Колыбель (СИ)
Пока сидел на срубе и придавался своим мыслям, не заметил, как передо мной собралась небольшая толпа дикарей.
— Эй, Ден, расскажи про духа. — оторвал меня от раздумий выкрик из толпы. В последнее время это стало местным увлечением.
— Не сейчас, вечером все будет. Сейчас у нас работы много, чтобы сделать нашу жизнь лучше и жизнь наших детей. — спрыгиваю со сруба — Дух Бэйн сказал мне, что мы глупы. Еды у нас теперь в достатке, даже без охоты нам еды хватает. Но мы все еще не додумались ее беречь и оставлять на потом. Конечно я не про мясо — его мы хранить пока просто не сможем. А вот все другое, что может долго лежать нужно собирать и хранить. Нельзя все съедать сразу. А для этого нам нужно построить еще один дом. Большой общий дом и назовем его — амбар. А если мы хотим, чтобы дух нам даровал больше идей и был благосклонен к нам — нам нужен алтарь.
Дикари долго шумели и приставали ко мне с вопросами, что же такое этот самый алтарь, но этот вопрос я решил оставить на вечер. А вот амбар для зерновых строить начали, согнав всех не занятых на полях деревенских. Ухудшало положение то, что за глиной приходилось уходить очень уж далеко, почти пол дня пути, но вот с камнем проблем не было, если не считать за таковые невозможность его обработки. Радовали охотники, они уже освоили луки и теперь с завидным постоянством возвращались с лучшей добычей, чем раньше. Игр так и вовсе стал третьим человеком в деревне, после меня и Эйн, благодаря своим изделиям. Пока возился с основанием под амбар, до фундамента нам еще слишком далеко, поэтому просто вбивали поглубже направляющие, заметил странную особенность — охотники и собирательницы всегда оставляли небольшую часть своей добычи в лесу, а рабочие иногда отходили на пару минут и что-то шептали стоя на коленях.
— Эй, Анр, а что они делают? — не удержавшись спрашиваю у своего первого помощника, все так же следовавшего за мной по пятам.
— Как что? Молятся Бэйну. Правда мы не знаем, как это делать правильно, вот и делает каждый как умеет. — парень даже удивился такому вопросу, а я тихо материл себя за несообразительность. Ну кто мешал мне научить их молитвам? Получал бы уже с них драгоценные силы, а так все в пустую.
— Эй, все, слушайте. Сегодня вечером рассказа про духа Бэйна не будет. — народ начинает недовольно шуметь — Вместо этого я научу вас как обратиться к нему с молитвой. И сегодня мы примем решение нужен ли нам в деревне его алтарь. — недовольство сменяется ободряющими возгласами, а рабочие с удвоенным рвением принимаются за работу.
— Эйн, вопрос есть, про молитвы и тому подобное. Как последователям ко мне обращаться? — отхожу немного в сторону и посылаю шепот ИИ.
— Просто в молитве обращаться к тебе непосредственно. Только надо установить свой культ и правила обращения, какие именно мольбы ты услышешь, а какие нет. — вроде и просто, а все ровно понятного мало. Стоп, культ? Черт, у меня же все еще нет не каких культов и даже намека на религию. И что, мне создавать религию у лис, а учить ей людей? Хотя не все так плохо, может и сработать.
— Мне нужно обратиться к духу, оставляю это дело на тебя. Что делать я объяснял, так что работайте. — даю Анру задание, а сам чуть ли не бегом отправляюсь в свой шатер, принимаю духовную форму и перемещаюсь к алтарю.
На этот раз Тенко нет рядом, видимо отправилась проверять земли. Алтарь же набрал уже полтора миллиона ОСД и судя по всему даже не думал останавливаться. Зверей как всегда было огромное множество, но так же на поляне было и несколько уже человекообразных послушников, причем не все оказались девушками, хотя их было больше. Опять же, наследие от выбора уже готового создания — кицунэ чаще всего принимали облик молодой девушки, гораздо реже молодого парня. Мое появление было воспринято очень радостно и несмотря на свой вид приспешники ластились или просто старались коснуться меня, ну а если я кого гладил или чесал за ушками, то удовольствию не было предела. Пока баловал своих последователей, попутно просматривал и информацию о них. Большая часть была обычными кинуцэ, если так можно сказать про необычных духов. Но попадались и совсем необычные создания. Такие как Корио или Ногицунэ. Первые были так называемыми «преследующими» духами и вполне ожидаемо обладали способностями для выслеживания и атаки указанной цели, для меня же они выступали как некие каратели или личные убийцы. Указывая противника или провинившегося, я отправлял таких вот лисичек за ним следом. Способность к превращению, причем именно у них превращение не ограничивалось только человеком, но было и вариативное, гарантировало, что они смогут смешаться с любыми обитателями и подобраться к цели. Атакующих способностей у них не было вовсе, но это отлично компенсировали способности к очарованию и возможность создавать иллюзии.
Второй тип лис тоже удивил, Ногицунэ, были ярко выраженными темными сущностями. Так же как и собратья обладали возможностью превращаться, правда у них превращение было не полным, оставляя хвост, уши и частично меховой покров. Хвост и уши часто оставляли и другие кицунэ, но при желании могли прятать, полностью принимая человеческий вид, а вот Ногицунэ — нет. Это компенсировалось наличием хоть каких-то боевых способностей, ядами и ослаблениями. Сами же лисята были весьма своенравны и очень плохо относились ко всем остальным существам, терпели только других кицунэ, да и то не всех, ну и нас с Эйн, как создателей они боготворили. Даже на Тенко, лидера стаи, они посматривали с некой издевкой и подчинялись только из-за того, что идти особо было некуда.
«Нет ребята, так дело не пойдет. Если все так и оставить, то до драки точно дойдет.» — не долго думая граблю алтарь, собрав все скопившиеся силы и скрепя сердцем создаю «сердце алтаря». По сути это просто маленькая светящаяся сфера, больше служащая доказательством что я потратил силы, чем именно сердцем.
— Эй, подойди. Не стоит меня бояться. — привлекаю к себе внимание темноволосого юноши — Почему ты не подошел со всеми?
— Мой род — темный. Мы боялись, что Ты нас невзлюбишь. — хоть парень и держится особняком от остальных, но стоит мне положить руку на голову, как он совсем по лисьи прикрывает глаза и начинает вилять хвостом.
— Темный или светлый, какая разница? Все вы — мои дети. Мне все равно, пока вы не вредите друг другу. Но я вижу, что вам сложно ладить друг с другом, это так? — парень с огромным усилием отрывается от накатившего удовольствия.
— Да, эта земля благословлена Тобой, творец, но она принадлежит нашим светлым собратьям. Мы сдерживаем свою природу, но с каждым днем это дается нам все сложней. — он виновато смотрит себе под ноги, видно, что такое соседство доставляет им не мало проблем.
— Хорошо, тогда я знаю, как поступить тебе и твоему роду. Собери всех темных и тех, кто согласиться последовать за тобой, а после возвращайся ко мне. И еще — как твое имя? — неужели мне придется называть всех своих последователей? Я им тогда просто номера раздавать начну.
— Я лишь обычный, слабый дух, мне не положено имя. — парень совсем осунулся, видимо переживает из-за малой полезности.
— Тогда вот как мы поступим — передаю лисенку потерянную способность «ауру очарования» и «голос», при становлении темными они их потеряли, и вкладываю силы, поднимае его обаяние и харизму до предела — Теперь ты — достойный лидер своего рода? — парень кивает с такой скоростью, что я начинаю опасаться, как бы голова не оторвалась — Хорошо, как правило мне служат жрицы, да и в вашем народе мужчины — редкость. Я выделил тебя, оправдай мои надежды. Пока ты будешь собирать свой род, найди свое имя. Я не буду называть его тебе, но оно у тебя уже есть. Все, что тебе нужно — найти его. Времени тебе — три дня. В ночь третьего дня ты должен будешь предстать передо мной со своим родом и назвать свое имя. Но если ты ошибешься, то я передам право вести за собой племя жрицам. А теперь ступай, у тебя много дел и мало времени. — накидал парню заданий, пускай теперь расхлебывает. Он же низко кланяется, глаза на мокром месте и сколько надежды во взгляде, особенно после того, как я «сердце» сделал. Видимо он уже понял к чему я все веду. Но главное для меня — можно было выдавать задания на поиск имени. А то перспектива выдать пару сотен имен мне как-то не улыбалась. А называть всякими «Бобик-Шариков», как-то не хотелось.