняв решение. Стучится в дверь, не просто рукой, тут на двери такой молоточек висит, в виде подковки. Отводишь его назад и тук-тук. Мы ждем. Я стою у машины, готовый взять на руки спящую красавицу, госпожу Софью Волконскую. Ай Гуль и Вериока вяло переругиваются, причем обходятся только словами, ни снежинок с острыми краями в воздухе не видать, ни прозрачных нитей паутины. Прогресс. Рядом со мной стоит и глядит в пространство сестрица Лан из рода Цин и вид имеет самый обалдевший. Иногда она украдкой закладывает руку за спину и проводит пальцами по ее драгоценным секирам. Драгоценным для нее, конечно. Впрочем, по пять тысяч за штуку — это грабеж. Хотя, понимаю, что артефактное оружие, послушное магии, специально под руку, причем достаточно древнее, — дешево стоить не может. И для этих двоих мне никаких денег не жалко, уж что-что а свою полезность и преданность эти двое давно доказали. Ни разу такого не было, чтобы Лан и Лин назад отступили, труса спраздновали, а ведь это не их страна, где-то даже не их бой. Они могли бы спокойно «барышень в беде» отыгрывать и за спиной отсиживаться, ведь у них нету неуязвимости, нет никаких гарантий что Мещерская их поднимет потом, учитывая их отношения. И тем не менее они в стороне ни разу не отсиделись. При этом и на глаза не лезли, вот моя кузина, например, если что и сделает — так потом забыть об этом никогда не даст. Будет напоминать, зараза такая. В лицо тыкать. Подначивать. Смеяться. А эти двое как настоящие друзья, такие, которые с тобой всю жизнь, если надо — на помощь всегда придут, но напоминать об этом не станут. Сразу же забудут.