Мастер Гравитации 3 (СИ)

Ну что ж, раз мои дорогие враги так жаждут узнать о моих планах, почему бы не сыграть с ними в игру, но по моим правилам? А кто лучший напарник для такой авантюры? Конечно же, моя палочка-выручалочка — Григорий. Тот ещё весельчак с извращённым чувством юмора.
Я достал телефон и набрал ему сообщение: «Привет, дружище! Приглашаю тебя на праздничный ужин сегодня в честь нашего возвращения с каникул. Ты ведь так эпично встретил нас в аэропорту — видно, что скучал».
Ответ не заставил себя ждать, будто Гриша постоянно держал телефон наготове в ожидании моего сообщения. А может, он просто привык к моим частым обращениям: «Конечно скучал, ведь всё самое интересное крутится только вокруг тебя. Скоро начну завидовать твоей популярности, даже если ты знаменит лишь среди своих врагов. Так что приду, но скажи, торт будет с вишенкой или с привкусом свинца?» — написал он.
Улыбка скользнула по моему лицу. Ах, Распутин, мастер тонкой иронии. Я быстро набрал ответ: «Не переживай, торт будет на высшем уровне. И скучно точно не будет.»
Убрав телефон в карман, я задумался. А может, к чёрту эту поездку за город? Планы ведь созданы для того, чтобы их менять, верно? Зачем уезжать, когда можно разыграть первую партию прямо здесь? Пусть мои незваные слушатели насладятся шоу в полной мере.
В конце концов, если жизнь подбрасывает тебе жучков, то стоит устроить представление на славу. А с Гришей мы точно превратим этот вечер в незабываемый спектакль. Остаётся только добавить: господа враги, добро пожаловать на премьеру!
— Эй, чего это ты сидишь, лыбишься? — окликнула меня Маша.
— Да вот, наслаждаюсь редким моментом тишины рядом с тобой — целых пять минут, праздник какой-то, — с улыбкой толкнул я её в плечо.
— А ты думаешь, мне нравится жить с тобой под одной крышей? Пить мне не даёшь, газировку не покупаешь, от тебя даже чипсов с крабом не дождёшься! Одно чёртово брокколи на пару, да авокадо и прочая гадость. А ещё эти несносные голубцы — и те, чтоб их, на пару! Такое чувство, что я не просто зожница-подросток, а у меня гастрит! — вспылила сестра, ударив меня подушкой по голове.
Я молча встал, прошёл в её комнату и схватил большой чемодан на колёсиках. Свалив туда её вещи прямо с вешалками, насвистывая себе под нос, на её глазах выкатил чемодан за порог.
Да, я в курсе, что Маша — бесстрашная, сильная и любит нарываться на неприятности; ей только подавай возможность ходить по лезвию ножа. Она далеко не трусиха, но и не полная дура. Она понимает, что за стенами этого дома одной ей наступит полная безысходность.
К тому же, хоть Маша теперь и знает, что я силён, но в такой ситуации, в какой оказался наш Род, она меня точно не оставит. Ей предельно ясно, что главная цель всё равно я, а значит, она готова до последнего быть со мной, чтобы защитить своего, пусть и сильного, но всё же братца.
— Оу, братик, полегче! — мелкая тут же вскочила с дивана и замахала руками. — Не надо спешить, притормози. Мне тут, в принципе, интерьерчик нравится, да и твои сырники, что ты мне на завтрак готовил, вполне терпимы. Я даже согласна есть изюм в творожке, а ты же знаешь, как я ненавижу изюм!
Да, у нас есть нанятые Гришей слуги, и они иногда приходят в дом, чтобы прибраться или приготовить блюда. Но чаще я сам кормлю сестру и себя. И не то, чтобы я был шеф-поваром, но голодной она точно не останется.
— Извините, вы недавно сюда заехали, да? — я не успел ещё закрыть дверь и поставить чемодан обратно, как меня окликнул тип в синей кепке и с пышными усами. — Если так, то не желаете приобрести свежий номер газеты «Здоровье с Хеленой Малышковской»?
— А о чём она пишет? — поинтересовался я, прищурившись.
— В данном номере говорится о том, как опасны молочные продукты для нашего организма. И как можно дольше прожить, если заваривать каждое утро по ложке водорослей, вперемешку с землёй, сэр, — почтальон произнёс эту ахинею с такой уверенностью, будто рекламировал эликсир бессмертия.
— Спасибо, конечно, но я тут как раз младшую сестру к нормальному питанию приучаю, а вы мне эту ересь подсовываете, — я захлопнул перед его носом дверь.
  
Тяжко вздохнув, я облокотился о косяк: как же всё-таки тяжело быть старшим братом и отвечать за мелочь. А родителем, наверное, быть и вовсе сложно. Это огромный труд… Однако, похоже, не для наших: они нас отчитали, писать перестали и скрылись с горизонта. Никакого адекватного общения или обсуждения с нами семейных проблем, словно мы с сестрой — какие-то несмышлёные младенцы.
Я, конечно, всё понимаю: раньше я не интересовался делами семьи, но все решения и идеи, которые я предлагал и предпринимал в последнее время, сами должны говорить за себя. Жаль только, что родители по-прежнему слепы.
Ну да ладно, сейчас главное — подготовиться к ужину: запечь гуся, приготовить салатик из курочки, корейской морковки и кириешек, да еще колбаски на гриле пожарить. Это я все и сам могу сделать — не обязательно звать повариху или заказывать еду на дом. Маша иногда возмущается здоровой едой, но сегодня она будет жирной, сочной и очень вкусной.
— Маша, а ну-ка иди сюда, помогать будешь! — крикнул я ей. — Закажи в магазине нужные продукты: я скажу какие. А потом научу тебя гуся мариновать и фаршировать.
— Ты у нас что, в домохозяйку заделаться решил? Может, тебе еще фартук с рюшами прикупить? — она закатила глаза, подходя ко мне.
— А ты, видимо, решила стать вредным и вечно всем недовольным подростком? Пубертат по полной накрыл?
— Почему решила заделаться? Я так-то им и являюсь, — мелкая улыбнулась и открыла приложение для доставки продуктов.
Мы с ней, наверное, целый час выбирали, что купить: ассортимент чертовски большой, и нужно было взять хорошие ингредиенты. Тут нельзя было просто выбрать самые дорогие — все было не так просто, глаза разбегались.
В итоге сестра тоже загорелась идеей полностью участвовать в готовке, но был, конечно, один минус: она чуть не съела все сухарики для салата. Надо ее бобром прозвать — ей бы только чем-нибудь похрустеть да погрызть.
Но зато это было весело и, главное, очень по-семейному. Маша даже сама полы кое-где помыла и зеркала отполировала без всякой магии. В общем, по нам было заметно, как мы устали от каникул, а особенно она, ведь обычно ее фиг что заставишь делать. Я вот, может, и был пару дней на войне, но никогда не был против того, чтобы поработать руками. Ой, это как-то двусмысленно звучит…
— Добрыня, что это? — голос Маши отвлек меня от будничных мыслей.
— Где? — я повернул к ней голову.
— Я бы могла и в рифму ответить, но у тебя такой части тела нет, так что допустим — на твоей голове, — она ткнула меня пальцем в висок. — У тебя светлые волосы, но я все равно увидела один седой волос.
— Черт! Серьезно? — Чего-чего, но вот этого я никак не ожидал. Как я до такой жизни докатился?
— Не переживай, Добрыня, у тебя только один седой волос, а у других на твоем месте вообще бы вся голова поседела в восемнадцать лет, — сестра похлопала меня по спине. — Мне, если честно, тебя искренне жаль, — мне еще, блин, жалости не хватало только.
— Нет, ты неверно сказала, — я пронзительно посмотрел на нее. — У любого другого на моем месте уже бы не было головы, а не то что волосы бы поседели.
— Тут ты прав.
Стоим мы, значит, дальше готовим, как вдруг видим в окно очень близко стоящего к нам, я бы даже сказал неприлично близко к дому, пожилого мужчину — всего в морщинах и с веснушками.
— Добрыня, смотри, какой-то старичок в потертом плаще, и лицо у него очень печальное. Он так смотрит на нас, будто ему одиноко или он хочет есть, — сестра вздохнула. — Это все как-то грустно, надо что-то с этим сделать.
— Да, ты права, — кивнул я и, протянув руку, закрыл окно плотной шторой. Затем вернулся к салату, добавляя ещё ложку майонеза, но тут же почувствовал болезненный тычок кулаком в бок.
— Ты что творишь? — Маша возмущённо всплеснула руками. — Я думала, мы пригласим его на ужин. А ты просто взял и задёрнул шторы! Хотя бы спросил, как у него дела и как зовут.