"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Все тут? — бросает взгляд в зеркало заднего вида Майко и, не дождавшись ответа — давит на газ. «Субару» срывается с места с визгом и запахом паленой резины. Надеюсь, все же доедем до завода живыми, думаю я. Рядом со мной сидит Иошико, она улыбается, ей весело. Адреналиновая маньячка, то-то они с Майко как две сестрички, старшая и младшая, Бедствие и Катастрофа. 
— Майко-онээсан хорошо водит! — говорит Иошико. — Я тоже так научусь. 
  
— Признала, значит ее своей сестрицей. — говорю я.
— О чем это ты? — поворачивает она голову ко мне. — Я всегда знала, что Майко-онээсан — моя онээсан! Она классная! 
— Угу. — киваю я. Все, эти двое спелись навсегда. Тушите свет, несите свечи. 
— Ты думал, что мы с ним сделаем? — спрашивает меня Иошико. — Ну, если поймаем? 
— Нет еще. Сперва поймать надо. — говорю я, хотя на самом деле я уже думал об этом. Маньяк такого вот уровня, если его сдать в полицию — неминуемо привлечет внимание прессы. Все газеты, радио и телевизионные каналы буду о нем день и ночь трубить. Расследование его преступлений скорее всего займет годы. Все это время он будет жить, а общество — свыкаться с мыслью, о его существовании. И уже лет через пять общество привыкнет — если не раньше. Назовут его «Потрошителем из Сейтеки», например, или там «Доктор Вивсектор» — звучным именем назовут. А потом кто-то начнет преклонятся перед ним. Он напишет книгу — находясь в тюрьме. Ученые станут его исследовать на предмет отклонений, полиция или СКПУ — пришлют к нему в камеру Джоди Фостер, чтобы найти другого маньяка. Пройдут годы, а он будет жить, будет рассказывать о том, как он расчленял своих жертв и упаковывал их в пластик. Как смотрел им в глаза, перед тем, как превратить в человеческий обрубок. Говорят, у состоятельных китайских семей был такой вот обычай — превращать своего врага в человека-свинью. Кто такой человек-свинья? Это человек, которому ампутировали руки и ноги по локти и колени. Протыкали барабанные перепонки и ослепляли. Удаляли язык — тогда еще не было возможности удалить голосовые связки. И, если человек переживал такую операцию — то оставался такой вот домашней зверушкой в доме своего врага. Впрочем, некоторые самурайские рода тоже практиковали такое — копируя у континентальных. С точки зрения справедливости надо бы превратить ублюдка как раз в такого вот человека-свинью, но … в этом мире, где категория «сигма-пять» в регенерации не является совсем уж уникальной — кто-то может и излечить его. Это раз. А во-вторых — не наш метод. Мы не мучаем людей, пусть даже и во имя справедливости. Потому что эта дорожка как раз и оканчивается подвалом, где вы натягиваете резиновые перчатки и смотрите на очередную жертву — конечно, считая, что делаете это во имя справедливости и Лунной Призмы. Нет, так дела не делаются. Поэтому, как только окончательно и бесповоротно будет установлено, что этот человек совершил все эти ужасные вещи, как только мы установим имена и местонахождение всех его жертв — с ним произойдёт несчастный случай. Упадет бедняга на клинок Майко, или пистолет Читосе выстрелит случайно… несколько раз. 
— Не думал еще, — вру я Иошико, прижимаясь в кресле, чтобы хоть как-то компенсировать безумную езду Майко, — поймаем, тогда и посмотрим. 
Через несколько минут (!) мы уже стоим там, где когда-то обменивались любезностями с парнями из «Тора». Тут все так же захламлено, как и в первый раз, виднеется обугленная земля — следствие гнева Акиры. 
— Навевает воспоминания. — говорит Читосе, приседает и расчищает землю рукой: — вот он, тот самый люк, в который я должна была пролезть. Я тогда жутко боялась, что застряну. 
— Замечательно, — говорит Майко: — вот давай в ностальгию ударишься после того, как мы поймаем этого … и вывернем ему кишки наружу. 
— Да, да. Извините. — Читосе встает, отряхивает руки. — Просто еще раз спасибо хотела сказать. 
— Теперь ты сама у нас часть — команды по спасению барышень в беде. — говорит Майко. — Так что, соберись. А ты, — она поворачивается к Иошико, — ты держись сзади и под ногами не путайся. 
— Все, идем. — я делаю жест и мы направляемся в сторону здания бетонного завода. Сегодня мы наконец узнаем что-то еще про доктора Менгеле и его жертв. А если повезет — то и его самом найдем. Если. Вот бы повезло. 
  
Глава 31
 
— Порядок следующий, сперва идет Майко, потом я, за мной — Иошико. Читосе — замыкающая. Понятно? Понятно. Все, попрыгали. — я подпрыгиваю на месте, девушки смотрят на меня недоуменно.
— Привычка. — объясняю я: — старая привычка, не обращайте внимания.
— Хм. — говорит Майко. Но не комментирует. Подозреваю, что она-то как раз в курсе, что за привычка такая. Мы спускаемся по бетонной лестнице вниз, под ногами шуршит пыль и песок. Стальная дверь приоткрыта, за ней — темнота.
— Включаем фонари. — поднимаю руку и включаю налобный фонарь, который установлен на каске. У нас оставалось несколько, еще со времени спасения Читосе, когда я думал, что нам потом может понадобиться в канализацию за ней лезть — ну, если заблудится, или травмируется по дороге. Тогда не понадобились, а вот сейчас, поди ж ты, пригодились. Все каски белого цвета, именно такие на стройке и дают знак «мудак на объекте». Также у каждого по фонарю на поясе — обычный «маглит», который при необходимости можно и как дубинку использовать. Жалко, что нет приборов ночного виденья, пригодились бы, «морские котики» например, днем вообще не работают практически. Дети ночи.
— Майко — вперед. — наш метаморф неслышно скользит и проходит в дверь, я за ней. Проходим, оглядываемся. Коридор, темноту разгоняют лучи наших фонарей. Читосе держит в руке еще и «маглит», в другой — неразлучный «восемьдесят пятый», скрестив кисти рук, словно американский коп, входящий в здание, так, чтобы луч фонарика, взятого обратным хватом — светил из-под ствола пистолета. Да, нету у нас пока подствольных фонариков на оружие, да и на Чезетах планок Пикатинни не предусмотрено.
— Да тут целый лабиринт. — озвучивает Иошико наши мысли, коридор заканчивается помещением, из которого ведут стразу три выхода.
— Дайте-ка мне. — говорит Майко, закрывает за нами стальную дверь и несколькими ударами кулака — перекашивает ее в косяке так, что не выйти, не открыть.
— Теперь отсюда никто не выйдет, — говорит она, — пока мы все тут не осмотрим.
— Если только этот кто-то не будет сильнее тебя. — бурчит себе под нос Читосе, оттянув затвор и проверив наличие патрона в патроннике. Мы отправляемся в крайний правый коридор. По дороге сюда Майко объяснила, что подземелья под заброшенным бетонным заводом — старые и обширные, были построены в шестидесятые, когда Япония еще предполагала возможность ядерной бомбардировки, а завод — был объектом стратегического назначения. Поэтому то, что возвышалось над поверхностью земли — это, как у айсберга, лишь верхушка. Большая часть находилась именно под землей, потому-то тут и были подземные коридоры, которыми прошла Читосе в свое время. Однако тут были не только подземные коридоры, тут был целый завод — под землей. Тут было и огромное убежище, что-то типа нашего, но в десятки раз больше, поговаривали что в свое время в этом убежище был свой бассейн и полноразмерный стадион, кинотеатр и казино. Может быть и врали. Но внизу было не только убежище, но и производственные цеха, ангары и даже была проложена железная дорога — для доставки готовой продукции на поверхность. Ходили слухи о секретной подземной ветке метро до Токио, но, на мой взгляд, это точно были выдумки. В любом случае, сейчас большая часть этих помещений была затоплена грунтовыми водами, но и того, что оставалось хватало, чтобы тут можно было заблудиться. Сюда иногда ходили городские сорвиголовы, так называемые сталкеры, да школьники устраивали проверку «на храбрость». Потому что, как и у всякого заброшенного здания, у этого — тоже были свои страшилки и легенды. Даже больше, чем у прочих. Так, Иошико вспомнила про «Бугимэна», который насиловал школьниц и поедал их мозги, а пустое место забивал бетоном с завода, так что у его жертв всегда свисала голова набок. Читосе сказала, что когда училась в старшей школе — они тоже ходили сюда, проверить свою храбрость, но испугались и ночевали снаружи, у стены завода. Призраков мы не боялись, я совершенно точно знаю, что ни один призрак на свете не сдюжит выстрела в упор девятимиллиметровым куском меди, стали и свинца. А когда наша Читосе в последний раз промахивалась я уже и забыл. Плюс у нас в запасе Майко, которая может мгновенно стать бешеным блендером со своей катаной. Я — щит и лекарь и, конечно, Иошико, девушка из Дома Летающих Кинжалов. Если в этих подземельях и есть кто-то, кого сейчас нужно опасаться, то это — мы.