Пылкое сердце

— После разговора с тобой мне стало гораздо легче.
Ханна все же сомневалась.
— Правда, — заверила ее Карли.
— Хорошо, но скажи мне, если тебе что-то будет нужно.
В одиночестве Карли еще раз прослушала информацию о пропавшем мужчине из Портленда, но ничего нового не узнала. Что ж, остается только ждать. Хотя с каждой минутой ожидание становилось все томительнее. Ей не нравилось это чувство страха и волнения, когда не можешь ни спать, ни есть. Именно так она себя ощущала шесть лет назад.
Карли и не думала, что ей когда-то снова придется так переживать. И вот сейчас у нее замирает сердце от мысли, что Джейк может не вернуться. Нет, так больше не может продолжаться.
Джейк валился с ног от усталости, подходя к воротам. Обычно он торопился домой после окончания задания, но сейчас больше всего хотел быть в другом месте. Он хотел видеть только одного человека.
Он поднялся по ступенькам, и тут дверь распахнулась. На пороге стояла Карли.
— Ты вернулся.
Как же она красива. Он улыбнулся.
— Да.
— Как все прошло?
— Парня нашла другая команда, — сообщил Джейк, — голодного и замерзшего, но довольного, что его спасли.
— Хочешь есть?
— Умираю с голоду. — Он поцеловал ее. — Вот что мне было нужно.
Карли пропустила его внутрь.
— Заходи. Отогреешься и поешь.
Джейк оглядел себя. Он так торопился к ней, что не переоделся.
— Я весь грязный.
— Ты пахнешь горами.
Джейк кинул. Вся его одежда и снаряжение пропахли неповторимым сочетанием пота и земли, грязи и пыли.
— Пойду переоденусь.
— А я пока разогрею ужин.
Позже она смотрела, с каким наслаждением он поглощает спагетти и салат.
— Ты и правда оголодал.
— Просто я не часто нормально ужинаю. Спасибо большое, все было очень вкусно.
Карли пододвинула к нему тарелку с печеньями.
— На здоровье.
Он взял одно.
— Как Тайлер?
— Он такой милый малыш. — Карли убрала со стола тарелки. — Кендалл и Остин пока не понимают, что с ним делать, так как он большую часть времени спит.
— Давай я помою посуду, — предложил Джейк.
— Ты и так вымотался сегодня.
Он взял еще печенье.
— С грязной посудой я как-нибудь справлюсь.
— Я тоже. Ведь не я сегодня герой дня.
— Я вовсе не герой.
— Ты спас человека.
— Мы просто выполняли свою работу, — пожал плечами Джейк. — Это не геройство. Герои — те, кто случайно оказывается в экстремальной ситуации и проявляет себя, например вытаскивает человека из горящего автомобиля.
— Я не согласна. Ты помогаешь людям. Спасаешь их, это настоящий героизм.
— Почему мы спорим о какой-то ерунде? Я мог бы сейчас обнимать и целовать тебя.
Карли повернулась к нему. Он заметил напряжение на ее лице.
— Я переживала за тебя весь день. Боялась, что может случиться непоправимое.
— Это нормально, учитывая, через что ты прошла.
— Нормально? — Ее голос дрогнул. — Нет ничего нормального в том, что я пережила сегодня. Я за Ника так никогда не волновалась.
Джейк нахмурился. Он знал, что с ним все будет в порядке, и хотел, чтобы его уверенность передалась Карли.
— Почему же?
— Ты не мой брат. Чувства, которые я испытываю к тебе… — Она осеклась.
Джейк широко улыбнулся.
— Я рад слышать, что у тебя есть чувства ко мне.
— Если бы я ничего не чувствовала к тебе, мне было бы все равно, что с тобой происходит. Я бы не волновалась по поводу того, что ты спасаешь жизни самонадеянным парням, которые думают, будто все могут. Но я переживаю. Очень сильно. И меня это тревожит.
Тон ее голоса и отчаяние во взгляде были красноречивее любых слов. Джейк встал из-за стола.
— На любом задании мы ставим жизнь спасателя превыше всего. Зря рисковать собой мы не будем.
— Да, но горы порой не прощают даже малейшей ошибки, Джейк. Сколько несчастий может случиться по вине природы.
— Посмотри на меня, Карли, — попросил он, подходя ближе. — Ты же меня знаешь. Я решительный, но не бесшабашный, я не гоняюсь за острыми ощущениями и адреналином. Я не рискую своей жизнью зря. Ты должна верить мне.
 
— Я хочу верить, — воскликнула она, — но сегодня весь день я только и думала о том, жив ли ты и все ли с тобой в порядке. Вернешься ты или нет.
— Я здесь. — Он крепко обнял ее, и она сразу расслабилась. — Я вернулся.
— Я хочу свою семью. — Она прижалась к нему всем телом. — Хочу все то, что есть у Ханны и Гаррета.
— Ты можешь все это получить, Карли. — Он положил подбородок ей на макушку. — Тебе ничто не мешает. Нам ничто не мешает.
— Мешает.
Он отстранился и посмотрел на нее.
— Что же?
— Горы. Я не могу жить в постоянном страхе. И не хочу.
Он ослабил объятия.
— Я не понимаю.
— Ты не можешь гарантировать, что с тобой никогда ничего не случится и ты каждый раз будешь возвращаться целым и невредимым.
— Никто не может дать таких гарантий, — заметил он.
Джейк почувствовал, что Карли напряжена, но не хотел отпускать ее.
— Я тебя прекрасно понимаю, учитывая, что случилось шесть лет назад. Но ты должна осознавать, что риск есть всегда, не важно, чем человек занимается — лазает по горам или работает в магазине.
Она молчала.
— Карли.
— Мне нужны гарантии, — мягко сказала она. — Я должна быть уверена, что с тобой ничего не случится.
— Ты понимаешь, что просишь невозможного? Ты хочешь гарантий, которых никто не может дать. Даже если я уйду из спасательного отряда, меня может сбить автобус или случится еще что-нибудь непредвиденное. Карли, такова жизнь.
— Может быть, но я не смогу пережить еще одну трагедию.
У него екнуло сердце. Он всегда знал, что отец недоволен его образом жизни, но не мог представить, что и Карли будет просить его измениться.
— Ты хочешь, чтобы я перестал ходить в горы?
— Нет, — неуверенно ответила она, — ведь ты жить не можешь без гор. Я бы никогда о таком не попросила.
Он почувствовал невероятное облегчение.
— Хорошо, потому что уходить из отряда я не собираюсь. Но тогда я не понимаю, как мы можем решить наш вопрос.
— Как решали до этого. Останемся друзьями.
И она так легко говорит об этом? После всего, что между ними было? Джейк не собирался так просто отпускать ее.
— А если я не хочу быть только другом? Что тогда?
Ее глаза заблестели.
— Тогда нам не остается ничего другого, как пожелать друг другу спокойной ночи.
  
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
 
Карли вернулась в Филадельфию две недели назад и с тех пор чувствовала себя одиноко. Она скучала по Ханне, по детям и по… Джейку.
Прошло две недели, а его слова все еще эхом отзывались у нее в голове.
 А если я не хочу быть только другом? Что тогда? 
Тогда ничего.
Она тогда пожелала ему спокойной ночи, а он с ней распрощался. После этого она его больше не видела. Учитывая небольшие размеры города, он приложил к этому все усилия. Он ясно дал ей понять, что не хочет быть только ее другом. И в то же время не хотел ничего изменить между ними. А она просто не могла оставить все как есть.
Значит, все кончено.
Она так боялась снова пережить боль и разочарование, и вот они настигли ее спустя шесть лет.
Брайан, один из барменов в пабе, кивком позвал ее подойти к барной стойке. Над стойкой висели два телевизора. На одном круглосуточно транслировались новости, другой был настроен на спортивный канал.
Брайан поставил перед ней стакан с холодным чаем, украшенный долькой лимона и бумажным зонтиком.
— Это тебе, Карли.
— Спасибо. — Она сделала глоток. Но сейчас даже ее любимый напиток не улучшил настроение. Казалось, ничто не может вернуть ей жизнелюбие. — Я устала немного от суеты.
— То, что ты ночуешь в офисе, тоже не идет тебе на пользу.
Она помешала чай соломинкой.
— Кто сказал, что я ночую в офисе?