Вечное царствование (ЛП)

— Они убьют меня, — выдохнула я. — Они вздернут меня на глазах у всей Сферы и выпьют мою кровь на всеобщее обозрение. Они сделают из меня пример, и я никогда не вернусь к своей семье. Я не хочу…
Магнар обхватил мое лицо руками и заставил меня посмотреть на него, обрывая мой панический лепет. Я резко втянула воздух, глядя в его золотистые глаза, находя в них источник силы, и совсем никакого страха, только чистую, злую ярость, каждая частичка которой была направлена на существ, которые охотились на нас.
— Они не заберут тебя, Келли, — поклялся он, и использование моего имени остановило поток мыслей, которые шумели у меня в голове. — Ты под моей защитой, и я не позволю им и пальцем тебя тронуть. Я даю тебе слово, что уберегу тебя от их лап.
Я моргнула, глядя на него: его лицо находилось в нескольких дюймах от моего, и интенсивность этого забытого временем взгляда прожигала меня насквозь, поскольку он не желал меня отпускать. Мое сердце заколотилось сильнее, но это не имело ничего общего с надвигающейся на нас опасностью, моя кожа нагрелась от его грубого прикосновения, а в горле образовался ком.
— Хорошо, — вздохнула я, отгоняя страх. Несмотря на все, что я знала о вампирах, его уверенность заставила меня поверить, что он сможет сдержать обещание, и я не буду просто стоять в стороне и паниковать, пока он будет бороться за это.
— Мой долг как истребителя — защищать твой вид, — твердо сказал он, и моя челюсть сжалась, когда я поняла, что его заявление было сделано не из-за какого-то желания позаботиться именно обо мне. Это было то, для чего он был создан.
Магнар отпустил меня, оставив огненную полосу на моей коже там, где были его руки. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, сосредотачиваясь, а я постаралась прислушаться к тому, что он мог услышать.
— Я думаю, их всего пятеро, — сказал он после нескольких долгих минут.
— Всего? — Пискнула я.
Одного было более чем достаточно, чтобы уложить меня. У меня было примерно столько же шансов выстоять против пятерых из них, сколько у мыши против волка.
Магнар повернулся ко мне и положил ладонь на мою руку, его хватка была непреклонной, когда он вернул мое внимание к себе.
— В твоей груди бьется сердце воина. Ты будешь бороться за свою жизнь, и ты победишь, — яростно сказал он.
Внезапно я увидела человека, который возглавлял целую армию своего народа. Того, кто рожден вести и править, того, кто мог вдохновить тех, кого он вел, броситься в битву с монстрами и выйти победителем из нее. То, как он говорил, не оставляло места для сомнений. Я могла представить себе мужчин и женщин, следующих за ним на войну без малейшего намека на страх в их сердцах.
Каким-то образом я нашла в его золотистых глазах крупицы моей собственной храбрости и уцепилась за них, опираясь на них своей собственной решимостью выжить. Мой страх перед вампирами укоренился во мне с момента моего рождения, но это не означало, что он был непреодолимым. Они не заслуживали моего страха, они не заслуживали иметь надо мной такую власть. Папа и Монтана нуждались во мне, поэтому я ни за что не могла позволить вампирам забрать меня.
— Скажи это, — прорычал Магнар.
— Я выйду победителем, — ответила я со всей твердостью, на которую была способна, вздернув подбородок, чувствуя, как эти слова погружаются в мою душу, цепляясь за всю веру, которую я могла в них вложить.
Магнар ослабил хватку на моей руке и вытащил из-за пояса подаренный им клинок, вложив его мне в руку. — Тогда приготовься встать и сражаться. Они почти настигли нас.
Когда рукоять соприкоснулась с моей ладонью, я могла бы поклясться, что почувствовала, как по ней пробежала возбуждающая энергия. Это было то, для чего он был создан. Он жаждал крови существ, которые охотились на меня. Он хотел найти дом в их плоти.
Фурия. Его шелковый голос манил меня присоединиться к нему, и я поймала себя на том, что почти с нетерпением жду появления вампиров, поскольку его желания влились в мои собственные.
Магнар потянулся к шее и расстегнул плащ, позволив ему упасть на землю и обнажив кожаную одежду, которую он носил под ним. Хотя он назвал меня воином, но по сравнению с ним это казалось какой-то шуткой. Он был фигурой, которую можно было бы нарисовать рядом с этим словом в словаре, его тело было покрыто мускулами, а душа полна силы. Он был воплощением власти. Оружие, обретшее плоть. И мне жаль любого, кто попытается противостоять ему.
 
— Выходи, крошка, — проворковал холодный голос откуда-то из-за нашего укрытия, гораздо ближе, чем я могла себе представить. Как долго они преследовали нас по пятам, вынюхивая, как стая дворняг, жаждущих добычи?
Большая часть моей уверенности повернулась и с криком бросилась к холмам при звуке этого голоса, но небольшая ее часть осталась со мной, и моя хватка на кинжале усилилась.
— Прошло много времени с тех пор, как кто-то называл меня крошкой, — хрипло ответил Магнар, выходя из нашего укрытия и вытаскивая из-за спины один из своих клинков. Он с легкостью держал его в руке, когда вышел на открытое пространство перед нами, где стояли в ожидании четыре вампира.
Я последовала за ним, оставляя ему достаточно места, чтобы орудовать своим оружием, снимая головы с плеч, но и не позволяя разрыву между нами слишком увеличиться. Возможно, он и верил в меня, но я понятия не имела, как обращаться с каким-либо оружием, даже с тем, которое мурлыкало от желания смерти в моей руке. И хотя я, возможно, была готова попытаться защититься, я знала, что мне не сравниться с бессмертными существами, которые пришли за мной.
Вампиры отступили на несколько шагов, шипя, как бродячие коты, наблюдая за приближением Магнара.
— Истребитель, — выплюнул мужчина с длинными светлыми волосами. — Невозможно.
— Я была там, когда умер последний из вас! — проклинала поразительно красивая женщина с темной кожей и пронзительными янтарными глазами. — Бельведеры выпотрошили вас всех до единого!
— Тогда я, должно быть, призрак, — спокойно ответил Магнар, не показав ни малейшего волнения от произнесенных ею слов. — Хотя я не чувствую себя мертвым.
— Ты почувствуешь это, когда твоя отрубленная голова будет лежать у моих ног, — прокричала женщина.
По сигналу, который я едва уловила, все четверо одновременно бросились к Магнару. Он даже не дрогнул, когда они окружили его, каждый размахивал своим оружием с разных сторон, пытаясь сокрушить его.
Магнар описал своим клинком широкую дугу, парируя два их удара и умудрившись порезать ногу светловолосому мужчине, который яростно выругался и отшатнулся в сторону.
Они снова набросились на него, двигаясь так быстро, что я едва успевала следить за ними, и все же ему удавалось уклоняться от их ударов, танцуя между ними, как будто он играл с ними, а лязг стали громко разносился по руинам.
Магнар выхватил из-за спины второй клинок и метнул его, попав зеленоглазому мужчине в грудь. Лезвие, должно быть, пронзило его сердце, потому что он издал леденящий кровь крик, и последние мгновения его жизни запечатлелись в ужасе. Его лицо распалось на части и рассыпалось в пыль, которая разлетелась по округе еще до того, как звук его голоса полностью затих, и я выругалась, наблюдая, как золотой меч, прикончивший его, врезался в землю, оставив после себя лишь пепел.
Их драка начала приближаться ко мне, и я переместилась, желая сделать что-нибудь, чтобы помочь, но зная, что буду только мешать, если попытаюсь. Фурия яростно пылал в моей ладони, прося крови, нашептывая истории о том, как им орудовали против этих монстров в прошлом, но я не могла позволить себе дать ему того внимания, которого он жаждал.
Когда трое оставшихся вампиров снова бросились на Магнара, рукоять моего клинка раскалилась в моей ладони, и меня охватило сильное желание оглянуться. Я обернулась, чтобы посмотреть назад, внезапно вспомнив, что Магнар сказал, что за нами идут пять вампиров, и ужас скрутил меня изнутри еще до того, как я встретилась взглядом с тем, кто нашел меня.