"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Насть, ты чего такая сердитая? Мы много чего придумали, решили пока отправить только женщин с детьми и старых, а мы еще татар побьем.
– Это они вас побьют! – орала я, забыв обо всем. Придумали они… неужели непонятно, что это страшная силища?!
Это же я заорала, бросившись к отцу:
– Почему в городе полно народа?! Нужно было уводить в лес всех, как можно дальше к Дебрянску, Смоленску, их не возьмут!
  
– Тихо, тихо, остынь. Все, кому нужно, уже ушли. Остались только те, кто сможет обороняться.
– Против кого обороняться? – Я спрашивала почти с отчаянием. Они не видели вырезанных, сожженных городов и деревень, не видели эту страшную лаву, которая завтра затопит берега Другуски и Жиздры, не представляют, сколько ордынцев и каковы они.
– Настя, перестань кричать, что сделано, то сделано. Сейчас посмотрим, кого еще можно увести, и выведем, – это уже Роман.
– Роман, здесь должно остаться как можно меньше людей, понимаешь, потому что все, кто останется, погибнут.
– А вот это шиш! – разозлился отец. – Мы не такие беспомощные, придумали кое-что.
– Нашли место разговоры говорить, пошли в воинскую избу.
– Да нет, пошли к нам в терем, дружине тоже ни к чему всего знать, – тихо возразил князю воевода.
За последние недели я просто отвыкла от человеческого жилья, от нормальных запахов, от самого вида невооруженных людей. На крыльце нас встретила Анея, все такая же властная и строгая. Непререкаемым тоном распорядилась сначала всем помыться и поесть, а потом разговоры говорить. Спросила только одно: насколько отстали татары, когда ждать?
– Завтра поутру могут быть здесь.
Тетка кивнула:
– Значит, сегодня отдохнете.
По всему Козельску для нашей дружины уже топились бани… Но Анея оказалась умнее нас, она распорядилась дружину срочно вымыть, накормить, лошадей обиходить и снова всем собраться перед церковью.
Почему-то именно вот эта радость встречи и забота была особенно болезненной. Оставалось пятьдесят дней… Много это или мало? Как посмотреть, когда ждешь хорошего – очень много, а если беды? То один миг.
Я сидела на лавке, глядя на свои руки, все в царапинах, красные, загрубелые… Анея права, у нас столько времени не было возможности нормально помыться и поесть. Слава богу, хоть не обовшивели…
– Пойдем, поговорить надо.
А я вдруг осознала, что устала настолько, что не могу просто подняться на ноги. Столько времени держалась, а вот теперь, когда доползла до последнего пристанища, обессилела. Вятич протянул руку:
– Давай, помогу встать.
Разговор состоялся в нашем тереме, где за столом собрались князь Роман, отец, Андрей Юрьевич, Вятич и мы с Анеей.
– Татары точно не пройдут мимо?
– Нет, за нами идут, мы постарались, как было оговорено.
– Добро. Мы готовы.
Я фыркнула. Готовы они! В Козельске полно народа, а татары завтра будут здесь.
– Не фырчи, – огрызнулась тетка. – Ты же ничего не видела.
Оказалось, что большая часть жителей действительно уведена через лес в смоленские и брянские леса.
– Мы не могли их уводить в города или просто деревни. Там тоже можно погибнуть. Кто-то ушел к родичам, кого-то просто по весям в лесах оставили, а кого-то на островах посреди болот, так что только по гатям и можно перейти. И скотина там. Еще часть уйдет завтра рано поутру вместе с вами. Правда, не все и матери с детьми ушли, как заставишь, если не хотят покидать родимый дом?
– Сожгут этот родимый дом, Анея, понимаешь, сожгут. Пока происходит все, как я говорила.
– Все, да не все, – усмехнулся Роман, – я-то жив. Не мою голову Батыю на копье принесли. Значит, и мы что-то изменить сможем.
– Ладно, не о том сейчас речь, нашли время пререкаться, пятьдесят дней осады впереди, успеете еще, – Вятич, как всегда, разумнее остальных. – Что вы тут придумали?
Оказалось, что заложили все ворота, кроме тех, что выходят на Дешовку, углубили ров, а еще сделали проход в сторону Другуски, где она в Жиздру впадает. Мы недоуменно смотрели на воеводу, зачем это?
Анея усмехнулась:
– Ты же говорила, что в половодье можно будет уйти на лодках. Мы подготовились.
Я вытаращила глаза, ай да Анея! Действительно рассказывала ей об одном альтернативном варианте развития осады Козельска, читала у кого-то, что женщины с детьми сумели просто уплыть на лодках, когда реки разлились широко. Это было в последний день осады…
– А ну подробнее? Что за уход на лодках?
– Роман, это надо на месте показывать.
– Пойдем, – кивнул князь.
Мы отправились на стену. Со стороны это наверняка выглядело инспекцией вышестоящего начальства. Получался бред, мы наводили на Козельск татар, чтобы осложнить жизнь горожанам, а они перед нами отчитывались за подготовку к этому осложнению.
– Настасья, объясняй сама свою придумку, а я покажу, что сделано.
Голос у Анеи довольный, было понятно, что она в этом деле главная. Воевода смиренно шел сзади.
– Вон там Жиздра… там Другуска… Немного погодя они разольются так широко, что затопят луга…
– Уже подтопили, там низко.
– Да, уже подтопили. Значит, с той стороны татарам не подойти и стрелы до середины реки, если и долетят, то на излете, щит не пробьют. Если попытаться выйти сразу в Другуску там, где она шире всего и ближе к Жиздре, то можно уйти лодками.
– Настя, за поворотом татары и встретят.
– Лодки готовы, – это откликнулась Анея, ей, видно, так не хотелось расставаться с придумкой, – щиты тоже, сможем пройти.
Все, женщины сделали свое дело, теперь в обсуждение включились мужчины, нам с Анеей оставалось только слушать, как четверо воинов – князь, боярин, воевода и сотник – обсуждают, как поступить и как согласовать действия.
Было решено, что Роман с большей частью дружины, отдохнув, завтра поутру снова уйдет в лес. Отец сказал, что там есть схроны, предусмотрели такую возможность, ожидая, что если придут только татары, а нас не будет, уйти самим. В них еда, одежда, корм лошадям. И землянки вырыты, чтобы погреться можно было.
– Это все с давних времен, подновили только. Делали, когда еще половцы каждый год ходили.
Сидеть Роман в лесу без дела не будет, как только татары начнут штурмовать город, будет наскакивать на них сзади.
В городе останутся Андрей со своими и дружина самого Козельска. Надо продержаться действительно до половодья, а из города уходить всем сразу: женщинам на лодках, кому-то прикрыть их, отвлекая татар на себя, и конным прорываться через ворота навстречу Роману из леса. Тогда на женщин у татар не хватит ни сил, ни времени.
– Сил у них на всех хватит, но от неожиданности могут и упустить. А как будем знать, не пора ли?
Вятич усмехнулся:
– Анея, Ворон не ушел?
– Нет, у себя живет. Он нам много помог.
– Вот с ним и будем связь держать.
– Как?
– А голосом! – Вятич вдруг тихонько завыл. Даже сейчас было слышно, как заволновались внизу у стены лошади. Я не выдержала:
– А ты волков со всей округи на княжью дружину не наведешь?
– Я не ты, песнь волчицы исполнять не буду. Я по делу выть стану, и Ворон тоже.
Мне стало обидно, столько времени мы с Вятичем были практически боевыми друзьями, а стоило ему увидеть меня выходящей от Романа, как дружба кончилась. Теперь я для него снова глупая девчонка, которой и слова давать не стоит. А еще говорят, что женщины глупые. Сами не лучше! Что изменило то, что я сплю с Романом? Я что, хуже воевать стала или поглупела?
Я так увлеклась своими обличительными мыслями по поводу Вятича и мужчин вообще, что пропустила часть обсуждения. Очнулась от насмешливого голоса Вятича:
– А это с нашей Настей бывает, она может задуматься и во время боя тоже. Машет мечом налево-направо с сонными глазами…
– А?
– Проснись, тебя спрашивают, ты пойдешь с князем в лес или останешься в городе?
Мне очень хотелось с Романом, но на меня что-то нашло, я мотнула головой:
– В городе. У меня есть опыт Рязани.