Элоиза, дочь короля (СИ)
— Воды, Ваше Высочество? — заметив мой жест, подхватилась Анна, и я благодарно кивнула. Пить хотелось, только вода была омерзительно тёплой, благо кипяченой, а не та кислятина, разбавленная вином.
Своё самое близкое окружение я давным-давно приучила пить только кипячёную воду. Нужно лорду Райту и командору посоветовать поступать также.
Сделав глоток, я откинулась на мягкие подушки и подумала, что уже ненавижу это путешествие, меня раздражало буквально всё: от жары и бесконечной тряски по ухабистой дороге — до невозможности нормально помыться.
А ведь моё испытание только началось…
Глава 8
На месте, куда достигает прилив,
Он кресло велит им поставить.
Поставлено кресло.
Он сел, молчалив.
Льстецам он докажет, их лесть посрамив,
Что с небом опасно лукавить.
"Канут Великий" Иван Суриков.
Наш обоз въезжал в Уолсолл.
Пыльные кареты, пыльные, уставшие от переезда, люди, грязные телеги, и не менее грязные кони. Последнюю пару-тройку дней шёл мерзкий мелкий дождик, отчего колею развезло, что не прибавило мне настроения.
Я так устала от тряски, что у меня развилась "морская" болезнь на суше. Последнюю неделю пути я не могла есть, лежала пластом в своём дормезе и тихо молилась, чтобы эта пытка поскорее закончилась.
Земля, по которой мы ехали, и которой мне предстояло править, была обширной. Холмы, пастбища с редкой колючей травой, даже одно маленькое болото проехали. Воздух был влажным и отдавал тиной. Пейзаж был уныл и однообразен.
Но всё когда-нибудь имеет свойство заканчиваться. И это путешествие подошло к концу.
В моей карете находились Маргарет и Сильвия. В четыре руки они приводили меня в порядок, чтобы будущие подданные не испугались моего ушатанного вида. Нужно предстать перед местным обществом во всём блеске!
Закончив с высокой, сложной прической и натянув на меня немыслимо дорогое в драгоценных камнях платье, девушки надели мне на голову простой золотой тонкий обруч. Символ власти.
Как только они закончили, я посмотрелась в начищенное серебряное блюдо, отражение было недостаточно чётким, но мою ненормальную бледность было отчётливо заметно даже в нём. Пощипав себя за скулы, удовлетворилась результатом и, отодвинув шторку в сторону, посмотрела на то место, куда меня сослали, чтобы не мешалась. И где мне предстоит жить целых десять лет.
Выезжать за пределы моих земель мне можно, но только по особым случаям, которым являлся, например, Зимний бал. Он всегда проходил в Королевском дворце, куда съезжались самые именитые аристократы страны и дружественных государств.
Но пока я никуда не поеду.
Для начала следует привести дороги в приличное состояние. Если кому-то нравится пересчитывать каждый камушек и рытвину пятой точкой или же всем телом, если лежишь, то пусть он и катается на мероприятия. А я пас. Полтора месяца пути в карете без рессор, на деревянных колёсах, обитых полоской железа — это сомнительное удовольствие.
Приграничный городок Уолсолл был… большим. Я даже тихо хмыкнула, потому что ожидала увидеть нечто совсем иное. С размером я ошиблась, но вот всё остальное соответствовало представлениям.
Дома стояли плотно друг к другу, практически соприкасаясь крышами. Здания были серыми, безжизненными, как и хмурое небо над головой.
Людей, сновавших туда-сюда, также было приличное количество. Ехавшие впереди карет конные, разгоняли зевак громкими окриками и даже пару раз были слышны свисты плетей: кому-то досталось.
Я покачала головой, мне это не понравилось. Стоит обговорить эти моменты с командором.
Свиньи, куры и козы свободно прогуливались между домами, ели отбросы, там же гадили. При мне одна из горожанок вылила горшок с отходами прямо из окна на одну из лениво валявшихся свиней. Брр. Казалось бы, я давно должна была привыкнуть ко всему этому. Но не привыкла.
Прижав к носу чистый платочек, вдохнула аромат сухих луговых трав. Воняло в Уолсолле прилично.
Кареты сбавили ход, и мы медленно покатили по главной улице города, которая шла сквозь всё поселение прямо к замку, стоявшему от Уолсолла в паре километрах.
Я видела громаду замка ещё когда карета съезжала со взгорка по направлению к городу. В этой мрачной крепости мне предстоит провести много лет.
— Почему замок пустует, Маргарет, Сильвия? — спросила я девушек, решив проверить уровень их осведомлённости. С ними эти вопросы я пока не обсуждала.
— Владетель земель помер недавно, оставив малолетнего наследника, который все годы испытания будет под вашей опекой, Ваше Высочество, — ответила Маргарет.
— Замечательно, — довольно кивнула я. — Помните мои слова? Вы должны знать обо всём, что происходит в замке, интересоваться слухами, а не только защищать других фрейлин и покрывать их тайны, — спокойно заметила я, — мы вступаем в опасную игру, на кону слишком многое и позволить себе оставаться нерасторопными клушами больше не можем. Вообще никогда не могли. Но об этом я с вами поговорю отдельно.
Сильвия слушала наш диалог и кивала в такт моим наставлениям, словно заучивала их наизусть.
Городской пейзаж проплывал мимо, я смотрела в щёлочку между шторками и старалась запомнить увиденное, выводы сделаю позже.
Люди останавливались, неуклюже кланялись, одновременно стараясь вжаться в стены домов или спрятаться в проулках между ними. Большинство выглядели, как еле сводящие концы с концами. Лица измождённые, ненормальная худоба. Одежда замызганная и застиранная. Многие так и вовсе без обуви. Благо погода всё ещё была благосклонна ко всем нам, и они не сильно мёрзли.
— Какие-то они все забитые, — пробормотала под нос Сильвия, глядя на местных жителей. Сложно было с ней не согласиться.
Внутри кареты воцарилось молчание: мы с нескрываемым любопытством разглядывали город, его жителей, дома, торговые лавки.
Выехав из города, покатили в сторону замка. Колёса буксовали в грязи. Бедные кони, мне их было жальче всего. Но те, словно чувствуя близкий отдых, прибавили в скорости бодро потрусив в нужном направлении.
Впрочем, это касалось не только лошадей, но и людей — на лицах моих помощниц отразилось неподдельное облегчение. Даже солнце, впервые за эти дни, выглянуло из-за хмурых серых туч, освещая дорогу к новому дому.
Чем ближе был замок, тем отчётливее я замечала характерные признаки разрухи и запустения.
Вокруг замка был вырыт глубокий ров, наполненный водой. Подъёмный мост был спущен и кареты прогрохотали по нему, заставив ржаво зазвенеть крупные цепи. А через пару минут мой дормез остановился напротив широкой каменной, грубо сделанной лестнице. Слуги замка выстроились на ней, создавая живой коридор. На лицах, с приклеенными искусственными улыбками, я прочитала нешуточное волнение.
Дверцу кареты открыл рыцарь-командор Джейми Локвуд, и подал мне руку, помогая выбраться наружу. Только я встала, вскинув голову, как все слуги и иные обитатели замка сложились в глубоких почтительных поклонах, кто-то из женщин даже попробовал изобразить реверанс, что у них не особо элегантно получилось, но это мелочи. Всё же не каждый день к ним приезжает принцесса.
Фрейлины в полном составе уже обступили меня со спины, лорд Райт занял позицию чуть позади и справа, епископ нагло пристроился слева. Я чуть поморщилась, ощутив дурной запах, исходивший от монсеньора Керье.
— Приветствуем Вас, Ваше Высочество! — отвлёк меня от созерцания представшей картины, слегка скрипучий голос.
Я заинтересованно посмотрела на склонённую седую голову, вышедшего вперёд мужчины, рядом с ним пристроился мальчик лет семи, черноволосый с умными всё понимающими тёмными глазами-бусинками. Хорошенький. Оба были одеты в старомодные, но дорогие костюмы, пошитые из тонкого бархата. Складки в некоторых местах подсказали мне, что наряды хранились много лет аккуратно сложёнными где-то в сундуках.