Баламут 2 (СИ)

Тут у вояк Блистательного напрочь испортилось настроение, и сразу трое экспертов начали объяснять своему Императору, чем грозит попадание в руки корхов таких материалов.
Наша сторона не мешала: те, кто знали китайский, вслушивались в каждое слово, а неучи типа меня отслеживали изменения выражений лиц. До тех пор, пока Лю Фань не задал напрашивавшийся вопрос:
— Вы хотите сказать, что это Вторжение случилось из-за того, что корхи оценили опасность этих штаммов?!
— Мог бы соврать, но не буду! — твердо сказал Долгорукий. — Так как считаю, что в преддверии НАСТОЯЩЕЙ ВОЙНЫ с их цивилизацией любые недоговоренности, интриги между землянами и, естественно, междоусобицы смертельно опасны. Поэтому скажу правду: в момент постановки боевой задачи Ратибору Игоревичу генерал-лейтенант Кораблев использовал фразу «остановить любой ценой». Поэтому, передав пленных группе подстраховки, Баламут отправился на базу общины засечников, описал руководству суть проблемы и добился отправки на Ту Сторону боевого крыла. А оно сожгло дотла исследовательскую лабораторию, в которой корхи обычно изучали трофеи с Земли.
— То есть, вы хотите сказать, что эти трофеи могли сгореть? — уточнил Блистательный, получил подтверждение и задумчиво пробормотал: — Итак, если я правильно понял ход вашей мысли, то засечники сделали все возможное для того, чтобы не дать корхам понять, что именно попало в их руки, но никаких гарантий уничтожения оружия массового поражения нет и быть не может. Соответственно, винить общину в эскалации конфликта между цивилизациями неправильно, и мы должны сосредоточиться на подготовке к некой «настоящей войне»?
— Да… — кивнул Долгорукий.
Блистательный поплыл взглядом, явно прислушавшись к тому, что ему наговаривали на гарнитуру, как-то странно хмыкнул и посмотрел на своего собеседника с куда большим уважением, чем смотрел до этого:
— Владислав Мстиславович, скажите, пожалуйста, вы имеете какое-либо отношение к внезапному исчезновению руководства концерна «WTLS» и четырех конгрессменов СШСА [4]? Клянусь Силой, что информация не выйдет за пределы этой комнаты!
— Да, имею! — подтвердил Долгорукий. — Я не люблю отталкиваться от голословных утверждений и решил предоставить вам возможность убедиться в истинности моих выкладок. Говоря иными словами, все эти лица, которых я небезосновательно считаю виновниками эскалации конфликта с корхами, еще не допрашивались, то есть, в данный момент ожидают вдумчивой беседы со смешанной группой наших и ваших профильных специалистов.
— Интересный подход… — без тени улыбки признал Лю Фань, несколько секунд вслушивался в очередной монолог незримого советчика, а затем задал долгожданный вопрос: — Ладно, допустим, что вы правы — засечники не преступники, а герои, а истинные виновники эскалации конфликта у нас в руках и вот-вот получат по заслугам. Тогда хотелось бы узнать, имеются ли достаточно веские основания считать, что нам грозит эта самая «настоящая война»?
Тут будущий Император Российской Империи повернулся ко мне и попросил поделиться своими наблюдениями. И я, естественно, пошел ему навстречу:
— Вряд ли я ошибусь, заявив, что ваши эксперты утверждают обратное. На основании того, что в данный момент корхи не атакуют укрепления, спешно возводящиеся на новой границе Багряной Зоны, а сосредоточены на переправке трофеев на Ту Сторону. К сожалению, они видят только малую часть картины: да, твари из иного мира действительно раскурочивают наши форты и прифортовые города. Но при этом используют дальнюю связь, то есть, свои аналоги наших коммов!
— Вы в этом уверены? — воскликнул «самый многозвездный генерал».
Я молча извлек из перстня «свиток» и положил на стол:
— Вот одно из этих устройств. Оно выгорело, так как работает лишь под магофоном иного мира, но остаточные эманации Силы может почувствовать любой одаренный, обладающий сродством с Пространством и Молнией. Второе доказательство можете найти в докладах ваших рейдовых групп: в это Вторжение корхи начали уносить в свой мир чуть ли не всю электронику, попадающуюся под руку, хотя давно знают, что по дороге она выгорит. И последнее, но ничуть не менее важное: в конце прошлой осени я своими глазами видел ходовые испытания прототипа транспортного средства, работающего под нашим магофоном. Да, оно сдохло, но… в шестидесяти километрах от Червоточины. Кстати, для того, чтобы вам было легче ориентироваться в масштабе проблемы, сообщу, что в то время диаметр их аналога нашей Багряной Зоны составлял порядка восьмидесяти километров.
 
— То есть, грубо говоря, прошлой осенью их прототип выдерживал давление в четверть плотности магофона, верно? — на всякий случай уточнил генерал.
Я утвердительно кивнул:
— Верно. Но с тех пор прошел почти год. Плюс сейчас наш магофон на Той Стороне стал в два раза менее плотным, а значит, вдвое уменьшился и диаметр их Багряной Зоны. Дальше объяснять?
Китайцы переглянулись, некоторое время лопотали на своем, а затем снова обратились ко мне:
— Ратибор Игоревич, скажите, пожалуйста, что вы знаете о причинах увеличения плотности магофона Той Стороны?
Я невольно усмехнулся:
— На мой взгляд, было бы честнее последовать примеру моего государя и говорить прямо. Но я понимаю, что перестраиваться на ходу дано не всем, поэтому отвечу даже на незаданную часть вопроса. Итак, Багряную Зону увеличили за счет сорока восьми так называемых «обелисков». Показывать карту, на которую нанес местонахождение каждого, не буду, так как знаю, что это для вас не секрет…
Многозвездный генерал подобрался:
— А откуда вы это знаете?
— В момент начала работы вашей спецгруппы, которой было поручено их уничтожение, я убивал корхов возле Червоточины. Первому падению плотности магофона просто удивился, так как за пару суток до этого изучал новый алгоритм охраны одного из обелисков и знал, что соваться к ним стало небезопасно. Следующее удивило. Как самим фактом уничтожения второго активатора подряд, так и длиной временного промежутка между ними. А третье заставило прервать охоту и отправиться на юг. Ибо я точно знал, что боевому крылу общины поставлена другая боевая задача, и имел все основания считать, что это резвится не российская армия. В итоге побывал на месте последнего боя ваших магов и сильно расстроился.
— Из-за их гибели? — саркастически поинтересовался вояка.
— Нет, конечно! — холодно усмехнулся я. — Так уж получилось, что за последние два года я не раз сталкивался с вашими спецгруппами и по ряду причин не испытываю к ним ни любви, ни уважения. Но в данный момент это неважно, поэтому озвучу настоящую причину падения моего настроения: стараниями этих… личностей корхи в несколько раз усилили охрану каждого обелиска. И теперь их одновременное уничтожение стало на порядок более серьезной проблемой, чем раньше.
Этого деятеля, явно задетого моей прямотой, заткнули. Сначала какой-то мужик в штатском, а затем сам Блистательный. Он же задал мне еще один вопрос. Кстати, объяснив горячность подданного:
— Не обижайтесь на генерала Чжо: одним из магов, погибших в том рейде, был его младший брат. Кстати, а вы, засечники, не пробовали снимать обелиски с постаментов?
— Активированные и фонящие Смертью так, что паразитное излучение создает вокруг обелиска достаточно плотное марево?! Уверен, что это будет самоубийством.
— А вы пробовали? — поинтересовался Долгорукий, которому надоело чувствовать себя статистом.
Блистательный немного поколебался, но все-таки дал честный ответ:
— Да. Дважды. Первая группа погибла целиком, вторая… тоже. Но один из бойцов, наблюдавший за попытками демонтажа с приличного расстояния, успел добраться до форта и рассказать о результатах попытки. В общем, как мы поняли, у обелисков есть система защиты, бьющая по площади все той же Смертью. Поэтому-то мы и послали к ним сильных огневиков. И потеряли еще три группы. Ту, деятельность которой привлекла ваше внимание, и еще две…