"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Ты раскроила своим коллегам по учебе головы? — уточняю я. Картина в голове начинает складываться.
— Они первые начали! — отвечает Ай Гуль: — и потом не так уж сильно и раскроила! Ну… Аглае ясное дело, но у второй девицы — даже мозги не вытекли! И я ногу подвернула!
— Дай-ка я угадаю — когда на их телах прыгала? — спрашиваю я и моя кузина давится воздухом от возмущения. Что-то бормочет про шовинизм и про то, что кое-кто вообще архидемона изнасиловал и ему все с рук сходит, а она — всегда была за мир и против насилия, просто нечего к ней лезть немытыми лапами, а тут еще и эта Волконская морду воротит, а она ее даже и не била в Академии, хорошо к ней относилась, от других защищала…
— Ты защищала Соню Волконскую в Академии? — удивляюсь я: — на тебя не похоже.
— Вот что, Володя, прекрати немедленно! — топает ногой моя кузина: — ты же меня знаешь!
— Именно, потому что знаю. Ты умная, красивая, обаятельная — когда хочешь, невыносимо стервозная — по отношению к тем, кто тебе не нравится. Ты на удивление хорошо вписываешься в любое общество, но стремления к благотворительности я у тебя не замечал. Если бы это была не Соня, а скажем юный и прекрасный юноша, которого обижали Аглая с подружками — я бы поверил…
— Вот кто бы говорил! — фыркает Ай Гуль и бьет меня сложенным веером по плечу: — ты и сам! Посмотри на своих «барышень в беде», ты всех выручаешь и помогаешь, но… почему-то эти все — исключительно молодые и привлекательные девицы! Ни одной старушки там или мужчины средних лет. А я Сонечке в Академии совершенно бесплатно и бескорыстно помогала… давала ей чувство причастности к нашему коллективу, ты же видишь какая она.
— Серьезно? Ты взяла ее в свой круг общения? Действительно, странно, что она сейчас так к тебе относится…
— Вот! И я говорю. После того случая, как Аглаю и ее подружек воскресили валькирии, а одна даже и не померла, кстати — вот после того случая я Сонечку и еще нескольких девиц к себе под крыло взяла. Защищала их и помогала, наставляла и направляла. Это был нелегкий труд, братец.
— Погоди-ка… а как именно ты с ними общалась? — неясные сомнения продолжают грызть мне душу.
— Очень просто. Я их защищала, а они мне подчинялись. А теперь голову воротит, неблагодарная. — отвечает Ай Гуль и тянет меня за руку: — ну же, пошли, к молодежи, я тебя с Сандро познакомлю и с компанией. Они смешные и забавные, просто умора.
«Новости»
Новости изъ-за границы. Турецкій султанъ произвелъ уже третью партію штурмовыхъ ифритовъ для защиты границы отъ притязаній Австро-Венгріи, по словамъ его приближенныхъ совѣтниковъ новые ифриты замѣтно лучше предыдущихъ, обладаютъ большей огневой мощью и защитой. Австро-Венгрія черезъ своихъ представителей заявила о томъ, что разсматриваетъ указанные дѣйствія какъ явную провокацію и попытку эскалаціи пограничнаго конфликта. Въ настоящее время оффиціальные лица Австро-Венгерской Имперіи разсматриваютъ возможность отправки къ границамъ съ Турціей полка вервольфовъ изъ личной гвардіи Императора Франца-Іосифа. Въ настоящее время номинальнымъ главой полка остается эрцгерцогъ Франц Фердинандъ.
Глава 11
— А это у нас невыносимый Сандро и его компания. — говорит моя кузина и тычет веером в смутно знакомого молодого человека, одетого по местным меркам слегка скандально, уж больно узкие у него штаны и длинные фалды у фрака. Кроме того, и фрак не черный, а почему-то зеленый. Из нагрудного кармана торчит ярко-желтый платок, волосы уложены назад с таким количеством бриолина, что кажутся влажными и… по-моему он напудрен. Мода тут такая, что ли?
— Божечки-можечки! — складывает ладони вместе Сандро: — наконец-то Снегурочка растаяла и снизошла до того, чтобы представить нас своему любовнику!
— Убью. — говорит Ай Гуль и поднимает кулак, вокруг которого начинают конденсироваться снежинки: — убью и закопаю тут же.
— Ой-вэй, меня сейчас убьют. — нарочито вздыхает Сандро и поворачивается ко мне: — что же, в оставшееся мне время позвольте представить вам Александру Новикову и Марата Афанасьевича Любимова. Саша у нас профурсетка и бонвиванка, она позирует нагишом для художников и занимается свальным грехом в своей студии. Марат — девственник. Да, он решительно отказался от плотских увеселений и до сих пор чурается женского общества… в этом плане.
— Как это интересно, — говорю я, пожимая протянутую руку: — Александра, позвольте выразить восхищение вашей смелостью, а также уточнить — как именно можно попасть на сеанс свального греха в вашу студию?
— Неправда это все! — краснеет Александра, невысокая девица с короткой прической: — врет он все! Ну… да, я позировала господину Сурикову для его картины, но не более!
— Самому Сурикову! А как картина называется? — интересуюсь я.
— «Посещение царевной женского монастыря», — говорит Александра: — только почему для этой картины надо было раздеваться? По-моему, Василий Иванович меня обманул! Там на картине все одетые!
— Ну что вы, мон шери, — качает головой Сандро: — для художника важно видеть тело без одежды, чтобы нарисовать в одежде. Это для обычного человека не понятно, а для художника — никак иначе. Верно я говорю, дорогуша? — обращается он к Ай Гуль и та только глаза закатывает.
— Верно. — к моему удивлению, соглашается она: — верно, Саш. Художнику обязательно надо раздеть чтобы увидеть.
— Вот оно что. — заметно успокаивается Александра и качает головой: — а то я боялась что Василий Иванович просто на меня голую хотел посмотреть. А у меня тело не такое как у Данаи или Афродиты, мне неловко. И грудь у меня не большая… мне не жалко, конечно, но Василий Иванович такой творческий человек! Ему, наверное, грудь побольше нужна, как у госпожи Алферовой-старшей, или как у маркизы Бовари…
— И с вами тоже рад познакомиться, — говорю я молодому человеку с короткой черной челкой, который стоит рядом: — Марат Афанасьевич. Для того, чтобы не попасться в сети женского обаяния и продолжить свой квест… куда бы он вас не вел — нужно очень много мужества. Я вот не выдержал. Остаться девственником — это… вы сильный человек.
— Спасибо, Владимир Григорьевич, — он пожимает мою руку в ответ: — большинство не понимают, о чем идет речь. Зигмунд Фрейд в своем «Толковании сновидений» как раз и говорит о том, что людям свойственно реагировать на все сексуально. Желание вырваться из клетки плотских стремлений свойственно не только православию, я не адепт православия, нет. Буддизм также говорит о том, что желание равно страдание. Магометяне и прочие Люди Книги, языческие секты и философские стремления — все в один голос говорят, что секс — не только источник удовольствия, но и место наибольшего падения человечества.
— И поэтому наш Марат продолжает оставаться на месте в плане взаимоотношений. — замечает Сандро: — с места не может сойти.
— Ты опять меня приклеил? Сандро это уже не смешно! — говорит Марат и перебирает ногами — вернее, пытается. Но его ноги и вправду будто приклеены к полу, намертво.
— Оставь Марата в покое… — машет рукой моя кузина: — и правда не смешно. В прошлый раз как ты бургомистра к бутылке прилепил — было смешно.
— До тех пор, пока вино в бутылке не кончилось — его все устраивало, — пожимает плечами Сандро: — но соль шуточки тут в том, что он остается на месте! Понимаете! С места не сойти!
— Твой юмор временами становится таким тонким, что его не видно, — говорит моя кузина, а я краем глаза замечаю какое-то движение. Поворачиваю голову и вижу, как рука барышни Александры берет с подноса полный бокал с шампанским. И все бы ничего, но сама барышня Александра прямо перед нами стоит, а ее рука — вытянулась за спиной у Сандро и Марата — метра на три не меньше! Рука берет бокал, поднимает его вверх и аккуратно выливает Сандро за шиворот!
— Что⁈ Саша! Прекрати! — отбивается от струи шампанского тот, но все равно оказывается совершенно мокрым: — Александра! Что вы себе позволяете⁈