Бог злости (ЛП)

Я хмурюсь.
— Это неправда.
— Что неправда?
— То, что он обязательно станет преступником. У него больше контроля, чем у кого-либо из тех, кого я знаю.
— Или он хочет, чтобы все так думали. Килл не полностью контролирует себя — он просто подавляет свои истинные желания, и однажды они будут управлять им.
Нет.
Гарет видит его только в темном свете, возможно, из-за их истории. В Киллиане есть нечто большее, чем его жестокие намерения.
И нет, я не защищаю его. Я просто думаю о нем так же, как о Лэне.
Хотя мой брат немного другой. Я думаю. Он любит наших родителей и нас. Или, может быть, он так хорошо притворяется, что мы не замечаем этого.
— Будь осторожна там. — Гарет указывает на дверь.
И я принимаю это как сигнал к тому, чтобы идти.
Как только я оказываюсь на улице, я не могу не оглянуться назад. Гарет держит обе руки в карманах и смотрит на меня с пустым выражением лица, которое почему-то вызывает у меня беспокойство.
Я ухожу с мыслями о Черри и Киллиане в голове. Даже когда я заставляю себя думать, что мне абсолютно все равно.
Мне все равно.
Верно?
* * *
Может быть, мне не все равно.
Или очень сильно.
Учитывая, что я не могла уснуть.
После того, как я пробралась в квартиру, мне показалось, что я слышу стоны боли. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что это всего лишь виолончель Авы. У Сесили свет не горит, так что она, должно быть, спит.
А я? Я полчаса ворочаюсь в постели, представляя Киллиана на этой блондинке. В моем воображении он входит в нее и делает это грубо, как ей нравится, и...
Я закрываю лицо подушкой, пытаясь отогнать этот образ.
Затем я переворачиваюсь на спину и открываю приложение Instagram. Первое появившееся изображение — это селфи Анники, которая дуется, опираясь на одну руку, а солнце светит из-за высоких французских дверей позади нее.
Есть красота, а есть фотогеничная красота, как у Ани.
Она подписала свою фотографию «Скучно. Расскажи мне что-нибудь о себе».
Первый комментарий, который появился, был от lord-remington-astor.
«Мое незнание греческой литературы всегда было моей ахиллесовой пятой»
Анника отвечает строчкой эмодзи, вызывающих смех. Затем она и Реми продолжают говорить туда-сюда в течение двадцати комментариев, в середине которых они отмечают Крея пять раз, но он не удостаивает их ответом.
Подождите. Эти двое действительно завели аккаунт в Instagram для Крейтона?
Я прокручиваю страницу вниз, чтобы найти еще один комментарий от знакомого имени.
nikolai_sokolov: Наверное, стоит удалить это, пока Джереми не устроил свой ночной патруль.
Я нажимаю на его профиль и обнаруживаю, что у него десятки тысяч подписчиков. Без шуток.
В профиле Николая царит мрачное мрачное настроение. Он полон прокуренных фотографий, фотографий с драками, и среди них есть странные семейные фотографии, которые не подходят. На одной из них он окружен двумя потрясающими одинаковыми блондинками, которые смеются в камеру, пока он хмурится.
Все еще пытается обмануть меня, но я знаю, что та, что слева, — Майя... Так?
Есть скриншот из, похоже, группового чата с интересной надписью.
В окружении идиотов.
Гарет: Групповое занятие?
Николай: У меня есть идея получше. Групповой секс.
Гарет: Отвратительно.
Джереми: Попробуем еще раз через сто лет.
Киллиан: Я блокирую тебя.
Я почти слышу монотонный голос Киллиана, когда он говорит это, и у меня сводит живот, но я выхожу из этого поста и продолжаю листать аккаунт Николая.
На последней фотографии, которую он опубликовал, Николай держит в удушающем захвате сопротивляющегося Гарета и скучающего Киллиана.
Застрял с этими ублюдками на всю жизнь. Не то чтобы я жаловался... ладно, может быть, немного.
Я нажимаю на раздел тегов, мой палец дрожит, когда я нажимаю на killian.carson.
Мое сердце чуть не выпрыгивает из горла, когда я нахожу кнопку « Ваш подписчик».
Когда, черт возьми, он успел на меня подписаться?
 
Хотя он упомянул, что видел мою картину в стиле «Inception» и мои истории ранее.
Я возвращаюсь к своим уведомлениям и обнаруживаю, что ему понравились многие мои фотографии. Я прокручиваю вниз и вниз, и, черт возьми, этому сумасшедшему ублюдку понравились все пятьсот фотографий, которые я выложила в Instagram.
Все до единой.
Час назад.
Разве это не примерно в то время, когда я вернулась в квартиру? Значит ли это, что он не продолжил свой план, или я просто ищу оправдания?
Я возвращаюсь к его профилю.
Если я ожидала, что у него примерно такая же аудитория, как у Николая, я жестоко ошиблась — она гораздо больше. На двести тысяч больше.
Конечно, этот урод популярен. Ничего удивительного.
Его профиль описывает: студент-медик. Любитель изысканных вещей.
Аккаунт Киллиана менее хаотичен, чем у Николая. На самом деле, он эстетически приятный, с теплыми тонами и большим количеством положительной энергии. Вечеринки. Собрания студентов-медиков. Друзья. Семья. Люди.
Много-много людей, лиц, улыбок и жизни.
Это идеальный фасад для его гнилых внутренностей.
На фотографиях он либо улыбается, либо смеется, либо ухмыляется. Некоторые из них сделаны в экзотических местах, другие — в грязных богатых домах. Не только у его семьи есть деньги, но и он любит их показывать.
Чем больше я листаю, тем больше убеждаюсь, что Киллиан — это мужская версия социальной бабочки, которая захватила Аву и Аннику, но без их искренности.
Киллиан полностью подражает одержимости молодежи социальными сетями, и у него это получается гораздо лучше, чем у них, поскольку харизма дается ему естественно.
Но я знаю, что каждая из его улыбок, несомненно, фальшивая.
Просматривая его профиль, я понимаю, почему он так привлекает людей. Вокруг много красивых мужчин, но лишь немногие обладают его уровнем непринужденной привлекательности. Ему не нужно стараться привлечь внимание людей, он как магнит.
Они слетаются к нему, как мотыльки на пламя, не зная, что сгорят, если подойдут слишком близко.
Или если он на них нацелится.
Я нажимаю на семейную фотографию, на которой элегантно одетая женщина, которая, как я предполагаю, является его матерью, сидит на барном стуле с высокой спинкой. Она держит руку мужчины, который опирается на ее плечо. Ее муж — учитывая его сходство с Гаретом и Киллианом — стоит прямо за ней и ухмыляется. Однако лица и Гарета, и Киллиана полны ужаса.
Я прокручиваю в сторону другую фотографию, на которой она смеется, выражение лица ее мужа торжественное, а Гарет выглядит облегченным. Киллиан откидывает голову назад в смехе.
В отличие от другой фотографии, этот смех не кажется полностью фальшивым. Но он и не искренний — как раз посередине.
Мое внимание переключается на надпись.
«Разница между «Может быть, я все-таки подарю вам, мальчики, сестренку» и «Шутка, посмотрите на свои лица».
Я заметила закономерность: Киллиан чаще публикует семейные фотографии с мамой и тетей, маминой однояйцевой близняшкой, которая также является матерью Николая, чем с отцом или Гаретом.
Фактически, единственный раз, когда он публикует фотографию своего отца, это когда его мать рядом.
И только один раз он разместил фотографию Гарета, который вышел на пробежку под дождем.
«В такую погоду день пробежки моего старшего брата может превратиться в день плавания. Соберись, Англия.»
Однако есть масса фотографий его матери. На последней из них он запечатлел, как она пытается накормить его печеньем, а он корчит рожицу.
«Я сказал своей любимой женщине, что перестал быть шестилетним более десяти лет назад, а она ответила: «Не в мою смену», запихивая в меня печенье. Как убедить маму, что ты вырос?»
Затем у него есть еще одна фотография, где он стоит между своей мамой и тетей. Его мама щиплет его за челюсть, смеясь, а тетя ухмыляется.