Молот империи 5 (СИ)
На поясе у него висела сабля и револьвер. Этот пояс он снял и протянул мне, но я это вернул назад. Многие войска переходят на нашу сторону, и я это только поощрял. Некоторым я даже возвращал оружие, но очень редко, только тем, кто показал, что действительно на нашей стороне.
— Отличная работа, полковник, — сказал я. — Ваши войска ударили Хардаленов в тыл и мешали их снабжению, а так же обеспечили безопасный проход для гражданских. А где генерал Рудаков?
Полковник показал на револьвер и усмехнулся.
— Перегруппируйтесь, вашим людям вернут оружие. Осталось немного, полковник.
Мы продвинулись ещё. К следующему утру после серьёзных боёв некоторые отряды почти вышли на площадь. Удалось захватить их ствольную артиллерию и базы снабжения. Часть войск отступила ко дворцу, часть сдалась.
Как уже понятно, во дворце те, кто будет сражаться до последнего. А ещё рядом с дворцом когда-то престижный жилой район для самых богатых жителей города. Здания там просто напичканы пулемётами и пушками.
Я снова выбрался на улицу, за ходом штурма дворца я буду следить лично. Немного прошёл по грязной дороге, под ногами хрустели камешки и битое стекло, всё вокруг было засыпано стреляными гильзами.
Мимо прошла колонна пленных с поднятыми руками, целый батальон смешанной пехоты Хардаленов, Рамари и Лихтари сложили оружие. Этих под охрану, потом разбираться, кто из них может быть причастен к зверствам над мирным населением. Но это уже дело не империи, а Огрании, тут местные справятся и без меня.
Возможно, Дерайга и правда использовал все свои резервы, потому что его силы ослабевали. Артиллерия вела огонь по дворцу. Слишком он укреплён, чтобы тратить войска в прямом штурме, бросая их на пулемёты. Придётся его подготовить. Надеюсь, Ян потом сможет его отстроить.
Чивэнь Марка выходил на новую позицию. Земля тряслась, когда Ищейка на полной скорости вошла в город, давя старые брошенные машины, использованные врагом, как укрепления.
Площадь всё ещё у Дерайга, там же три их последних ригги. Остальные подбиты или сдались.
Дыма в городе ещё больше. Один дом поблизости был разрушен, битый камень просыпался на дорогу. Мой шагоход стоял недалеко от него, вплотную к другому дому, целому, чтобы не было видно со стороны дворца. Трёхэтажное высокое здание прятало мою машину от обзора, только антенны её выдавали.
Войска отдыхали перед решающим штурмом. Когда я проходил мимо, обедавшие солдаты поднимались.
— Вольно, — скомандовал я. — Набирайтесь сил, парни.
Говорят, Павел Громов мог запросто пообедать с кем-то из простых солдат, но он просто любил есть и не мог удержаться. Я так старался себя не вести.
С небольшой свитой и телохранителями из императорской гвардии я шёл к ригге. На дороге стояла раздавленная шагоходом легковая машина, рядом стояла другая, без окон, давно брошенная, покрытая десятками попаданий от пуль.
Пришлось пройти по камням от очередного взорванного дома. Солдаты вытащили наружу пианино с пробитым корпусом, один из них на нём играл. Умел играть он так себе, да и само пианино расстроено, но это не мешало тем, кто собрался послушать вокруг.
Гвардейцы открыли мне люк в машину. Радисты сразу забрались выше, следом штабные офицеры, адъютант залез последним. Я задержался в двигательном помещении для осмотра. Всё идеально.
— Машина готова, — Василий Дерайга был чем-то встревожен.
— Рад слышать, — я присмотрелся к нему. — Что случилось? Можешь сказать прямо. Только не мямли.
— Я… встревожен ходом боя. Кажется, что всё идёт слишком легко. Я… простите, господин генерал.
— Ну, не сказал бы, что легко, — я подошёл к лестнице, ведущей в кабину. — Совсем не легко. За каждый квартал, улочку, дом и метр мы теряем людей. Многие не спали почти двое суток.
— Да, простите…
— Не извиняйся. Все чувствуют тревожность, я тоже. Но скоро всё закончится. Пошли. Только не раздави пианино.
— Пианино?
Залезли внутрь, я уселся на своё привычное место, и сразу стало спокойнее. Пусть в кабине я обладал не всей информацией, которую мне приносят в штабе, зато отсюда я мог видеть всё своими глазами.
Остальные заняли места. В кабине сегодня очень людно. Хорошо, что починили вентиляцию, иначе мы бы тут задохнулись.
— Трогай, — приказал я, надвинул наушники и закрепил микрофон.
Сначала завелись двигатели, из-за чего в рации возникли помехи. Я переключился на оперативный канал, чтобы быть в курсе тактической обстановки.
Площадь простреливается, а до дворца ещё надо добраться. Пока мы не подавим их пулемётные гнёзда, пехота не сможет подойти. Да и три последних шагохода у дворца вели огонь, не жалея снарядов, иногда отходя прямо во внутренний двор для перезарядки.
Это агония, вопрос только в том, чтобы добить врага без особых потерь. Нам ещё брать имперскую столицу, и вот там нельзя будет ожидать, что большая часть гарнизона и войск врага перейдёт к нам.
Ригга шагнула. Ноги откалиброваны идеально, сразу возникло чувство лёгкости внутри. Многотонная машина плавно направилась к дворцу.
Над массивным серым зданием шёл дым. На прямую наводку вышел Чивэнь Марка и Небожитель Яна. Сейчас решающее значение имеет огневая мощь. Ищейка пока на окраинах, я хотел придержать её в резерве на всякий случай.
Она стояла в порту, там же, где находилась во время первой битвы за Мардаград. Со стороны Хитланда по-прежнему никаких подвижок для атаки, хотя я видел их наблюдательные пункты. Келвин Рэгвард следил за штурмом почти в реальном времени, хоть и находился далеко.
Зато южные союзники маршала действовали, хотя и не очень удачно. Колонны бронетехники и шагоходов застряли в горах, а Ищейка потопила несколько барж, плывших по реке. Остальным хватило, чтобы убраться подальше от мощных пушек Исполина. Но высадки в тылу я всё равно не хотел у себя получить.
— Они отказались, — передали по рации. — Маршал Дерайга отказался капитулировать.
— Огонь, — просто сказал я.
Пусть у нового Исполина Марка главный калибр был 300 миллиметров, как у обычных шагоходов, а не 406, как у других Исполинов (и у меня, в мой шагоход давно впихнули большое орудие, пусть и укороченное) или 466, как у Ищейки, пушка Чивэня отличалась высокой скорострельностью.
Три залпа с интервалом в несколько секунд, потом перезарядка огромной кассеты и ещё три залпа. А артиллерийская башня в несколько стволов 180 миллиметров стреляла и того быстрее. Грохот я слышал даже внутри своего шагохода.
Несколько секунд, и дворец Варга скрылся в огне, дыму и поднятой пыли.
— Прости, Янек, — передал Марк по каналу для Исполинов. — Не хотел ломать твой дом.
— Когда в доме паразиты, — сказал Ян жёстким голосом. — Их нужно оттуда изгнать.
— И только Ян Варга может сжечь весь дом, чтобы прогнать оттуда паука, — заметил Валь со смехом. — Загорский, все их плавучие тазики ушли, я их не достаю. Похоже, они бросили маршала на произвол судьбы.
— Принято, Валь, — сказал я. — Оставайся на месте до моего приказа.
— Есть!
— Рома, мне запросить ещё? — спросил Марк. — Чтобы пока я перезаряжаюсь, они сдались?
— Нет. Ян, постреляй по ним ракетами, пока Марк не вернётся.
— Принято!
— Господин генерал! — вмешался мой радист. — На оперативном канале! К врагу пришло подкрепление!
— Переключи меня, — приказал я.
В наушниках так резко раздался шум множества голосов, будто что-то взорвалось.
— Продвигаются!..
— Прорвались!..
— Целая квадра!
Ушло несколько минут, пока я понял, в чём дело.
Через горы моим же маршрутом смогли пробиться вражеский ригги. Вообще три, а не четыре, как говорили сначала. Всего два Катафракта и один Паладин, но могут прийти ещё, если не перекрыть подходы.
— Ищейка! — позвал я. — Валь, они на тебе. Возьми с собой Чёрного Волка, Стрелка и Папашу Рина. Могут прийти ещё.
— Папаша Рин — это же Эквит! Пока он дойдёт…
— Других нет. Выполнять!
— Есть!