Под крылом ворона (СИ)

— Жаль, — с грустью ответил Лески. — Но нужно уходить. В чём-то мой братец был прав, силы ордена в Илиеме сейчас крайне ограничены. Не верю, что Жульгас пошёл бы на такую авантюру, не будь у него на то веских аргументов. Я не знаю, зачем ты капитану и какое его поручение ты выполняешь, но твоя задача только что стала в несколько раз сложнее. Покинуть королевство будет непросто, но и в городе оставаться нельзя. Если я не ошибаюсь, то уже завтра город будет не узнать.
Лески пристально посмотрел на меня, ожидая есть ли мне что добавить. И я не смог промолчать, глядя в глаза человеку, который фактически нас спас, хоть и выполнял при этом приказ своего командира.
— Думаю, в ближайшее время маски будут сброшены, и королевство захлестнёт гражданская война. По крайней мере, во власти есть те, кто хочет упразднить Орден.
На это Лески устало прикрыл глаза, но уже через пару секунд распахнул их вновь, сделав один короткий выдох.
— С десяток лошадей найдётся на конюшне Петерса, это на окраине города, он разводит коней для Ордена. Собирайте вещи, нужно выдвигаться немедленно.
— Слышали парни, заберите сумки и ценное из телеги, выступаем сейчас же!
— А с этими что? — спросил Пруст, кивая в сторону пленных бандитов, продолжающих извиваться и уползать словно черви. Они уже метров десять проделали несмотря на связанные руки и ноги.
— Надо закончить дело, — кивнул рыцарь, вновь берясь за меч. — Преступники должны понести наказание.
  
Глава 16
 
Сколько стоят девять снаряженных лошадей, по качеству пригодных для лучших воинов королевства? Не знаю, но точно больше того состояния, что свалилось на нас от ныне покойного коменданта Угрюмой крепости. Наверное, поэтому старика Петерса чуть инфаркт не хватил, когда Лески озвучил ему посреди ночи свою безумную просьбу, одолжить неизвестным и очень подозрительным личностям с таким трудом взращенных им скакунов. Пусть даже на время, пока те не донесут нас до границы.
На препирательства времени не было, да и как сделать наш отряд, наконец, лошадным, я не раз уже думал. А тут такая возможность… В общем, когда Лески после первого раунда переговоров с надеждой спросил у меня, сколько монет мы готовы заплатить, я без угрызений совести ответил — 36, так как больше нету. После чего у Петерса случился мощный приступ икоты. На это я уверил его, что в дополнение к озвученной сумме готов передать ему прекрасное транспортное средство с впряженной в него чудо кобылой. Ну а Лески еще добавил что-то вроде «под мою ответственность» и тоже подмахнул бумагу, скрепляющую нашу сделку.
Но даже понимая, что покупаю отличных лошадей по себестоимости (а может и ниже её), мои руки дрожали, когда я торопливо отсчитывал уже ставшие такими родными монеты. Чёрт, будем считать, что это инвестиции в будущее. А с учетом возможной погони, без этих инвестиций, вложенных прямо сейчас, будущее для нас может не наступить и вовсе.
Думаю, Петерс не был совсем уж глупцом, и лошадей нам выделил из своего поголовья не самых лучших, но даже эти выглядели намного дороже, чем, например, те, которые были у Рейна и Виолы. А тот же Сивый, привыкший к ежедневной верховой езде и отнюдь не к деревенским кобылам, одобрительно кивнул, глядя на предложенных скакунов.
Как мы не торопились, но конюшню и Илием мы покинули уже ближе к рассвету. Всё-таки всех лошадей нужно было оседлать и снарядить, а работники давно спали по своим домам или баракам. В итоге делом занимался сам Петерс, а помогал ему Сивый, привыкший работать со своими животными в форпосте самостоятельно, да братья, как оказалось, тоже неплохо разбирающиеся в этом деле. Я же в это время исходил на нервы, в любой момент ожидая, что к нам заявится очередная ватага стражников или гвардейцев. Спокойно выдохнуть смог, только когда мы все были в сёдлах.
Усевшись на лошадь, я в очередной раз похвалил себя, за то, что не ленился и брал уроки верховой езди, пока были в форте. И хоть кавалеристом не стал, но и свалиться на землю при небыстром темпе не должен. А вот Колтун и Горунар, которые в последний раз ездили на лошадях будучи еще пацанами, вызывали серьезные опасения. Как и Раст, которому в нашем ночном сражении не посчастливилось потерять указательный палец и рассечь кисть. В седле он держался превосходно, я бы даже сказал, аристократично, но вот гримаса боли с его лица не сходила.
 
Благо, скакать во весь апорт нам было не нужно, более опытный Сивый задал попеременный ход, и наши лошади то скакали небыстрой рысью, то на 5–10 минут переходили на шаг. В итоге и я, и наши здоровяки, с задачей справились, а лошади оказались не строптивыми. Ну а отбытые задницы и стёртые ляшки заживут, мазь у нас еще вроде оставалась.
Мы постоянно отслеживали наличие преследователей, чтобы в случае чего добавить хода. Иллюзий, что после случившегося про нас просто забудут и выпустят из королевства, у меня не было. Была лишь надежда, что со смертью сотника Жульгаса его разбежавшиеся подчинённые находятся в полнейшем смятении. Ведь опыт подсказывал, что простые бойцы зачастую не в курсе всего происходящего, а значит, проблемы с коммуникацией неизбежны. К тому же назревающий конфликт с Орденом будет оттягивать б о льшую часть внимания на себя, что даст нам немного дополнительного времени. Тот же Лески, убедившись, что Петерс всё-таки даст нам лошадей, коротко попрощался и отбыл к своим собратьям в ставку Ордена, наверняка чтобы раздать соответствующие указания и готовиться к назревающему противостоянию.
Вот только, всё равно, до границы нам не успеть. Если, конечно, поедем по логичному, но предсказуемому маршруту. Не догонят сами, так пошлют птиц в пограничную крепость, чтобы встречали там. Именно поэтому, выбравшись из города, и отъехав на пару лиг, мы развернули лошадей в противоположном направление, закладывая большой крюк. Перекрыть все дороги они не смогут, да и едва ли будут это делать. Думаю, через один-два дня в крупных городах Закатного королевства всем будет уже не до маленького отряда наёмников.
К обеду обессиленные мы и не менее уставшие лошади прибыли в большую деревню, которую однажды уже проезжали по пути на север. Именно здесь тракт раздваивался, словно змеиный язык, правая часть которого вела в недавно покинутый нами Илием, а левая в брошенную нами же Угрюмую крепость. Останавливаться здесь надолго мы не стали, лишь пополнили припасы, напоили и накормили лошадей и двинулись дальше. Еще через пару часов мы свернули с тракта на проселочную дорогу, ведущую на восток, и двигались до ближайшей большой рощи. Укрывшись там на время и организовав караул, мы попытались хоть как-то восстановиться после бурной ночи и активного начала дня.
Руку Раста обработали еще раз, благо мазь и прочая алхимия ещё оставалась. Он вопрошающе смотрел мне в глаза, аккуратно сжимая тряпичный свёрток в здоровой руке. Туда он с надеждой на чудо завернул свой перерубленный палец. Но я его порадовать ничем не мог. Ну не знаю я, как работают эти техники! А без знаний остаётся экспериментировать, доверяя интуиции и слепому случаю. Вот только, когда речь идет о магии, делать это нужно крайне осторожно, тем более если это касается аспекта жизни. Так можно вместо одного пальца ненароком всей руки лишиться…
— Зато теперь точно на покой, — попытался утешить его Колтун. — Уже оружием не помахаешь. Можно сказать, ушёл ты с почётом, получив ранение в славном бою! А палец… Может засушим его, на память? А что, отличный амулет на удачу для нашего отряда!
— Луч-ше уй-ди, — сквозь зубы прошипел Раст, и без того пребывающий в расстроенных чувствах и кривящийся от боли.
Но Колтун отчасти был прав, второе ранение Раста, скорее всего, станет фатальным для его боеспособности. Но в целом, я и не ожидал от него такого функционала, когда нанимал в отряд. Поставить его снова в строй — это была скорее вынужденная мера в связи с возникшими… непредвиденными обстоятельствами. Проблема лишь в том, что эти форс-мажоры словно преследуют Бешеных зайцев. Кажется, даже я уже начинаю верить в это наше проклятье. Может карму почистить нужно, в храм какой сходить? Знать бы ещё в какой…