"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Акира-сан — маг категории тройная альфа. — задумчиво говорит Горо: — она одна из создателей «Дыхания Дракона и Феникса», я думаю, что тебе повезло, Кика-сан, что ты не встала у нее на пути.
— Может быть. — пожимает плечами Кика: — может быть. Но я всегда хотела стереть самодовольную ухмылку с ее лица. Чертова Акира! Я ненавижу ее… и в то же время… как будто мне ее уже не хватает. Как будто все это время я гналась за ней… но догнала лишь пустоту.
— Хм. — Горо знает о чем она. Еще днем по всем каналам было сказано, что команда Сумераги-тайчо была признана вне закона и арестована по каким-то невероятно абсурдным обвинениям. И он понимал, что к чему. Эскадроны Смерти Императора — выполнили свою задачу, но теперь следовало снять с себя все обвинения и их подставили под удар. Сделали вид, что это вовсе не секретная служба Императора, а какие-то едва ли не сектанты и террористы. Более того, Инквизиция арестовала их несмотря на иммунитет, полагающийся участникам Игр — вот и говори тут о праве сильного или о предательстве. Все предали Сумераги-тайчо и ее Всадниц — все бывшие союзники, даже гокудо отвернулось от них, а когда то старый Джиро просто ел у них с руки. Но едва увидел возможность избавиться от них, сдать их всех, пусть даже вместе с его Золотой Девочкой — сразу же сдал. Все это — и роспуск Антимагии и арест под иммунитетом и изменения в полномочиях Инквизиции — очень сильно изменит политический ландшафт страны и он уверен, что будет землетрясение.
— Так это вы их сдали? — спрашивает Горо напрямую: — это все старик Джиро сделал?
— Нет! У него не было выбора! И потом — она первая нас предала! — оправдывается Кика: — и хватит об этом!
— Ладно. — говорит Горо. Хватит, так хватит. Вечер пятницы он как раз о том, что вас предали и вы тоже предали. А теперь сидите и смотрите в свой бокал, пытаясь понять как вы вообще здесь оказались.
— Хватит об этом. — говорит Кика: — давай лучше уйдем отсюда. Я знаю небольшой, но уютный отель неподалеку, а ты… я видела, как ты смотрел на мои ноги. Знаешь, гидрокинетики могут творить чудеса в одной маленькой ванной…
— Хм. — хмыкает Горо. Ему льстит внимание, но вечером в пятницу можно найти себе и более безопасное занятие чем плескаться в ванной с пьяным магом-гидрокинетиком, которая еще и старший советник гокудо.
— Да ты не бойся, Горо-сан — Кика кладет подбородок на сплетенные пальцы рук и смотрит прямо на него: — ты же мужчина. Ты справишься.
— У меня есть девушка. — говорит Горо. В это время кто-то возле бара переключает телевизор и Кика замирает на месте.
— Ну-ка сделай громче! — кричит она и бармен прибавляет звук.
— … новости на пятьдесят четвертом и с вами Джиллиан Андерс. — раздается голос из телевизора и приятная блондинка смотрит на них с серьезным видом: — несколько членов радикальной террористической группировки под предводительством некоей Сумико Сумераги совершили побег из-под стражи, в результате которого был разрушен научный центр изучения паранормальных способностей… — картина с вертолета показывала огромную воронку в лесу, все было выжжено, сплавлено в единую стеклообразную массу, по краям воронки лежали деревья, вырванные с корнями и переломанные, словно спички.
— Мне пизда. — говорит Кика-сан и ее глаза стремительно трезвеют: — надо валить из страны нахрен.
Глава 27
POV Хикэру Митсуи Вечно Молодая Луна, член Совета Пяти
Металлический привкус во рту, слабость и сосущее чувство утраты жизненных сил, собственные кишки прямо на твоих же коленях — как часто в своей жизни она уже испытывала это? Как часто она повторяла этот бесконечный цикл от ненависти к отмщению? Сперва вы приходите и унижаете Митсуи, а потом Митсуи уничтожают вас.
Кто именно и когда решил, что Митсуи теперь просто добыча для жаждущих крови и богатств молодых кланов — она не знала. Подозревала всех вокруг, это да, но не знала. Кому это выгодно? Да почти всем, когда начинают разрывать на куски такой клан — всем могут достаться лакомые кусочки. Кровь и плоть летят в стороны, пока акулы рвут тело на части, а мелкие рыбешки мечутся вокруг, подбирая остатки, пока те не упали на дно. Чтобы клан упал — выгодно почти всем. Но вот толкнуть его пока он стоит — не каждый сможет, не каждый осмелится. Митсуи известны своим отрядом «Тридцать три», своей непобедимостью и оборонными контрактами. Напасть на Митсуи без союзников, без разрешения сверху, без одобрения этой авантюры с самого верха — невозможно. Они не подавали признаков слабости, они не вставали против горла у Совета Кланов, и даже если бы вставали — все равно никто бы не осмелился и рта открыть.
Потому она не знала кто именно решил, что Митсуи теперь можно рвать на части, но точно знала одно — это не Мацумото, потому что Мацумото теперь ее союзник и находится точно в таком же положении.
Она подняла голову, чувствуя кровь и металл во рту, поискала взглядом свой меч. Вот он, лежит рядом, сломан на две части. Нога, которая наступила на него сверху принадлежит какому-то молодому выскочке из ранних кланов, из тех самых, чьи рода она даже не утруждала себя запоминать.
— Ну что, Вечно Молодая, ты исчерпала все свои возможности? — говорит выскочка и его улыбки не видно из-под штурмового шлема, но Хикэру уверена, что он — улыбается. Она столько раз видела эту улыбку. Первый раз — в молодости, когда ее и несколько десятков других захватили на пассажирском судне близ берегов Китая, когда пираты решили не тратить свое время и попросту выкинули за борт всех остальных, оставив только двух молоденьких девушек — развлекаться. К утру одна из них умерла, а другая — сошла с ума. Хикэру — была той, которая умерла. Тогда она впервые использовала свою способность, только что она лежала на спине, широко раздвинув ноги под тяжелым, потным мужским телом, медленно теряя сознание от внутреннего кровотечения и в следующую секунду — это уже она насиловала мертвое тело. Свое собственное мертвое тело. Ее вырвало, ее отбросило в сторону. Она выхватила нож и воткнула его себе же в горло, не желая жить в этом теле… и открыла глаза уже в другом. К утру весь корабль, вся его команда состояла из десяти с половиной человек и все они — были она. Кое-как они доплыли до берега. А потом… потом было много чего. Но в своей жизни она еще много раз видела такую вот улыбку, которую сейчас скрывал штурмовой шлем.
— Ты и твой меч… — говорит он и пинает половинку фламберга: — это же всего лишь железка. Моя способность — перенаправлять вектор удара или выстрела. Практически любой энергии. Меня нельзя застрелить или заколоть, даже током ударить нельзя. Такие как ты — со своими мечами — это всего лишь пережиток старины. Вечно молодая… хех. Время новых технологий, время старикам уходить, а нам — брать все в свои руки.
— Видала я таких как ты. — говорит Хикэру, медленно подбирая ноги к груди, заправляя внутрь живота вываливающиеся кишки: — ничему не учитесь. Хотя некоторые из вас подают надежды.
— О. Перлы мудрости от умирающей бабки. Давай, послушаем. Времени у нас не так много, но пока мои парни обносят твой особняк — мы можем поговорить о банковских счетах и паролях. Ты как хочешь умереть — быстро, или все-таки помучаться перед смертью? — выскочка снимает с головы штурмовой шлем, и она видит его лицо. Оно довольно правильное, она бы даже сказала — красивое. Какой милый, молодой мальчик, думает она. И улыбка у него хорошая. Такая — чистая. Мальчика немного жаль.
— Знаешь, я бы мог дать тебе антибиотики, помочь запихать твои кишки обратно в живот и даже вызвать «скорую». Глядишь и доберутся сюда раньше, чем ты сдохнешь. — говорит выскочка, продолжая улыбаться: — а если будешь совсем умница, то я даже обезболивающего тебе дам. А то такой важной даме как ты совсем не приличествует лежать с выпущенными кишками на грязном полу. Так и простудится недолго.
— Спасибо. — отвечает она, держа лицо как ее учили — нейтральным и бесстрастным: — спасибо. Я уж лучше помучаюсь.