Охотница. Книга вторая. Испытание Судьбы (СИ)

Когда стрела отправилась в цель, но снова не попала, парень просто озверел, кидаясь на меня, пребывая в своей слепой ярости. Он замахнулся на меня арбалетом, намереваясь или расквасить мне лицо или расколоть череп – не знаю, что из этого, но я ухватила его за руку, уже без сожаления с силой ломая запястье. Оружие упало на землю, и моя нога отфутболила его подальше – насколько позволяли способности. Я чувствовала, что сила постепенно возвращалась в тело, и это осознание придало решимости, когда охотник попытался пару раз врезать мне кулаком свободной руки, которую я тоже от радости перехватила, стремительно выламывая и второе запястье. Чудище, вновь медленно просыпающееся ото сна, наслаждалось криками парня, и тот, попытавшись пнуть меня, сам пошатнулся, когда я отпихнула его от себя замахом ноги. Не церемонясь, поддавшись какому-то воодушевлению, я использовала ближайшее дерево в качестве помощника, оттолкнулась от него и добавила несчастному ступнёй по челюсти. Какой интересный раздался хруст…
Удар по затылку стал неожиданностью, но не вывел меня из игры, и я развернулась к нападавшему, точно зная, чью рожу увижу.
─ Приветик, охотница, ─ поприветствовал меня ухмыляющийся Влад, машущий ручкой, как девочка-припевочка, и его слова прозвучали скорее как форменное издевательство.
─ Что ж вы все такие злые-то, а? ─ морщась, спросила я пространство, но оно не ответило, впрочем, как и всегда. Вместо этого в меня полетели маленькие кинжалы наподобие китайских, и я знала, что если хоть один меня ранит, не видать мне победы, как и нашим футболистам на Чемпионате мира.
─ Знаешь, ─ у охотничка хоть и была повреждена нога, двигался он вполне сносно, ─ даже если с нами справишься, Орловский всё равно тебя сцапает, ─ поделился он, не переставая тянуть лыбу. ─ И станешь ты очередным его трофеем, который он будет держать на цепи у себя в доме, как диковинного зверька. А я буду только рад тебя ему отдать.
Стрел больше не было, и я сжала меч, краем глаза следя за поднявшимся Богданом, но у него возникли трудности с речью, и он слабо завывал, не в силах понять, как ему лучше поступить. Больно, наверное.
─ Спасибо за предупреждение, вот только он даже мой труп не получит. ─ Я выставила меч, готовясь отразить любой удар. Нет, я буду биться, как зверь и лучше умру так, чем достанусь кому-то в качестве приза.
─ Смелое заявление для будущей гаремной шлюшки главы. ─ Влад оскалился и, достав свой охотничий нож, провёл языком по лезвию, не отрывая от меня потемневших глаз. Похоже, кое-кто ловит настоящий кайф, сражаясь с девушкой на смерть.
─ Это ты о себе что ли? Потому что ваш друг Ярослав уже на цепи у Мастера, ─ вспомнился мне светловолосый, уже бывший охотник.
В восторг от подобных новостей о судьбе друга, парень не пришёл, но я предвидела именно такую реакцию.
─ Молись, дрянь!
И мы начали танец. Оба подались вперёд, друг к другу, стараясь задеть оружием уже неважно какие участки тела – лишь бы ранить. Я по-прежнему знала, что нужна им хотя бы полуживой и убивать меня совсем резона нет, но это ничуть не успокаивало. Вылечить можно и того, кто уже одной ногой в могиле, а дальше с ним можно делать, что душе будет угодно. У этих зверей души не было.
Места катастрофически не хватало, и приходилось ужом изворачиваться, чтобы не впечататься носом в дерево или чтобы тебя в него не впечатали, но мы не очень-то замечали препятствия. Этот парень оказался просто бешеным в рукопашке, и мне было нелегко в парировании его атак, пусть я тоже изо всех сил старалась, защищаясь и нападая. Он меня выматывал, а я пыталась достать его больную ногу ударами своих, но охотник оказался изворотливее меня. В какой-то момент я пропустила его второй кулак, который больно угодил мне под дых, и благодаря моей невнимательности, меня всё же загнали в ловушку, оттеснив к мощному стволу старой ели. Влад прижался ко мне всем телом, заводя мои руки со сжатым в ладони мечом над головой и проводя ножом сначала по щеке, а потом, приставив его к горлу, с небывалым удовлетворением смотрел на мои попытки вырваться. Ранить меня сейчас ему было раз плюнуть, но он отчего-то медлил, считал себя победителем, и я позволила ему так думать.
 
Я ещё издалека увидела её и теперь краем глаза смотрела на то, как к Богдану со спины подходит белая тигрица о трёх головах, и погремушка на её хвосте не издаёт ни единого звука. Так же тихо, как бабочка садится на цветок, мантикора останавливается позади парня, а скорпионьи жала на двух других хвостах за секунду лишают охотника жизни, одним резким движением. Затем, хвосты смыкаются на туловище удавками, не давая жертве упасть и наделать шума, и его тело аккуратно укладывают на снег, как на перину, будто паренёк заснул крепким сном. Вечным.
─ Пф, а ты не такая уж и опасная, крошка, ─ почти в самые губы выдохнул тем временем Влад, чувствуя, что я совсем перестала сопротивляться, и упёр колено между моих ног. ─ Знаешь, нас учили, что бить женщину по лицу нельзя – иначе после будет много вопросов... Лучше ударить вот так! ─ и мне достался болезненный удар в живот, а потом ещё один, от которого я едва не согнулась пополам. ─ Я тут подумал и решил, что будет справедливо, если сперва мы с другом тебя попробуем, а то нам не удалось в прошлый раз. Есть, что сказать напоследок? ─ вновь начав водить лезвием по лицу, вкрадчиво спросил он.
Если бы он оглянулся, возможно, у него был бы шанс спастись, но парень был так опьянён поимкой меня, что совершенно забыл об осторожности, и я, подняв на него совершенно спокойный взгляд, произнесла:
─ Спокойной ночи.
Удивлённый, он понял всё слишком поздно – уже в тот момент, когда на его шее сомкнулись острейшие клыки одной из тигриных пастей, перекусывая плоть почти пополам. Больше меня никто не удерживал, и чужое тело от меня попросту отбросили в сторону, а я сползла вниз по стволу, ощущая предательскую слабость в коленях и боль в животе. До сих пор не могу выносить таких тесных знакомств с парнями…
─ Спасибо, ─ я погладила потёршуюся об мою руку мантикору по мягкой голове с окровавленной мордой, ─ ты меня очень выручила. Правда.
Она коротко что-то прорычала, и так же быстро, как пришла, тут же исчезла из моего поля зрения туда, где её нетерпеливо ожидали два не менее голодных детёныша. Так вот куда она делась в тот раз… К моей радости, после себя тигрица оставила на снегу потерянную карту, а трупы забрала с собой, и я была счастлива, что теперь эти парни никому не смогут навредить.
Я схватила карту и прижала её к себе, как спасательный круг, поклявшись больше не терять. Не обращая внимания на кровь повсюду, я развернула пергамент, не без удивления обнаруживая, что всё это время шла правильно, пусть и по наитию, а мой ночной привал с эльфами был мне по пути. Оставалось преодолеть не так уж много.
Меня слегка потряхивало не то от пережитого только что, не то от общего стресса, но нужно было встать, и я кое-как поднялась на ставших ватными ногах. Стрелы подбирала уже по инерции, да и вещи похватала почти не глядя, а уходила, смотря исключительно вперёд, чуть пошатываясь. А потом просто шла и шла, изредка сверяясь с маршрутом, но упорно продолжала шагать к мосту, очертания которого всё приближались. Холодный ветер, бьющий колкими снежинками в разгорячённое дракой лицо, сейчас был очень к месту, но, несмотря на горящие щёки, внутри у меня всё промёрзло. Тремор в конечностях и дрожь где-то глубоко казались мне возрастающими, и я не понимала, отчего так плохо – от того, что возвращается сила или от омерзения, скопившегося за эти дни. Нет, мне нисколько не было жаль этих подонков, просто тяжело было противостоять всему этому не столько физически, сколько морально. Если бы я оказалась обычным человеком, смогла бы я выдержать и дать достойный отпор? Даже не представляю, как с таким справляются простые охотники всю свою жизнь, а ведь это лишь пара дней. Неправильно всё это. Не по-людски…
Метель усилилась, не щадя одинокую путницу, но я всё-таки смогла дойти до обрыва и, остановившись у края, взглянула вниз, где бурным потоком бежала и шумела горная река. Верёвочный, с виду ненадёжный мост, протянутый над ней, выглядел длинным, а высота самого обрыва не оставляла никаких надежд тому, кто случайно упал бы вниз. Ну а мне желательно пройти на ту сторону, пока видимость совсем не упала, и там уже думать над остальными насущными проблемами. Хорошо, что я не боюсь высоты.