Охотница. Книга вторая. Испытание Судьбы (СИ)
Охотница. Книга вторая. Испытание Судьбы
Пролог
У моего безумия багровый оттенок, почти кровавый. Цвет очень насыщенный, яркий, и, признаться, я даже люблю его где-то в глубине души, ведь нельзя не любить то, с чем ты почти намертво сросся, каждый день привыкая всё сильнее и сильнее. Увязая в этом, как в болоте. Поэтому когда я в очередной раз вижу кровь на своих руках, я боюсь только одного – чтобы она не принадлежала тем, кого я люблю и страшусь потерять.
Каждый чёртов день.
Раньше я думала, что у моего кошмара багровый взгляд. Но сейчас, глядя в глаза настоящему чудовищу, которое мучало меня на протяжении долгих лет, не давая спокойно жить, я видела их истинный цвет. Красным он не был. Это были глаза человека, которого я знала или считала, что знаю, и теперь наконец-то видела подлинного его, сбросившего ему самому давно опостылевшую маску.
Он смотрел мне прямо в душу, и все те страхи, что жили во мне и росли с годами, в один миг вдруг показались такими бессмысленными и пустыми, что я готова была горько рассмеяться. Я всё время боялась не того монстра, верила собственным глазам, не замечая реального чудовища, и вот теперь пожинаю плоды этой самой слепой уверенности…
Слабость во всём теле почти свела не нет мои шансы выстоять против него, и я собираю себя буквально по крупицам, чтобы найти силы для финального аккорда нашей с ним симфонии безумия. Раны и кровь, струящаяся из них и пропитавшая ещё недавно красивое платье, уже не имеют значения, как и всё остальное. Вечно ничто не длится, и этому ужасу тоже наступает закономерный конец. Я почти чувствую его на кончике языка, почти верю в собственную победу, в глубине души осознавая, какой ценой она мне достанется. Но сожалений нет, так что упасть с высоты будет не так уж больно.
Стальная рука сжимается на моём горле, когда он оказывается непозволительно близко, приподнимает меня над землёй, будто я невесомая, и мне ничего не остаётся, кроме как перебирать ногами в воздухе, пока убийца тащит меня к самому обрыву.
─ Станцуем на краю пропасти, Вишенка? ─ вкрадчивый голос и лицо, оказавшееся в миллиметрах от моего, но на сей раз я готова к этой близости.
Промозглый ветер треплет волосы, бросая в лицо холодные капли моросящего дождя, и я наслаждаюсь этой свежестью в последний раз.
─ Это будет наш последний танец. ─ Почти безразличные слова, и мой кинжал, сформировавшийся в ладони, легко входит в плоть едва успевшего удивиться такому повороту чудовища.
Вот и всё. Осталась малость.
Полёт оказался стремителен и короток, но мне чудилось, что прошла целая вечность.
Вниз мы падали вместе, а приземлялась я уже одна. Прямо в ледяные объятия бушующих волн с оттенком цвета крови, которые вскоре сомкнулись над головой.
Глава 1. Часть первая. Зимняя охота.
Из-под покрова темноты,
Из чёрной ямы адских мук
Благодарю богов любых
За свой непокорённый дух (с).
Слабый луч рассветного солнца скользнул в окно сквозь серебристые низкие тучи, когда я уже не спала. Я стояла и смотрела, как пробуждается сонный город, наслаждаясь видом, который, возможно, в последний раз имею счастье лицезреть, поэтому старалась запечатлеть его в памяти именно таким.
Как раз в это самое мгновение неспящий напротив сосед, заметил меня. Сонная блондинистая морда взъерошенного Князева в одних пижамных штанах показалась в как всегда не зашторенном окне, и оборотень, заметив меня, улыбнулся, сложил указательный и средний пальцы в знаке «победы», а затем, напомнив о том, что у него творится в голове, высунул проколотый язык, демонстрируя всем известное действие. Я же козырнула ему, согнув все пальцы, кроме среднего, и на этом наш обмен любезностями был закончен. Зараза пушистая.
Всё же я была благодарна этой слегка придурочной рыси за подобную поддержку, ведь он тоже знал, куда я сегодня еду, и меньше всего на свете я хотела бы получить в этот момент полную жалости и сочувствия улыбку, не вселяющую никакой уверенности. Поэтому на его дерзкую ухмылочку я ответила точно такой же.
Я почти почувствовала себя готовой.
Постояв ещё какое-то время у окна, я принялась переодеваться в заготовленную со вчерашнего вечера одежду. Ничего сверхъестественного или лишнего – просто всё одновременно тёплое, но при этом, удобное для очень активного времяпровождения в зимнем лесу.
Потом пришла мама и заплела мне волосы в две тугие косы, а заодно принесла перестелить постельное бельё. Чёрное. Это, кстати, объяснялось вполне логично: либо охотник возвращался живой, но настолько израненный и уставший, что вряд ли сразу доползёт до ванной, а потому просто грохнется на постель в том виде, в котором он пришёл с испытания, либо не возвращался вообще. В обоих случаях чёрный цвет – весьма практичное решение, и я только молча подивилась такой интересной традиции. Молча, потому что в голове начали звучать первые ноты "Похоронного марша"...
─ Пойдём завтракать, ─ закончив с причёской, произнесла мама, поднимаясь и даря мне взгляд, в котором было всё то, что мне так никто и не сказал. ─ Тебе нужно как следует подкрепиться.
─ Да, идём.
Я взглянула на ставшую родной комнату в последний раз, на всякий случай, прощаясь с ней, и последовала за хрупкой женщиной, которой тоже когда-то пришлось пройти через всё то, что предстоит пережить и мне в ближайшие дни. Наверное.
Внизу уже ждал собранный рюкзак со всем необходимым, а ещё остальные родственники, кроме старшего брата. Скорее всего, он меня всё же ненавидит за эту ситуацию, раз даже не показался… да что там – я себя ненавидела больше, но понимала, что нужно дать всему время, в том числе и нам обоим. Жаль, конечно, будет, если я не вернусь живой, и мы так и не поговорим, но я пока ничего не могу изменить. И это печально. Я многое могла бы сказать Дему, да и он мне, чувствую, тоже, вот только дома он не появлялся, прозябая на работе или занимаясь охотой, а я понимала, что так он в очередной раз бежит от боли. Это его способ хотя бы на время забыть обо всём, что произошло, ну а мне придётся с этим смириться, как бы на самом деле мне ни было от этого плохо. Но это наша жизнь.
За столом никто ничего не говорил по поводу предстоящего события, и я в очередной раз мысленно их всех поблагодарила. Эрик и Тим перебрасывались весёлыми шуточками, над которыми изредка улыбались родители, а я просто пыталась запихнуть в себя еду, хоть ничего и не лезло. Из-за волнения я обычно вообще не в состоянии есть, но если отправлюсь на испытание голодная – вряд ли смогу его достойно пройти, свалюсь ещё на подступах к лесу, и надо мной будут смеяться не только местные зверьки, но ещё и нежить. Так что стоит прогнозировать последствия своих действий, и жевать завтрак.
Ну а едва я покончила с приёмом пищи, раздался звонок дверь, и я знала, кто ждёт меня на пороге. Близнецы ради такого дела, как мои проводы, притащились пораньше, чтобы не пропустить это событие, при этом выглядели так воодушевлённо и радостно, словно отдают меня замуж за лучшего парня на свете, а не провожают на верную смерть.
─ Ди, выглядишь… бодрячком! ─ Лекс, увидев меня, попытался сгладить мой отнюдь не бодрый внешний вид.
─ Вот не надо, ладно? ─ попросила я, впуская друзей и обнимая их. ─ Я почти всю ночь не спала.
─ Да нормально ты выглядишь, ─ не согласилась Нелл, осмотрев меня. ─ Сомневаюсь, что там будут оценивать твои внешние данные, а если и будут, ты в любом случае в выигрыше.
Блин, обожаю этих двоих.
─ Утешила.
Тим, выруливший в прихожую, одарил близнецов нечитаемым взглядом и спросил: