"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— … так и должно было быть — продолжает говорить Юки, следя за летящими по небу фонариками: — я всегда мечтала о городе. Нет, даже о Городе. Где все счастливы и спокойны, где есть место всем и каждому и где никто не будет угнетаем и обижен. 
— Идеалистка — вставляет слово Акира и потягивается: — такого не бывает. 
— Не бывало. — говорю я, вставая рядом с ней и обнимая ее за плечи: — Никогда прежде не было. Но это не значит, что никогда не будет. Все в жизни происходит в первый раз. Первый вздох. Первый шаг. Первая битва с драконом. Первая попытка построить райский сад. 
  
— Бред — говорит Акира и кладет свою голову мне на плечо: — ты, Син неисправимый идеалист и наивный мальчик и одноклассница твоя тоже туда же. Вас там, в Тринадцатой городской школе чем кормят, что вы такими идеалистами вырастаете? Видела я вчера вашу Иошико, ничуть не лучше. Братство то, Братство се. Кого они смогут вырастить из этих детей? Общество отвергнет их. 
— Случившееся один раз — уже случилось и запечатлено в ткани Вселенной как муха в янтаре. — отвечаю я: — Золотой Город существует, а значит мечта Юки сбылась. Хоть у кого-то она сбылась. 
— У меня она тоже сбывается периодически — отвечает Акира: — когда я вечером спать ложусь. Потому что я ставлю перед собой реальные цели. 
— Нет, я понимаю, что ты сомневаешься, Акира-сан — говорит Юки и поворачивается к нам: — дорога, которая вела нас к этому моменту была ухабистой и неочевидной. И все эти сомнительные эксперименты… я обещаю, что ничего подобного Золотой Город не повторит! 
— Если верить Марии, то эта реальность уже была — отвечает Акира: — ты просто переведешь стрелку на новый путь… что не отменяет реальности той ветки. 
— Если верить Марии, то есть реальности, где случилось все плохое, что только возможно… — ворчу я: — это не повод самим туда перебираться на постоянное место жительства. 
— А чего это с Чи-тян случилось? — лениво вопрошает Акира и я поворачиваю голову. Читосе заставляет Марию поочередно поднимать руки, зачем-то изучает ее подмышки, качает головой с видом механика в старом гараже, разглядывающего новую модель «Роллс-Ройса». 
— Она только что узнала, что Мария — это Саша. — отвечаю я: — то есть технически у Читосе есть дочь. Ну или создание. Она теперь вроде Франкенштейн. 
— Кто? Мария или Саша? — хмурится Юки. 
— Ну… начать с того, что это одно и то же. Или — одна и та же. Или… скорее кусок автономной личности Саши, который называет себя Марией — блеснул вновь приобретенными познаниями я: — а Франкенштейн — это имя доктора, который создал чудовище. То есть Читосе у нас как раз Франкенштейн. 
— А ты у нас замужем за Франкенштейном. За доктором Франкенштейном — добавляет Акира: — похоже на название дешевого фильма из видеосалона в Веселом Квартальчике. 
Раздаются крики, шум и мы поворачиваемся к выходу на балкон. Там стоит молодой парень в гвардейской форме, его мундир на груди порван. Его схватили за руки мускулистые парни из дворцовой охраны, они тут не такие квалифицированные как Алые Стражи в Лазурном Дворце, но все равно молодцы, бдят и на глаза не показываются без лишней необходимости. 
— А это что еще… — тянет Акира и в ее глазах вспыхивает пламя. Юки кладет руку ей на плечо успокаивающим жестом. 
— Шшш… — шипит она, мягко, словно мать своему ребенку, усыпляя его в колыбели: — это очередной молодой дурак из гвардии Адияны, который влюбился в нашу амазонку. Они там в первом гвардейском совсем с ума посходили как она устроила то шоу на фехтовальном плацу. Говорят, уже дерутся на дуэлях за право бросить ей вызов. Если так дело дальше пойдет, то придется закон принимать о запрете дуэлей, поубивают друг друга… 
— Вот как… — пламя в глазах Акиры гаснет, оставляя лишь легкий интерес: — неужели им так охота на ее… достоинства поглядеть? 
— Боюсь, что тут наша Майко промахнулась. Опять. — вздыхает Юки: — Это ж не современное общество, где показать свои… достоинства проще простого. Гвардейцы здесь как один образованные, все-таки дворяне и все такое. В общем воспринимают они все это «кто победит меня — тому сиськи покажу» — как матримониальное предложение. Тем более тут и легенды такие есть — о прекрасной деве-воительнице, которую только достойный воин может победить и в жены взять. Опять-таки, звать эту деву из легенды Мако, так что и тут… — она вздыхает: — и тут она промахнулась. 
— Прекраснейшая из дев! — кричит молодой человек в крепких руках дворцовой охраны: — Молю! Прими мой вызов и буде окажешься поверженной от руки моей — стань моей невестой! 
— Понятно — говорит Акира, тут же теряя интерес к происходящему и поворачиваясь к молодому человеку спиной: — ну и дурак. Знал бы на что подписывается… это ж Майко. 
— Не знаю — говорю я: — во-первых она у нас красотка и с такими вот… — я описал руками полукружья в воздухе: — формами. Во-вторых, она у нас душа компании и всегда полна оптимизма. А в-третьих — подружка самой Новой Надежды Человечества и Драконоубийцы. Карьеру можно сделать. Уж Юки мужа своей подружки не оставит в лейтенантах. Как минимум полковник станет. 
— Хм. А я-то думала, что это я тут циник — говорит Акира, оперившись на балкон: — поздно становится, может зайдем уже? Или… — она тянется к ближайшему подносу на столике рядом с перилами и берет бокал: — … впрочем можно и постоять. Как ты говоришь эта штуковина называется? — она качает бокалом, принюхиваясь. 
— Картиш. — отвечает Юки, глядя как Майко делает жест и дворцовая стража отпускает незадачливого гвардейца. Она снимает с себя орденскую ленту и мундир и остается в белой рубашке с широкими рукавами. Рубашка висит свободно, но ее незаурядные формы этим все равно не скрыть. Майко отбрасывает в стороны ножны и салютует своему противнику лезвием церемониального меча. Ее поклонник повторяет жест. 
— Хорошее название — одобряет Акира и отпивает глоток, по всей видимости совершенно забыв о том, что она дала зарок не пить «вообще никогда» буквально пять минут назад. Или десять. 
В воздухе звенит высокая нота, по полу к нам скользит выбитый из руки гвардейца меч. Я аккуратно наступаю на него, останавливая движение, прижимая его к мраморному полу. Тут же появляются дворцовые и с извинениями и поклонами — забирают меч, уволакивают гвардейца, который невнятно ругается и марает полы кровью. 
— Видели? — говорит Майко, подходя к нам, все еще с мечом в правой руке и в рубашке: — Как ругается! Настоящий профессионал, я даже парочку выражений запомнила. Что-то там про мою маму и кровосмешение. Шпагу, правда, держать не умеет, но ругаться — мастер! 
— А что ты хочешь, это ж первый гвардейский — пожимает плечами Юки: — эти из богатеньких сынков дворян собраны. Ты во второй гвардейский сходи, вот там настоящие волки, ветераны, а не эти, которые только парады устраивать да свои доспехи полировать умеют. Первый гвардейский потому и назван первым, что для них названия важны, а не дела. Эти только в карты играть, да вино дуть, да служанкам по углам юбки задирать горазды. 
— Эх, жаль. — печалится Майко: — А где казармы второго гвардейского? Я бы им визит нанесла! 
— Сиди уж — говорит Юки и сперва я думаю, что Майко сейчас взбрыкнет и вправду отправится гвардейцев второго полка сиськами пугать, но нет. Набрала наша Юки авторитета и политического веса в семье. 
— Не могу я там с ними — жалуется Майко через некоторое время, кивая в сторону увлеченно о чем-то беседующих Читосе и Марии: — у меня от них голова кругом! Я половину слов вообще не понимаю. 
— Дай уже матери и ребенку побыть вместе, прояви такт — говорит Акира: — я с тобой, о чем хотела поговорить. Ты почему двоих парней из гокудо покалечила? Знаешь, сколько страховка медицинская стоила? А компенсации парням и семьям? 
— Ой, да плевать — отвечает Майко: — старикан заплатит. И потом — нечего такими наглыми быть, приперлись в школу как к себе домой. А в школе порядок должен быть. 
— Дело не в деньгах — качает головой Акира: — а в твоем излишнем энтузиазме, когда дело доходит до насилия. Ты же вполне могла им пару слов шепнуть кто ты — никто и вякнуть не посмел бы. А ты сразу — ноги ломать. Сложный перелом, кстати, парень хромать долго будет.