Скандальная страсть

– Ну так уделите сейчас, мистер Льюис. – Зеленые глаза мисс Палмер блеснули в лучах утреннего солнца.
Что, кроме возмущения, заставило их заблестеть? Дэниел отмахнулся от пришедшей ему в голову мысли, решив, что сейчас совершенно неподходящее время для сладострастных мечтаний об очаровательной мисс Палмер.
– Мое полное и безраздельное внимание уделено вам, мисс Палмер. – Он отвесил ей поклон.
– Великолепно. – Корделия набрала в легкие воздуха. – Отец мистера Синклера владеет исключительно успешной пароходной компанией. Мой о… мой дядя Филипп имеет не слишком прибыльную судоходную линию, но состояние семьи можно спасти объединением бизнеса дяди Филиппа и старшего мистера Синклера. Условие такого делового партнерства – брак их детей.
– Да, конечно, теперь припоминаю, – проворчал Дэниел. Проклятие, как он мог это упустить?
– Значит, вы не слишком прилежны в своей работе? – Скрестив на груди руки, Корделия пристально смотрела на него.
– Очень прилежен, – взглянув на девушку, огрызнулся он.
– Тогда почему вы не знали об этом условии?
– Знал, просто оно выпало у меня из памяти. Кроме всего прочего, это личное дело мистера Синклера, младшего мистера Синклера.
– Полагаю, что вы и его лучший друг, разве не так? – Она насмешливо подняла бровь.
– Я и считаю мистера Синклера своим другом, но существуют границы, которые нельзя переступить, – с пафосом объявил Дэниел. Для настоящего Уоррена таких границ, безусловно, не существовало, когда дело касалось личной жизни Дэниела.
– Почему я в этом сомневаюсь, мистер Льюис?
– Понятия не имею, мисс Палмер. Возможно, причина в моей откровенности и любезности. – Он одарил ее озорной улыбкой.
– Да, уверена, именно в этом. – Она оглянулась назад, в ту сторону, откуда они пришли. – Меня ждет экипаж, мне пора. Всего хорошего. – Она кивнула и пошла обратно.
– Подождите, мисс Палмер. – Дэниел шагнул за ней. Она слишком заинтересовала его, чтобы позволить ей так просто уйти из его жизни. – Вы полагаете, что узнали все, что собирались узнать о мистере Синклере?
Корделия остановилась.
– Наше будущее – и служащих, и близких друзей – связано с мистером Синклером и леди Корделией, поэтому в наших общих интересах продолжить обмен информацией. – Или, быть может, это его личный интерес и Дэниелу просто захотелось снова увидеться с этой девушкой.
– Я согласна, – немного подумав, медленно кивнула она. – Существует еще много такого, что хотелось бы узнать о мистере Синклере.
– Тогда нам следует еще раз встретиться.
– Пожалуй, следует.
– Здесь?
– Нет, – покачала она головой. – Не исключена возможность, что мои знакомые увидят нас вместе, и это будет чрезвычайно трудно, можно сказать невозможно, объяснить. Свою репутацию я хотела бы сохранить.
– Тогда…
– Вы знаете магазин книготорговца Мердока?
– Да, конечно. – Он усмехнулся, словно она задала нелепый вопрос. Честно говоря, он никогда не слышал о Мердоке, но Уоррен, вероятно, знает все книжные магазины в Лондоне. Уоррен всегда внимательно читал книги, касающиеся бизнеса и права. Хотя Дэниел и считал, что много читает, но в эти дни он пролистывал лишь газеты. – Я прекрасно знаю этот магазин.
– Отлично. Буду там завтра, пожалуй, сразу после открытия. В это время там не так многолюдно. И, мистер Льюис, будь я на вашем месте… – она наклонилась к нему, – я бы пришла подготовленной. Прошу вас составить список вопросов о леди Корделии, что, по вашему мнению, хотел бы знать о ней мистер Синклер. Я сделаю то же самое. Откровенно говоря, если, получив возможность разузнать о леди Корделии, вы не выясните ничего существенного, мистер Синклер в вас разочаруется.
– Вы застигли меня врасплох. – Он сосредоточенно смотрел на девушку. – Я просто не ожидал вас встретить.
– Можно надеяться, эта неожиданность миновала, и вы будете искуснее в своих расспросах. Всего наилучшего, мистер Льюис. – Мисс Палмер кивнула, повернулась и пошла к экипажу, ожидавшему ее за воротами парка.
– Нельзя сказать, что я неискусен, – бросил он ей вдогонку. Девушка не ответила, но Дэниел мог поклясться, что слышал, как мисс Палмер тихо засмеялась.
 
Проклятие, она права! Он не узнал ничего важного о леди Корделии, даже не поинтересовался, как она выглядит, хотя считал, что составил довольно точный ее образ. В его представлении амазонка критически поднимала бровь, но на самом деле совершенно не важно, как она выглядит. Он не собирался жениться на девушке, которую отец снова выбрал ему в невесты. Однако Дэниел не мог сразу отвергнуть ее. Пусть он не британский аристократ, но его семейный круг так же важен для него, как и для любого титулованного англичанина. Нет, предстоит найти красивый способ отказаться. Первый шаг к этому – постараться узнать все, что только можно, о взбалмошной леди Корделии.
И если при этом он завяжет дружеские отношения с хорошенькой мисс Палмер, это просто неожиданный подарок.
– Гиллиам, вы сегодня видели мистера Льюиса? – Дэниел отдал шляпу и перчатки дворецкому, который вместе с другими слугами приехал в небольшой дом, который Дэниел снимал в Лондоне.
– Он в… – лицо обычно невозмутимого дворецкого подергивалось, как будто он старался сдержать себя, произнося это слово, – в конторе, сэр.
Дэниел подавил улыбку. Гиллиам был недоволен, если не сказать, возмущен, тем, что Дэниел превратил гостиную на первом этаже в кабинет. И это при том что Дэниел и Уоррен имели на верхних этажах собственные апартаменты – личные гостиные и спальни. Нанять дом и удобнее, и выгоднее. Дэниелу не имело смысла снимать номера в отеле для себя и Уоррена и отдельно контору, когда дом служил всем целям одновременно.
После Нового года Дэниел приехал в Лондон, перед этим недолго пробыв в Италии, и совсем не предполагал, что задержится здесь на какое-то время, и, конечно, остановился в отеле. Первоначально он планировал остаться, только чтобы познакомиться и, как надеялся, избавиться от невесты, которую нашел для него отец, а потом вернуться в Америку. То, что его невеста – кузина Оливера Лейтона, графа Норкрофта, – к тому времени влюбилась в Джонатана Эффингтона, маркиза Хелмсли, наследника герцога Роксбороу, стало для Дэниела шансом, который он никогда не позволял себе упустить. Хелмсли и Норкрофт вместе со своими давними товарищами виконтом Кавендишем и виконтом Уортоном были друзьями Дэниела и его главными инвесторами. Перевод капиталов из одной страны в другую, контракты, договоры, другие бесконечные проблемы, сопутствующие таким операциям и оформлению отношений между инвесторами и учредителями бизнеса, задержали Дэниела в Лондоне более чем на пять месяцев. У него возникла необходимость попросить Уоррена присоединиться к нему.
– И как он?
– Он утверждает, что чувствует себя намного лучше, сэр. – Гиллиам сжал губы. – Несмотря на протесты миссис Рампол, он встал с постели и вернулся к своим обязанностям.
– Жалко, что я не видел этого сражения, – усмехнулся Дэниел.
Экономка миссис Рампол считала себя приемной матерью для двух мужчин, живших сейчас под одной крышей.
– Я бы сказал, сэр, – со вздохом отозвался Гиллиам, – сражение еще не закончено.
Уоррен говорил, что подхватил всего лишь обычную простуду, но у него был такой страдальческий вид, что накануне его наконец-то уложили в постель. Миссис Рампол принесла несколько галлонов горячего бульона и странно пахнущий чай, названный лекарственным средством.
– Наверное, так, – снова усмехнулся Дэниел. Пройдя через пустой холл, он распахнул дверь и увидел давнего друга за одним из двух больших письменных столов, занимавших почти всю комнату. – Сегодня мы чувствуем себя лучше?
– Я уже не чувствую себя так, словно смерть была бы спасением. Значит, чувствую себя лучше, – ответил Уоррен, подняв взгляд от лежавшей перед ним тетради. Глаза у Уоррена оставались красными, голос гнусавым и немного хриплым, но все же далеко не таким, как вчера.
– Ты выглядишь… – при этих словах Уоррен приподнял бровь, – лучше, – уверенно закончил Дэниел. – Не очень хорошо, но значительно лучше.