Похороненный дневник

Через полчаса Джаспер и не-Люси уже сидели на автобусном вокзале. Снаружи солнце закатывалось над рекой Гранд. Отвратная серая дымка, каждый день висевшая над горизонтом, окрасилась волшебными оттенками алого и оранжевого, а черная копоть, выстилавшая фасады домов, совсем побледнела. На кратчайший миг город преобразился, стал прекрасным. Не-Люси, кажется, тоже это заметила, и еще несколько минут они оба молча смотрели за окно.
Наконец она спросила:
— Почему тебя разыскивает Джон Руссо, сладкий?
Джаспер подумал, прежде чем дать ответ.
— Думаю, он хочет запрятать меня подальше.
— Зачем ему это?
— Точно не знаю… — Разгром в квартире, кровь на стене, мамина фотография, мистер Хойт, Большой Билл — все слилось вместе, теряя очертания. По щеке Джаспера покатилась одинокая слеза. — Кажется, с нею случилось что-то очень плохое.
— С кем?
Джаспер смахнул слезу и повернулся к странной женщине, которую не звали Люси, уже не зная, насколько ей следует верить. Она сама советовала не болтать с чужаками. И мама когда-то говорила то же самое. Вот только не-Люси уже не была совсем чужим человеком. Она купила ему поесть. Спрятала в своем шкафу. Помогла разобраться, какой из автобусов идет мимо Порт-Гурона до самого Бартчвилля.
— С моей мамой. Она исчезла.
— Выходит, она влезла в какую-то очень большую и серьезную историю, раз уж Джон взялся ее разыскивать, — не-Люси изучала лицо Джаспера твердыми, но добрыми глазами. — Он ведь не простой коп.
Это замечание заставило Джаспера насупиться.
— Кем она была, сладкий?
Джаспер подумал о фотоснимке, висевшем среди незнакомых лиц на стене закусочной «У Стеллы».
— Теперь уже не знаю.
Не-Люси кивнула и прикурила сигарету.
— А кто был тот дядька? В кафе?
— Тот мужик? — она выпустила изо рта облачко дыма. — Воображает себя крутым гангстером. Но на самом деле он всего лишь мелкий деляга.
— Что такое «деляга»?
Не-Люси усмехнулась уголком рта.
— Тот, кто зарабатывает свои деньги нечестным путем.
— А бывает и такой? Нечестный путь?
Она рассмеялась.
— Бывает, коли спросишь у полицейских. Знаешь, о чем это я?
Вообще-то, Джаспер не знал. И задумался о следах крови в своей квартире, о злодеях ворах. Может, пожилой мужчина с кустистыми бровями был одним из них.
— Как его зовут?
— Тебе и не надо знать ни его самого, ни всю его семейку, сладенький, — покачала головой не-Люси и отвернулась к силуэтам высоких зданий за окном. — Уж поверь.
— Но мне кажется, раньше я его уже видел где-то. Кто он?
— Перри Галатас.
  
Глава 24
 
И никто не пытался воспользоваться вашей беспомощностью?
Автобус оказался полупустым, как и обычно в субботние вечера. Джаспер уселся на кресло в последнем ряду, устроил чемодан на коленях, и синий автобус с ревом выкатил со станции. Из окна Джаспер видел, как не-Люси с опущенной головой удаляется по Вудвард-авеню. Она не оглянулась, не помахала на прощанье; просто отправилась по улице куда-то. Домой, наверное. Джаспер приник лбом к прохладному стеклу. Домой.
Уличные фонари поредели и поблекли, стоило автобусу вырулить на шоссе Дикси и, надсадно воя, двинуться прочь из города. Небо темнело с каждой минутой, и на нем виднелась только низко висящая луна, закутанная облаками. Где-то на севере, в небольшой дядиной хижине, тетя Вельма с Уэйном, должно быть, уже моют посуду после ужина. Тихий перезвон тарелок заглушается голосами Оззи и Харриет по радио. Довольно скоро они потушат свет и улягутся спать. На ферме никто не сидит допоздна: слишком рано приходится вставать, да и дядя вечно сетует, что держать свет включенным — зря транжирить электричество.
Мимо окна группками пробегали тесно сбитые вместе дома. В отдельных окнах еще горели огни, но большинство были темны. Дорога до Бартчвилля займет больше часа. Будет уже слишком поздно, чтобы стучаться в дверь дяди Лео. «Что я ему скажу?» — задумался Джаспер, утыкаясь головой в спинку кресла впереди. Билет на автобус обошелся ему в семьдесят пять центов. В кармане оставался четвертак, но его не хватит, чтобы добраться еще куда-нибудь среди ночи. Невелик выбор.
 
Автобус спешил все дальше в темноту, оставив позади тускло освещенные пригороды. Отец наверняка рассвирепеет, узнав, что Джаспер по-тихому сбежал из города. Еще бы, ведь он ко всему прочему не послушался полисмена и разговаривал с полуголой дамой. В конце концов отец, конечно, станет искать его на ферме — и найдет. Тогда придется что-то ему рассказать, хочешь того или нет. Да и дяде нужно все как-то объяснить. Как ни крути, придется кому-то соврать.
Джаспер обгрыз ногти под корень, прикидывая, что скажет. Похищение! Можно сказать, что его похитили и бросили в багажник машины и что он отважно сбежал, стоило извергам зазеваться. Потом схоронился в переулке и не высовывался, дожидаясь автобуса; его он остановил, отчаянно размахивая руками. Или прятался в канаве до рассвета, а потом пешком добрался уже и до фермы. Джаспер рассеянно глядел на темные поля, проносившиеся за окном. Лучше истории с похищением ничего в голову не приходило. Он даже мог бы упомянуть что-нибудь о беспорядке и кровавых пятнах в квартире, которые увидел прямо перед тем, как туда ворвались похитители. Нелишне будет добавить к вранью немного правды, чтобы сделать рассказ убедительней.
В Порт-Гуроне автобус вывернул на Грэшет-авеню. Огни уличных фонарей городского центра затопили автобус, высветив головные уборы трех пассажиров, дремавших на сиденьях впереди. Чья-то поросшая жестким волосом рука вытянулась, чтобы дернуть веревку колокольчика, и тормоза автобуса оглушительно взвизгнули, прерывая поездку на городской площади. Все трое пассажиров встали и, потягиваясь, сошли. Молодой человек в кепке, фермер в соломенной шляпе и бизнесмен в мягкой фетровой: все они, один за другим, спустились по ступеням и растворились в темноте.
Водитель автобуса поднялся со своего кресла и прикурил сигарету.
— Там позади еще кто-то остался? — гаркнул он.
Джаспер поднял руку:
— Я здесь!
— Ну точно, — пробурчал водитель. — И куда направляешься?
— В Бартчвилль, сэр!
— Впервые слышу. Где это, черт подери?
— Э… уже недалеко. А о таверне «Талли-Хо» вы тоже не слыхали? — высунулся Джаспер в проход между креслами. В полутьме он не сумел понять, обрадовал ли водителя такой ориентир, но, судя по фигуре, выпить тот любил.
— Не-а.
— Еще несколько миль на север. Думаю, вы не пропустите.
— Ну-ну, — не вынимая изо рта сигарету, промычал водитель и задвинул объемистый живот обратно за колесо руля.
Автобус снова двинулся вперед. В справочной на станции Джасперу сказали, что маршрут 91-1 идет до Кросуэлла с остановкой в Бартчвилле, но человек в справочном окошке далеко не сразу нашел крошечный городок на карте. Автобус ревел, мчась по шоссе, и во тьме понемногу гасли огни Порт-Гурона. Джаспер следил за ними, развернув голову к заднему окну. Над стеклом висела красная табличка: «ВЫХОД».
Шоссе было беспросветно-темным со всех сторон, его освещали только желтые фары впереди автобуса. Луна в заднем окне вновь спряталась под набежавшим облаком, пока Джаспер прикидывал, как поступить: разбудить дядю или же провести ночь в амбаре? Мысль об амбаре казалась более привлекательной.
Раздумья его прервал резкий скрежет тормозов. Водитель выключил фары и заглушил двигатель. Снаружи не было ничего, кроме темных полей.
Джаспер опять высунул голову в проход:
— Простите, сэр? Это еще не Бартчвилль.
— Остановка по нужде, — с усмешкой объяснил водитель и тяжело поднялся со своего кресла. Однако вместо того, чтобы открыть переднюю дверь и выйти помочиться, он направился по проходу прямо к Джасперу. — Все никак не могу понять, на кой ляд я наматываю лишние мили из-за вшивого сопляка.