Колыбель (СИ)
— Убить одно, а добить совсем другое. Как раненый зверь сам ищет охотника, так и тут. Что толку было оставлять отравленного с больным телом? Отвар уже не помог бы, а я лишь облегчил его страдания. — староста безуспешно пытается сдержать улыбку, оставшись довольный таким ответом.
— Ладно, но охотников я все ровно отправлю посмотреть. Охотники те жили в трех крайних шатрах, что ближе всего ко входу. Выбирайте любой и живите там. Женщина твоя — знахарка, это хорошо, знахарь всегда пригодиться. А ты охотник?
— Был охотником, но теперь у меня другой путь. Дух даровал мне просвещение и поверь, староста, я принесу куда больше пользы чем, все твои охотники. — староста заметно расстроился, но зависать в звании охотника мне совершенно не хотелось. Пока есть шанс открыть что-то новое и получить плюшки первооткрывателя, надо этим пользоваться.
— Жаль, охотник был бы лучше. Но ступай, может все же одумаешься. — тяжело вздыхая староста нас все же отпускает.
Из трех шатров выбираем самый близкий ко входу, он самый большой и в нем две лежанки. Хотя лежанки — сильно сказано, просто сваленных в кучу шкур, вот и вся лежанка. Что делать дальше мы уже тоже обговорили и Эйн сразу отправляется подбирать себе помощниц. Она должна будет заняться развитием земледелия и сельского хозяйства, а чертежи самых простых мотыг да сох она в сети уже нашла. Конечно впрягать в соху пока некого, но и это решаемо, в древности далеко не все крестьяне могли себе позволить лошадку или мула, но как-то же пахали. Да и семян она успела набрать во время переходов порядком, хорошо хоть всходов придется ждать не пару месяцев, а всего неделю, да и ту игровую. Ну а я вооружаюсь топором и иду в лес. На повестке дня ворота и хоть какое-то подобие частокола.
Первые пару дней приходилось работать одному, днем рубил деревья и подтаскивал их к деревне, ночью развивал духа. Атлет достаточно быстро уперся в 5 и для дальнейшего развития требовались особые условия, какие именно конечно же не пояснялось, но пока бегал смог поднять еще раз выносливость. Так же не забывал во время любой работы, да и отдыха, постоянно что-то напевать, вспоминая обрывки каких-нибудь песен или просто напевая разные мотивы. С пением дела двигались куда лучше, чем с другими навыками и я успел поднять его уже на 3 ранг, правда теперь простое «ла-ла-ла» на знакомые мотивы не приносили результата, но каждый подъем навыка сопровождался и подъемом обаяния на одну единицу. Эйн в свою очередь успела завоевать почет и уважение среди местных, где благодаря способностям травника и выдающегося, по местным меркам, повара, а где и просто заимствованной у меня способностью «очарование». Ее основная сила позволяла заимствовать у меня способности, правда всего на одно разовое применение и строго ограниченное по рангу, но и этого вполне хватало. Мой алтарь развился уже до 3-го ранга, за прошедшие три дня набрав необходимые 250 тысяч. Правда большего прироста к населению не давал, но зато увеличивал скорость накопления сил и еще больше ослаблял противника. Подпитку самого алтаря и всех последователей я завязал на алтарь, теперь он сам оплачивал налог, а способностями при повышении я выбрал увеличение вдвое площади действия, так же подросшей с рангом алтаря и увеличением привлекательности окрестностей алтаря для прочей живности, решив задачу с едой для последователей. Так же не забываю и про золотую лисичку, все же разорившись на 1.300 ОСД и подняв ее в ранг священной золотой, правда она так и осталась мистической зверушкой. А вот со вводом этих созданий в мир так же пришлось повременить, требовали уже десять тысяч, объясняя силой существа. Сам же тоже отошел от опасной грани, поддерживая запас сил на десяти тысячах, а остатки с алтаря слил в территорию, сделав траву зеленее, да цветы душистей, утрирую конечно, но все изменения пока носили только визуальных характер, а вот бегунок развития земли не порадовал
9362/250.000
И все бы хорошо, эта цифра вроде уже и не кажется такой большой, но вот только это даже не первый, а нулевой уровень и если прогрессия будет такой же, как и со всем остальным, то на землю придется тратить все свободные силы. Будет ли оно того стоить — увижу при взятии первого апа.
Уже привычно выхожу из шатра и почти врезаюсь в тройку переминающихся с ноги на ногу дикарей. Один покрупнее, двое поменьше позади, морды как и у всех остальных, разве что вместо дубин или ножей в руках каменные топоры.
— Вам чего? — я уже успел привыкнуть к местным разговорам, отличающихся краткостью и порой грубостью.
— Крак, сказал тебе помощь. Я — Грыым. Это — Анр и Игр. — дикарь поочередно тыкнул пальцем в своих спутников.
— Помощники? Хорошо, пойдем. — конечно рассчитывать хоть на какие-то навыки не приходилось, но вот таскать бревна они вполне смогут.
Весь день мы провели с дикарями обрубая ветки и сучки у трех, уже подготовленных мной деревьев и копая ямы под будущие направляющие арки. Дикари оказались весьма колоритные, Игр был чем-то вроде местного умельца, правда совсем начинающего и не успевшего заслужить уважения племени, но все же умел немного работать с кожей, костью и даже деревом. Грыым был охотником, хоть и далеко не самым удачливым, но уже одно это его ставило выше двух других дикарей, помимо охоты он умел рыбачить, правда об этом говорил с большой неохотой. А Анр, самый молчаливый и скромный из всех троих, но в тоже время самый исполнительный, оказался просто совсем молодым парнем, который всегда у всех был на подхвате, в результате у него было много разных навыков, но все либо на 1, либо вовсе только имели склонность к развитию. В общем староста просто скинул на меня тех, кого было не жалко. С едой проблем не возникло, деревенские хоть и не охотно, но делились и к обеду наши порции принесла сестра Анра, такая же скромная и даже немного забитая дикарка. Взяв одну из шкур со своей лежанки, пускаю ее на ремни, благо с этой задачей Игр справился успешно. Пока же наш кожевник занимался ответственным кромсанием моей кровати, с остальными вновь отправились в лес — надо было что-то придумывать с самими воротами, а то арка то будет, а вот чем ее закрывать пока не ясно, да и где петли брать — с железом тут явно никто работать не умеет. Откуда только староста топор взял? Хотя стоп, если нашли топор, то где-то должен быть и кузнец его сделавший. Пристаю к Грыыму с расспросами и выясняю, что топор — символ власти старосты и передается из поколения в поколение, а их племя уже только на его памяти переезжает третий раз, убегая от «железных людей с большой деревни». Сложив одно с другим, легко догадался, что племя само с востока и его подвинули горожане, а топор видимо выторговали именно у городских. Пока бродили, пару раз натыкались на разных зверей, встретили даже пару лис, к удивлению моих спутников, радостно ластившихся ко мне, а под конец даже притащивших тушку зайца. Пришлось наскоро придумывать очередную сказку про покровительство духа и его дары. Так же встречались и пчелиные улью, обкурив один гнилушкой я прихватил с собой. Решение с петлями пришло само собой, когда уже и перестал думать об этом — сделать направляющие на земле и щели в арке, а ворота просто задвигать. Конечно выйдет не удобно и гораздо тяжелее, чем с простой петлей, но вариантов других просто не было. Срубив еще пару деревьев перетаскиваем их к деревне и до вечера успеваем вырубить из ствола две доски, пусть и кривые, но достаточно толстые. Можно было конечно и простые бревна оставить, но тогда задвигать ворота пришлось бы всей деревней. Ужин нам так же принесла сестра Анра, все так же не отрывая взгляда от пола. Все время работы и даже за отдыхом дикари приставали ко мне с просьбами рассказать еще одну историю о духах, благодаря мои навыкам ораторского искусства такие рассказы для них выглядели как сказки для детей, так что болтать мне приходилось без умолку. Вымотанный как физически, так и морально, добредаю до своего шатра и валюсь на изрядно похудевшую лежанку. Решив устроить себе сегодня небольшой отдых, закрываю глаза и почти сразу засыпаю, вместе со своим аватаром.