"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— … — Хикэру-доно в своем новом теле некоторое время молча смотрит на нас. Задумывается. Потом опускает глаза вниз и лезет куда-то руками — за край экрана. Задирает юбку. Поднимает глаза.
— Не. — говорит она и у меня от сердца отлегает. Пронесло?
— Не — повторяет она: — никаких проблем. Правда это тело еще девственно, но этот недостаток преходящий. Значит — младшая жена. Церемонию проведем как только сможем. У меня есть парочка идей.
  
— Пффх… — давлюсь воздухом я.
— Младшая жена Сумераги-тайчо. — произносит Хикэру, словно пробуя на вкус: — а была главой клана. Жизнь интересная штука. Ладно, мне пора. До связи!
— Секундочку! — вдруг встревает в разговор Иошико: — Хикэру-доно! А… откуда у вас это тело?
— Это? — Хикэру смотрит вниз, так, словно осматривает новый костюм: — да эти козлы Джингудзи на дороге засаду устроили, туда и гражданские на микроавтобусе влетели, девчонку эту грохнули тоже. А мне для представительских функций нужно женское молодое тело было, а то все штурмовики да убийцы клановые, вот и … — она еще раз посмотрела вниз: — а что, нравится?
— Блин… — Иошико как-то осунулась: — значит Хината Рэй погибла…
— Хината-чан бессмертна! — вдруг весело сказала Хикэру-доно и изобразила «моэ-моэ» с сердечками и воздушным поцелуем. У меня что-то лопнуло в голове и задергался глаз. Не каждый день видишь, как безжалостная убийца, вырезавшая два клана — делает умилительные рожицы и складывает руки сердечком.
— Черт. — говорит Хикэру и перестает изображать «моэ-моэ»: — извините, рефлексы тела. Эта ваша чертова Хината все еще тут.
— Мы любим тебя Хината-чан! — кричит Михо: — не сдавайся!
— Кто такая Хината Рэй? — тихонько спрашиваю я у Читосе. Та пожимает плечами. Акира? Акира кривит губы — не знает и знать не собирается, не до этого ей. Майко? Майко делает вид что не понимает, о чем речь, значит тоже не знает. Знала бы — не выдержала бы, начала умничать, как же сама Акира не знает, а она знает.
— Я люблю вас! — источает улыбку и любовь Хикэру-доно и эта картина настолько противоестественна для Хикэру-доно и настолько естественна для ее нового тела, что у меня начинает дергаться другое веко — в унисон первому. Наверное, со стороны я стал похож на сову или эпилептика.
— Могу предположить. — говорит Читосе шепотом: — что она попала в голову уже больной девочки. Больной и наивной девочки, которая была светла душой. И теперь у нее внутри борьба ее истинной сути — мрачного зла и светлой души невинной девушки.
— Не, это была ловушка. — говорит Майко: — ее заманили в это тело, наверное это заговор. Хикэру-доно — она как Гингема, на нее любовью капнуть, и она расплавится.
— Ой, идите нафиг. — говорит Хикэру: — не такая уж я и стерва. Это из-за социального статуса — я тогда все-таки выше всех вас была по статусу, так сказать ноблесс оближ. А теперь я с вами, даже младше. Младшая жена. Ладно, я пойду, мне еще особняк штурмовать и расстрелом командовать. Кьюн! — Хикэру-доно, Вечно Молодая Луна изображает сердечко руками и пропадает с экрана. Мы смотрим на то место, где она только что была, пребывая в глубочайшем впечатлении.
— А я-то думала, что меня в этой жизни уже ничего удивить не может. — говорит Юки: — но к такому жизнь в Бартаме меня не готовила.
— И это мы еще даже на совещание не собрались. — говорит Майко: — что же завтра-то будет… надо будет Акире новый портсигар купить взамен старого, а то она себе все ногти съест.
  
Глава 29
 
POV 56
— Это переходит всякие границы! — бушует Верховный Инквизитор и пятьдесят шестая отслеживает его состояние. Он волнуется, переживает стресс, у него учащенное и усиленное сердцебиение, повышение артериального давления, учащение дыхания и повышенный мышечный тонус. Абсолютно нормальная реакция человеческого организма на стресс. Пятьдесят шестая продолжает мониторить его состояние, просто потому что может. Ее ядра пульсируют, мерно, неторопливо охватывая пространство вокруг.
— Мне перечислить все проблемы из-за тебя и твоего научного комплекса? Чертовы кланы опять начали грызню, а это плохо отражается на имидже Императора! Все подумают, что мы не контролируем кланы, не контролируем страну! У них штурмовые винтовки и свои спецподразделения! Как еще не артиллерия! Клановые войны это меньшее что нам нужно сейчас. Уж ты-то должен понимать, что на данном этапе нам не нужно внимание, не нужны волнения, нам нужно спокойствие в обществе и государстве. Еще хотя бы год.
— Неверно. — отвечает Масадзи Китано, командир 731-го отряда и ее хозяин. Пятьдесят шестая привычно настраивается на мониторинг его состояния. Пульс в норме, артериальное давление слегка повышено, имплант в состоянии инкубации. Все идет своим чередом. Она замирает, не привлекая лишнего внимания. Ее место — за правым плечом хозяина. Хозяин сидит за своим огромным столом, в кресле и она чувствует пульсацию крови внутри кресла, внутри стола, внутри этого помещения. Она чувствует потоки информации, прямо сейчас проходящие через нейропотоковое волокно, она чувствует лезвия Алых Стражей, спрятанные у них в предплечьях, она видит как расширяются зрачки у Верховного Инквизитора и медленно падает вниз белый волос, лежавший у него на плече.
— Пойми, Кента, ты исходишь из неверных предпосылок. — говорит ее хозяин, откладывая ручку и сосредотачивая внимание на посетителе, словно не замечая две громады Алых Стражей, возвышающихся над ним: — ты думаешь, что от кланов здесь что-то зависит. Их слишком много, а значит их поведение поддается простым прогнозам моделей стадного поведения. Это и мурмурация птиц и роевое сознание пчел, и поведение рыб или простейшие модели машинного интеллекта. Они — просто набрасываются на маркер. У них нет мозгов, у них есть только жадность. Клановые войны — это только вопрос времени. У меня не было намерения вызвать клановую войну, это произошло само по себе. Достаточно было того, что у клана проблемы с Канцелярией — вуаля, мы получаем два клана изгоя и остальных, которые раздирают их на части. Это же твой любимый механизм сдержек и противовесов, Кента. Ты сам, стоя в этой комнате не раз говорил о том, что системе нужна стабильность, а стабильность в системе достигается только путем периодического сброса накопившихся конфликтов между акторами. То есть — клановых войн. Вывод очень простой — время от времени клановые войны просто неизбежны и более того — необходимы. Не обращай внимания. 
— Вот как. Что тогда ты скажешь насчет того, что ты объявляешь в розыск, арестовываешь и показываешь это по национальному телевидению?! У тебя появились такие полномочия? — ядовито спрашивает Верховный Инквизитор. Пятьдесят шестая замечает истерические нотки в его голосе и делает себе заметку. Это надо будет занести в отчет. Вечерний отчет. 
— Может быть ты теперь — Верховный Инквизитор? И можешь выписывать ордера на арест? Ах, да, я забыл — ты всего лишь руководитель научного отдела! Какого черта ты содержишь собственные штурмовые отряды?!
— Да нет у меня штурмовых отрядов. — закатывает глаза Китано: — умному человеку нет нужды в содержании специальных подразделений. У меня вообще нет ни солдат, ни штурмовиков, ни следователей. Все это — твоя прерогатива, Кента. Все что у меня есть — это мои лаборатории и материал для исследований. Да, я клонировал твоих штурмовиков, но это … как это… — он пошевелил пальцами в воздухе: — tempus tortor, не более. Клоны уже распались, идентификации твоих гвардейцев ничего не угрожает.
— Да вопрос не в их идентификации! Не в том, что у тебя оказывается есть свои штурмовики и оружие! Вопрос в твоем поведении! Ты объявил Антимагию вне закона! С ума сошел?! Мы же договаривались — действуем аккуратно. Они…
— Winners non iudicatur, не так ли? — отвечает Китано: — и где сейчас Антимагия? А? Нету.
— Это, кстати, было неплохо. — признает Верховный Инквизитор: — но как?