Колыбель (СИ)

Часть ночи у меня ушел на обучение будущих мастеров гравировке и объяснению разницы между каленым шилом и сырым железом. Но и последователи схватывали на лету и награда не заставила себя ждать — я вновь открыл новый навык и у моих последователей теперь был дополнительный бонус при его развитии. Сказывалось отсутствие в мире нормальных шахт. А до того, как кто-нибудь не обретет достаточно сил и не захватит территорию рядом с горами или на болоте, о достаточном количестве железа говорить и не стоило — время все еще работало на меня, хотя прошло то всего три недели закрытого доступа, да и то еще не прошло. Да и вряд ли кто проводит в сети больше времени, чем я и Сашка. Ремесло так же скакнуло и перешло на четвертый ранг.
Остаток ночи я потратил на ваяние клинков, точнее даже столько ваяние, сколько просто пробу. Результатом стало всего два узких, небольших клинка, чуть больше полуметра длинной. Узкое лезвие я немного загнул, и сделал тоньше, чем у обычного меча. Эти клинки я трижды закалил, сделав сталь очень крепкой, дальше закаливать уже не рискнул — хоть сталь и становилась очень крепкой, ее хрупкость так же росла. После занялся гардой, ее напротив делал почти из не каленного металла, хоть она и мялась под ударами, вероятность разбить ее была очень невысокой. Ну и после всего этого занялся нудным процессом замачивания. Делать полутупые мечи по европейскому стандарту не хотелось — мои последователи не обладали силой викинга и не могли нормально использовать такое оружие. Поэтому решил пойти по восточному варианту — сделать мечи более хрупкими, но зато очень острыми. Конечно такое оружие требовало куда больше ухода за собой, да и не было приспособлено для долгого сражения, но мои последователи долго сражаться и не должны. Да и блокировать удар таким клинком страшно — если у противника будет такой же крепкий клинок, то высока вероятность, что у кого-то из вас отлетит кусок лезвия. Финалом стал противовес рукояти, сбалансировавший оружие. Тут не стал мудрить и придавать ему какую-то хитрую форму, а просто присобачил к рукояти небольшой заостренный конус — если что и на отмаш можно ударить. Рукоять обернул дубленной кожей в несколько оборотов. Пол ночи работы — и все ради вооружения всего одного ревнителя, точнее одной, я хорошо запомнил девочку с амбидикстрией и эти клинки делал специально для нее. На последок вложил в каждый клинок по пять сотен сил, начертив на них замысловатый мистический узор, постоянно отвлекавший противника от боя и не дававший сконцентрироваться. В системе это навешивало на противника небольшие минусы на точность ударов, блокирование и парирование, уклонение и повышало шанс на удачную атаку владельцем. Вполне неплохо для начала. Мои потуги так же были вознаграждены навыком «Оружейника» подросшим, но новую ступеньку так и не взявшим.
Народ начинал расходиться по домам — рассветало. Ну и я решил сворачиваться, все же минусы на характеристики влияли и на ремесленные способности.
***
Двери лифта послушно открылись, впуская в просторную кабину молодую девушку. Темный строгий костюм выгодно подчеркивал ее фигуру и холодное очарование. Но вряд ли кто из всего персонала решился бы первым заговорить с ней, не из-за пронизывающего насквозь взгляда или лица, на котором лишь самые внимательные могли бы разглядеть след от эмоций, да и то только тех, которые сама хозяйка позволит увидеть. Один из лучших психологов, она по праву носила звание «мозголома» — не стесняясь использовать абсолютно любые средства для достижения поставленной цели. Но сегодня безупречная ледяная маска дала трещину и на лице девушки отчетливо читалась злость и раздражение. Увидев ее в таком состоянии, даже сотрудники лаборатории предпочли покинуть кабину лифта. Она очень не любила нерешительных людей, но еще больше она ее злило когда кто-то вмешивается в ее проекты.
Быстро пройдя по просторным и светлым коридорам, девушка на мгновение остановилась перед дверь и спрятав все эмоции под привычной маской безразличия, девушка решительно и без стука вошла в кабинет.
 
— Господин Нойман, мне казалось, что вы передали объекты с двести пятнадцатого по двести двадцатый полностью под мое ведение? — все тот же заставленный и тесный кабинетик, небольшой рабочий стол и его хозяин, встретивший визитершу легкой полуулыбкой.
— Доктор Винкрафт, доброго… хм. Доброго времени суток. Подозреваю вы так недовольны из-за объектов двести семнадцать и двести восемнадцать? — не дожидаясь приглашения, девушка заняла стул напротив хозяина кабинета.
— Сначала вы просите моей помощи, а потом сами же влезете в мои дела. О каком результате может идти речь, если вы сами мне мешаете? — несмотря на резкие слова, голос девушки был необычайно спокоен и лишен даже намеков на эмоции.
— Я приношу свои извинения. Видимо я вновь забыл оповестить вас. Моя дорогая доктор Винкрафт, извините меня, за последние время я совершенно отвык работать с кем-то. В виду ваших последних наблюдений, я бы хотел перераспределить приоритеты. Объект номер двести семнадцать будет готовиться для проекта «Поколение», так же я счел возможным добавить к нему и остальные ваши объекты. В одном из отчетов вы рекомендовали так и поступить. Но объект номер двести восемнадцать должен быть переведен и подготовлен как пробный вариант для проекта «Император». - абсолютно седой мужчина изобразил на лице извиняющуюся улыбку.
— Проект не готов даже в теории, вы слишком спешите с его продвижением. — девушка запнулась всего на мгновение, но даже эта задержка была ей крайне несвойственна.
— Я понимаю ваше смятение. Более того, я не предлагаю выдвигать двести восемнадцатого как готовый результат. Но нам давно пора начинать изучения в этом направлении. Если вы считаете, что он не подходит для пробного образца — вы в праве выбрать любого другого. Но изолировать и ограничить восемнадцатого будет проще, а семнадцатый, к сожалению, не подходит из-за личных качеств.
— Хорошо, восемнадцатый действительно может подойти. Но если вы хотите, чтобы я вам помогла, то вы должны перестать вмешиваться в мою сферу деятельности. Вы хотите задействовать обучающие программы для ИИ на нем? — едва заметная улыбка коснулась губ девушки и тут же исчезла.
— Да, как вы и рекомендовали, мы поместим его в «бездну». В дальнейшем я планирую пропустить его через «печати» и посмотреть, к чему это приведет. У вас есть какие-либо рекомендации?
— Насколько сильные модификации вы планируете провести над этим объектом в ближайшие полгода? Думаю, мне не нужно вам объяснять, что вся ответственность ложится на вас. Что касается рекомендаций, то подготовка займет около трех месяцев и он сможет усвоить только пятнадцать или двадцать процентов от обучающей программы. После этого желательно его полностью изолировать на время реабилитации — учитывая ваши склонности, я готова предположить, что вы его все же модифицируете, как следствие он будет опасен для окружающих.
— Ну я постараюсь ограничить себя в плане модификаций, но почему вы думаете, что уже в такой короткий срок придется прибегнуть к таким методам?
— Это только прогноз, более точно я смогу сказать только после получения первых результатов. В качестве первой программы я советую использовать схему номер три, ее будет легче подготовить под его восприятие. Но это может привести к вспышкам агрессии направленных на определенный контингент. В том случае, если он покинет территорию убежища или по какой-то нелепой случайности сможет добраться до большого города, мы рискуем либо потерять объект, либо потерять центры сбора материала пятого ранга. Опять же, если объект выпустить без курса реабилитации, да еще и после модификаций, то очень высока вероятность крупных беспорядков и массовых жертв. Для наибольшего эффекта, советую выделить дополнительные мощности искусственному окружению объекта, непосредственной настройкой ИИ я займусь сама.
 
— Хорошо, доктор, постройте для него личный рай в виртуальной реальности, но так же я бы хотел, чтобы вы спровоцировали и «отрыв от реальности», кажется так это называется?