Пари (СИ)

— Что? — скалюсь в ответ на ошарашенный взгляд Вики. — Знаешь, сколько надо жрать, чтобы поддерживать такую форму?
Хвастливо (в шутку) напрягаю бицепс, и Вика тут же барабанит меня по руку, оттягивая дальше по улице, потому что две девицы в очереди тоже мной наблюдают.
— Когда придем в зоомагазин, — ворчит она, — напомни купить большой намордник и поводок.
— А тебе зачем? — прикидываюсь, что не понимаю ее очевидного приступа ревности.
— Отправлю по почте! — огрызается Вика. — Кому… нибудь.
Она явно хотела сказать другое, намекала на мои отношения.
О том, что я теперь без пяти минут холостяк, говорить нет смысла. Сначала я должен встретиться с Катей и поставить в наших отношениях окончательную точку — так будет правильно. Поэтому в ответ на попытку Вики снова напомнить о моих отношениях, просто говорю, что единственная вещь, которая меня сейчас может заинтересовать, уже и так в моих руках. А когда она моргает и начинает краснеть, все-таки не могу удержаться и не подколоть ее, с аппетитом запихивая в рот остатки своей шаурмы.
— Черт, это было реально вкусно! — облизываю с губ остатки пряного соуса. — Может, вернемся сюда на обратном пути и возьмем еще парочку на ужин? Объедимся неполезной еды, поваляемся на диване, посмотрим тупое реалити-шоу.
— Скупим все проносные средства в ближайшей аптеке, сядем на диету из активированного угля, — подхватывает Вика.
— Лисицына, ну вот фу на тебя! — А когда щенок в ее руках начинает тявкать, добавляю: — И кстати, не выражайся при детях!
Вика, подумав, торжественно вручает собаку мне, а сама, выдохнув, принимается за еду. Впервые вижу, чтобы она ела что-то подобное, да еще и с таким аппетитом. А когда замечает мое внимание, сначала смущается, но потом показывает язык аппетитно облизывающему морду Орео и, на сдачу, мне.
— Дашь мне телефон? — просит Вика, — я свой в номере забыла.
Протягиваю трубку и она, потыкав пару минут, начинает всматриваться в названия улиц.
— Так, если верить карте, то в трех кварталах выше есть магазин для животных. Предлагаю прогуляться пешком, чтобы я сожгла хотя бы десятую часть того, что еще не успела съесть. — И снова с аппетитом жует уличный фастфуд.
Клянусь, она даже свои любимые морские деликатесы никогда не ела с таким восторгом. Прокручиваю в голове весь небольшой прайс ларька, прикидывая, что можно взять на завтрак, и только потом вспоминаю про пончики, которые остались в мини-холодильнике.
— Я думала, ты не дашь, — говорит Вика, когда мы проходим половину намеченного пути. — Телефон имею ввиду.
— У меня там нет кодов запуска ядерного оружия, если что, — отшучиваюсь я.
— Ты всегда так делал, — продолжает она, и на этот раз уже с нотками меланхолии. — Пароль от телефона, помнишь? Заставил меня выучить его наизусть. А мой не спрашивал. И даже в телефон не заглядывал.
На самом деле, заглядывал. Раз или два, когда ее не было рядом. Один раз на экране было имя «Руслан», но я не стал отвечать. Потом Вика сказала, что этот Руслан помогает ей с рекламой в Инстаграм, и я как-то сразу выбросил его из головы. Мы были парой уже полгода, все шло хорошо и у меня не было повода ей не доверять. Второй раз, как раз где-то за неделю до аварии, Вика просто оставила телефон рядом, не заблокировав, и я заглянул туда из любопытства. Полистал несколько секунд, но все, что попалось мне на глаза, было так или иначе связано с подготовкой к свадьбе — в галерее фото платьев, в мессенджере — пара переписок с потенциальными организаторами свадьбы. Всякая типично девичья мишура, никак не намекающая на то, что она может вести двойную жизнь. Я всегда относился к Вике как к человеку, который ничего не носит за душой. Не в обиду ей, но она не была похожа на прожжённую сердцеедку, которая собаку съела на двойной игре.
«Но неделю назад она включала компьютер секретарши», — напоминает внутренний голос, хотя я изо всех сил пытался найти оправдание той «странности». Даже в тихую от моего болтливого коллектива пересмотрела видео с камер наблюдения, надеясь увидеть кого-то другого, кто мог проникнуть в ее кабинет, но кроме Вики на тех видео никого не было. На компьютере секретарши не было никакой информации, которая могла бы как-то навредить и без того печальным делам «Гринтек», но сам факт, что Вика могла вынести — и, скорее всего, вынесла — внутреннюю документацию за пределы офиса, был крайней хреновым звоночком. С оглядкой на ее предыдущие «сюрпризы» — буквально, как любят говорить женщины, одним огромным красным флагом против того, чтобы снова в нее вляпываться.
 
Но какая-то часть меня очень хочет ей верить.
Марат, еще когда мы были типа_братьями, любил говорить, что наивнее меня только маленькие дети и что с таким подходом к людям, я никогда не выбьюсь из безденежья. Сам он пропагандировал цинизм и буквально дорогу вверх по головам, наплевав на такую мелочь, как «человеческий фактор».
С тех пор почти ничего не поменялось.
Но что-то в его золотом правиле жизни пошло не так.
— Лекс? — Голос Вики отвлекает меня от неприятных мыслей, и я обращаю внимание, что мы как раз подошли к зоомагазину. — Все хорошо?
— Просто задумался.
А самого так и подмывает спросить, что она искала в компьютере секретаря, услышать какую-то глупость вроде «случайно включила», успокоиться и закрыть эту историю. Но что-то мне подсказывает, что после такого, все окончательно пойдет по пизде. В любом из вариантов, чтобы она не ответила — либо подозрения окажутся правдой, Вика признается и я на хрен вышлю ее обратно домой с полным увольнением, либо это окажется сбоем или случайностью, Вика обидится и точно больше не захочет иметь со мной никаких дел.
Ладно, к хренам все.
Сегодня — это сегодня.
Вернемся домой — скажу начальнику службы безопасности провести полное служебное расследование.
— Если ты устал, то мы можем… — Вика перекладывает увесистого щенка на другую руку. — Ну одну ночь он, наверное, переживет без своих собачьих удобств.
— Все в порядке, — выдыхаю, сбрасывая так некстати накатившее дурное настроение, — а этому парню нужно купить все необходимое, иначе нас выселят ночевать на скамейку в парке.
Вика делает такое лицо, как будто эта перспектива не так уж ее и пугает, и мы заходим внутрь.
  
Глава шестидесятая: Вика
 
Кажется, я даже с утреннего шоппинга не тащила столько вещей, сколько в итоге набрали для собаки. Причем, набрали по инициативе Лекса, потому что я впервые чувствовала себя крайне неуютно на этом празднике щедрой жизни. То есть, буквально, по своей инициативе взяла для Орео только удобный поводок, какую-то игрушку для зубов и маленькую лежанку. Лекс, оценив ее размер и вид, попросил вернуть «тряпочку» на место и вместо этого взял другую — добротную, крепкую, с бортиками, на которой даже я бы спала с удовольствием. Ну, если бы была раза в три меньше.
В итоге, пять минут уходит только на то, чтобы загрузить все в багажник такси, а потом, когда мы садимся в машину, Лекс вспоминает, что мы забыли какое-то масло для лап, о котором заводчица предупредила раз сто. А когда снова возвращается в машину и чешет довольную морду за ухом, то как бы между делом говорит, что начинает понимать, почему люди отдают детям последние трусы.
— Из тебя будет хороший папочка, — говорю на импульсе, даже не подумав. Прикусываю язык, мысленно костеря себя на чем свет стоит, но сказанного это все равно уже не сотрет.
— Думаешь? — Лекс перестает гладить щенка и смотрит на меня потемневшими глазами.
— Думаю, что ужасно хочу есть! — резко переключаю тему, и начинаю наобум трещать все без перебора мысли, которые в эту минуту есть у меня в голове. — Кстати, надеюсь, ты сделаешь поблажку своему начальнику финансового отдела и разрешишь приходить на работу с животным?! Я ни на какую няньку своего любимого сладкого пирожочка не оставлю!
«А еще у меня квартира, в которой даже мне развернуться негде», — добавляю мысленно, вспоминая свою съёмную однушку, в которой иногда хозяйничает еще и похожий на бармалея кот. Как я буду жить там с собакой — ума не приложу. Чем кормить щенка?