Вредина для мажора (СИ)
Ладони Макса пришли в движение, пробираясь все выше и задирая футболку все сильней, пока одна ладонь не достигла цели, осторожно и медленно сжимая левую грудь и заставляя меня тихонько застонать, выгибая спину. Мои пальцы сильнее впились в волосы Макса, а глаза закрылись.
Я готова была умереть, рассыпаться на атомы уже от одного этого прикосновения. От одного движения его ловких пальцев, перекатывающих горошину соска, словно дразнящих и играющих со мной. Исчезнуть от ощущения тяжелого дыхания Сима и хриплого шепота:
— Это просто невыносимо…
Ладонь Макса сжала сильней мою грудь, и тягучая, вязкая сладкая боль по спирали спустилась в низ живота, заставляя свести сильнее бедра, притупляя агонию, а колени задрожать от слабости.
— Они идеальные… Виолетта.
Кто, спросить я не успела. Потому что Сим, порывисто вжав меня в себя, обхватил сосок губами через футболку и дерзко сжал зубами, заставляя вскрикнуть от наслаждения.
— Ма-а-акс!
Мои ногти царапнули плечи Сима. Мощный разряда тока прошиб до самых кончиков волос, приподнимая волоски на теле и заставляя запрокинуть голову назад, судорожно хватая ртом воздух.
Я умру.
Я уже умираю.
С губ сорвался всхлип, и пришлось закусить их до боли. Тело словно вата, в голове ветер, а между ног ноет. Я уже готова была умолять, но Максу и этого было мало. Он повторил свои бесстыжие манипуляции со второй грудью, лаская живот ладонью, а потом также стремительно поднялся со стула и развернул меня к себе спиной, кусая в шею.
Его возбуждение упиралось мне в поясницу, а губы прокладывали дорожку из поцелуев к ушку.
— Я хочу тебя, вредина, до искр из глаз.
— Я… тоже.. — потеряла все слова, когда ладонь Сима легла на живот.
— Хочу целовать везде, — шептал Макс мне на ушко, обжигая горячим рваным дыханием, перемежая слова с поцелуями. — Хочу ловить твои стоны, мелкая. Которые будут только со мной и для меня…
И один такой стон удержать не удалось, и я вцепилась в руки Макса, как в спасательный круг. Я хотела продолжения смелых ласк, казалось, больше всего на свете. Но Сим слишком порывисто и резко обнял и замер, уткнувшись губами мне в висок и тяжело дыша.
В квартире стояла звенящая тишина и интимный, легкий полумрак. Даже телевизор и тот замолк. Ну, или это у меня пропали все звуки и признаки внешней жизни. Кажется, я и сама… пропала.
— Почему ты… — договорить Макс не дает, сильнее сжимает в объятиях.
— Не время, вредина, — его голос не узнать. Низкий, хриплый и волнующий. — Тебе лучше уехать домой. Я вызову такси…
— Нет, — разворачиваюсь в его руках, привстав на носочки, чтобы заглянуть в глаза. — Не хочу… я сегодня тут, — вздыхаю, обхватив ладошками щеки парня. — С тобой останусь.
— Это очень скверная идея, мелкая. Я скоро просто взорвусь рядом с тобой.
Я не нахожусь с ответом, поэтому просто тянусь к любимым губа и целую. А в ответ слышу протяжное “м-м-м” и потом, прерывая поцелуй:
— Ты меня убьешь!
— Позвонишь родителям моим? — хитро строю глазки.
— Но мы будем просто спать, поняла меня, провокаторша? — смотрит на меня таким взглядом, как будто это я тут на него с жаркими объятиями накинулась.
— Вообще-то это…
— И ты наденешь сверху еще пять футболок! — перебивает Сим. — И спать мы будем по отдельности.
Ну, все, я надула губы!
— У-у-ух какой! — хлопнула ладошкой Макса по плечу. — Мы еще посмотрим, чья возьмет!
— Виолетта!
Не проняло. Я была решительно настроена довести сегодня все до победного конца. Хоть и звучит это ужасно, но вино придало смелости, а тело все еще слегка лихорадило от ощущения губ Макса на моей груди и от воспоминания о его руках на моей разгоряченной коже.
Не знаю, чего уж наплел маме Сим, но она разрешила мне остаться ночевать вне дома, передавая через Сима наказ, чтобы я не забывала про наш разговор об осторожности и что для папы я осталась ночевать у подруги.
Нет, как ни крути, хоть один сообщник в лице родителя быть должен!
Почти полночи мы с Максом провалялись перед телеком, играя в настольные игры, а перед сном, когда я уже строила коварный план по завоеванию, хоть ноги все еще дрожали от предвкушения, и пришло время ложиться спать, мне устроили глобальный облом! И смешно, и печально. Пока я была в душе, Макс наложил между нами целую стену из мягких подушек и сказал, чтобы сохранить честь, придется нам ночевать по разным концам кровати, которая, к моему расстройству, здесь была огромная.
Вот так вот…
Однако это нам совершенно не помешало утром в воскресенье проснуться в обнимку. Уж не знаю, кто из нас ночью безобразничал, скидывая лишние подушки, но это пробуждение в районе обеда было, однозначно, самое кайфовое в моей жизни!
Глава 39. Летта
Воскресенье пролетает за заданиями из универа.
Вернувшись от Сима, который лично доставил до дома и помчался на тренировку, я закопалась в тетрадях и учебниках, хотя мысли все еще витали очень и очень далеко от учебы. А вечер просидела в мастерской с кисточками в руках и звонком по видеосвязи с Максом. Он, кстати говоря, домой возвращаться так и не собирался, и с этим нужно было что-то решать. Как ни крути, в их с дядь Артемом ссоре виновата я. Может, не в глобальной, но конкретно в этом, частном случае моей вины более чем предостаточно. И на уме был только один вариант решения этой проблемы — пойти и сдаться. Конечно, потом выслушаю лекцию от отца и получу за свою наивность сполна, но оставить все как есть — было бы сверхэгоизмом!
Утром в понедельник, кое-как подняв себя из теплой постельки и вытащив на морозное осеннее утро, на учебу я еду с отцом. Макс помчался с самого раннего утра на тренировку, но клятвенно обещал с занятий меня забрать и съездить вместе на обед.
Надо ли говорить, что я буквально умоляла время иди быстрее?
— Пока, пап! — целую отца в щечку, выскакивая из машины.
— Малыш, про прием помнишь?
— Да-да-да! — у уже на бегу крикнула я, совершенно бессовестным образом соврав. Вот про этот вечер-то я как раз умудрилась забыть. — Когда он?
— В этот четверг, на вечер никаких планов, поняла? — нарочито строжится па.
— Есть, сэр! — подмигиваю, уже прикидывая, где искать платье на вечер и, главное, в какое время. А когда светлый джип отца срывается с места, разворачиваюсь и залетаю по ступенькам на крыльцо, где у дверей меня уже ждет Ритка, топая туда-сюда и как-то нервно поглядывая на часы. С ней мы, кстати, за все выходные так и не созвонились. То у нее было недоступно или занято, то я была по уши в делах.
Но как только я подошла, подруга кинулась мне на шею с крепкими объятиями, что было, мягко говоря, неожиданно, и начала торопливо тараторить малопонятные мне извинения:
— Прости-прости-прости, Летт! Я не думала, что все получится вот так! Честно… если бы я знала, я бы…
— Так, стоп, подожди! — перебиваю поток слов подруги и смотрю на нее полным недоумения взглядом. — Во-первых, привет!
— Привет.
— И во-вторых: о чем ты, черт возьми? Что “получится”?
— Как? — удивленно выдыхает Рита. — Макс разве тебе не сказал ничего?
— Та-а-ак! — тяну, упирая руки в бока. — И о чем он мне должен был сказать? — стараюсь держать лицо, но внутренне вздрагиваю. — Что случилось?
— Я… — мнется Ритка, опуская виноватый взгляд в пол.
— Рита!
— В общем, весь подкат Ильи к тебе — это был спор! — выпаливает, заламывая руки и кусая губы.
Черт! А ведь в круговерти дел, да еще и рядом с Максом, за выходные совершенно успела об этом позабыть, а сейчас…
— Точно! Га-а-ад! — вскрикиваю я, моментально, словно по щелчку, закипая. — Спор, чтоб ему икалось, паразит!
— Точно? Так ты знала? — удивленно переспрашивает Ритка, тогда как я начинаю нервно сжимать кулаки от огромного, невыносимого желания кому-нибудь им врезать!
— Я подслушала там, в клубе их с дружком разговор.