Охотница. Книга вторая. Испытание Судьбы (СИ)
Он перестал копать, заметив мой явный интерес к своей персоне, и, выбравшись наполовину, любезно предложил, как только перестал свистеть:
─ Выбирай любую, Вишенка. Любую. ─ Он даже обвёл рукой свободные прямоугольные провалы. ─ Кроме той, что в конце. Она уже занята. Прости!
Небольшой холм из земли, с деревянным крестом сверху и правда расположился в самом конце этого ряда, а стоило мне только подумать о том, кто же там похоронен, как ощутила на своих руках что-то липкое и тут же опустила взгляд на ладони. Они были сплошь в крови, и со всех сторон по земле ко мне побежали тёмно-алые ручейки, грозясь затопить всё вокруг.
Следом раздался отвратительный, пробирающий душу смех.
─ Кто же вновь умер по твоей вине? ─ я знала, что там, под капюшоном он мерзко ухмыляется, наслаждаясь моим замешательством и ужасом. ─ И кто будет следующим? Может, твои друзья? Семья? Или твой ручной вампир? Ты же так боишься его потерять…
Слова подействовали на меня не хуже пощёчины. Он знал, куда и как бить, и эта боль была гораздо ощутимее, чем если бы он просто нанёс мне сотню ран своим отравленным клинком.
─ Никто больше не умрёт ни из-за меня, ни из-за тебя! ─ пусть я и не была уверена в своих словах, но я, по крайней мере, знала, что всё для этого сделаю.
Он вновь рассмеялся, и тут же молниеносным движением оказался прямо передо мной.
─ Ты не сможешь защитить всех, Вишенка. ─ Рука в перчатке схватила за горло, больно сдавливая, а я не могла призвать кинжал. В этом сне он не отзывался. В этом кошмаре не я была ведущей. ─ В самом конце больней всего будет именно тебе!
Единственное, что я была ещё способна сделать – так это потянуться к капюшону, чтобы сорвать, наконец, его маску и узнать, кто прячется за всеми мерзкими деяниями, разоблачить настоящее чудовище.
Едва пальцы уцепились за скользкую ткань накидки, перед глазами сгустилась тьма, и когда я начала в неё проваливаться, меня провожал лишь отголосок сатанинского смеха...
Меня разбудили поцелуи. Они мягко скользили от кромки волос на лбу, вниз к кончику носа, а затем остановились на губах, и я открыла глаза, встречаясь с серебряным взглядом.
─ Тебе опять приснилось что-то жуткое? ─ спросил вампир, убирая с моего лица сбившиеся за ночь пряди. За окном уже, наверняка, было светло, но шторы Ник пока не раздвинул.
─ Ага, Мастер в балетной пачке. ─ Брюнет лишь фыркнул, и я приятно удивилась тому, как быстро он пришёл в норму. Значит, и правда всё не так плохо, как я думала поначалу? ─ Но это я увидела уже под конец всего, так что не сильно впечатлилась.
─ А до этого? ─ допытывался он ненавязчиво.
─ Мои привычные страшилки. ─ Как бы я не доверяла Нику, я всё равно не собиралась рассказывать ему о том, что творится в моей больной голове. Пока не собиралась.
Я приняла сидячее положение, и потянулась. Мышцы ещё гудели, но общее состояние пришло в норму, и я теперь уже точно могла сказать, что жива, а сидящий рядом мужчина, с загадочной улыбкой смотрящий на меня, лишь убеждал в этом.
─ Что?
─ Просто любуюсь тобой.
Наверное, я никогда не устану смущаться его внимания.
─ Не красней, а то в моей голове возникают дурные мысли, ─ предупредил Ник, и я, кажется, зарумянилась только сильнее, вызывая у него очередную улыбку.
Запахи, которые проникали в комнату, будоражили сознание и желудок, так что не могла не спросить:
─ Чем так вкусно пахнет?
─ Я приготовил завтрак, ─ удивил меня вампир. ─ Впервые за пару сотен лет я сделал это для кого-то, так что не суди строго, договорились?
Ого, а он и правда переживает. Почему я почти физически ощущаю его эмоции?
─ Обещаю, ─ заверила я, и поднялась, шагая за брюнетом на кухню, где уже взволнованно расхаживал Гром. Теневой, наверное, до сих пор опасался, что хозяин вновь может начать вести себя странно, но видя, что всё в порядке, обрадовался и успокоился.
Присев на табурет, я оглядела поле деятельности. Над столом возвышалась горка из чересчур подрумяненных оладий, на тарелке была красиво разложена слегка подгоревшая яичница, дымилась кружка кофе, а рядом стояла целая миска крупной свежей малины, и я даже не представляла, где Ник её достал, но жест, безусловно, оценила.
─ А ты умеешь удивить. ─ Я не удержалась и тут же закинула спелую ягоду в рот под внимательным потемневшим взглядом. Вкус был просто потрясающим. ─ М-м, это нечто… Ты волшебник?
─ Мне это ничего не стоило, ─ хрипло ответили мне, неспешно присаживаясь за стол.
О, нет, ещё как стоило. Я видела, как важно этому суровому самураю знать, что мне всё понравилось, но необходимости притворяться не было, потому что я с огромной радостью ела этот немного подгоревший завтрак, наслаждаясь вкусом. Дома для меня мало, кто вообще готовил ввиду вечной занятости, поэтому приходилось самой о себе заботиться, и Ник об этом знал, но он понятия не имел о том, какие чувства вызвал его поступок в моей душе.
─ Спасибо. ─ В это простое слово я вложила больше, чем благодарность, и вампир это прекрасно понял.
─ Ешь.
Малина действительно оказалась такой сладкой и сочной, что я не могла не поделиться с мужчиной, поэтому когда он подсел ближе, поднесла одну ягоду к его рту, и он медленно подхватил её губами вместе с моим пальцем, пуская ток по венам.
─ И правда нечто, ─ не отрывая от меня пылающего взгляда, произнёс он, и наши губы встретились.
А я поняла, что нужно насладиться вот этими моментами, как следует, ведь уже сегодня жизнь за пределами уютного учительского домика вновь даст о себе знать. И когда Нику позвонили, мне пришлось постараться, чтобы скрыть разочарование на лице за кружкой с ароматным кофе.
─ Слушаю, ─ ответил он, не отрывая взгляда от меня. ─ Да, уже пришёл в себя. Нет, я ничего ей не сделал! И этого тем более… Ты там не пьян, часом? Bakayarou[2]. Что на этот раз?
Видимо, звонил Ян, потому что только он может столь бесцеремонно разговаривать со своим другом.
─ Хорошо, скоро будем. ─ Брюнет выдохнул, давая мне понять, как я оказалась права.
─ Что, опять суровая действительность?
─ Похоже, ─ согласился он. ─ Доедай и не торопись. Но прежде чем мы поедем, я вынужден буду попросить тебя об одолжении. ─ Он встал и выудил из ящика ножницы, продемонстрировав их мне. Я взглянула на его чудесные волосы и с прискорбием сопоставила факты.
─ Отрезать всю эту красоту? ─ как же будет жаль… ─ Хотя, ты прав. Не объяснять же окружающим о чудодейственном наращивании.
Мужчина хмыкнул и как-то недоверчиво спросил:
─ Я… правда тебе таким нравлюсь?
Боги, да он ещё сомневается! Никогда не замечала за ним такой неуверенности.
─ Не знаю, как правильно объяснить, но с такой длинной ты, будто выглядишь… привычным что ли. Будто я тебя всегда знала именно таким. Странно, да?
Я сказала именно то, что пришло в голову, и помимо Северьяна, я не знала других мужчин, которым бы так шла их шевелюра. Но Ник и правда смотрелся ничуть не экзотично – скорее, был самим собой. Немного диким, но при этом таким притягательным, что не возникало даже мыслей о неправильности его образа… А может, я просто не объективна, ведь он мне любым нравится?
Прикончив кофе одним большим глотком, я подставила руку, в которую вампир вложил ножницы. Мужчина присел и повернулся спиной, а я не смогла отказать себе в удовольствии, проводя по смоляным, чуть жестковатым прядям, выдающим характер владельца. Прежде я не встречала такого насыщенного чёрного цвета.
─ Отнюдь, ─ не согласился он. ─ Когда т’аррхары ещё жили в Инреме, все Высшие носили длинные волосы, как показатель статуса. Но также многие верили, что именно в волосах заключена некая сила – как у магов или эльфов, поэтому не подстригались вообще, ─ пока Ник рассказывал, я потихоньку начала процесс, и на пол стали падать первые прядки, которые я провожала почти с болью. Даже не знаю, что на меня нашло, но видимо, вспомнилось далёкое детство, когда я боялась ножниц и никому, кроме мамы не позволяла ровнять кончики.