Поцелуй наследника
Час спустя, пожелав Чилтону приятного дня и поблагодарив за помощь, Дэниел вернулся домой. Он был счастлив, что обрел цель, хотя и не обольщался, то есть не считал, что сумеет разбогатеть со дня на день. Он понимал, что на это уйдет время; и если предстояло жить на те средства, которыми он располагал на сегодняшний день, то следовало быть более аккуратным в тратах. Однако порция мороженого у «Гюнтера» вряд ли пробьет брешь в его кармане. И вообще, дело того стоило. Будет замечательно, если он увидит, как радуется Ребекка, пробуя это новое лакомство впервые в жизни.
– Так вы готовы? – спросил он, входя в гостиную, где Ребекка сидела за чтением.
Она подняла голову и улыбнулась.
– Я даже не слышала, как вы вошли. Как прошла встреча? – Отложив книгу, Ребекка вопросительно посмотрела на мужа.
– Думаю, вполне успешно, – ответил он. – Чилтон очень хочет мне помочь. Полагаю, сведения, которыми он меня снабдил, окажутся бесценными.
– Это чудесная новость, Дэниел! Я так горжусь вами. – Ребекка встала и, подойдя к мужу, поцеловала его в губы. Направившись к двери, сказала: – Сейчас возьму жакет и шляпку, а потом мы можем ехать.
Погода стояла прекрасная, и они решили взять фаэтон, поэтому подъехали к кондитерской уже через пять минут. Там оказалось множество посетителей, и даже снаружи, на тротуаре, выстроилась длинная очередь.
– Кажется, не только нам захотелось сегодня приехать сюда, – заметил Дэниел. – Почему бы вам не подождать здесь? А я принесу мороженое. «Королевские сливки» особенно восхитительны.
Ребекка согласилась, решив, что есть мороженое в фаэтоне гораздо приятнее, чем пытаться отыскать столик внутри. Однако Дэниел долго не возвращался, и ей стало не по себе; она была одна, а люди, проходившие и проезжавшие мимо, то и дело бросали взгляды в ее сторону, и в глазах их было любопытство, а частенько – даже осуждение. Конечно, Ребекка понимала, что глупо переживать из-за этого, но все-таки нервничала. Скорее бы вернулся Дэниел! В его присутствии ей было бы гораздо спокойнее. В конце концов, чтобы хоть чем-то заняться, она стала разглядывать проезжавшие мимо экипажи.
– Ребекка, это ты?
Повернув голову, Ребекка заметила миниатюрную молодую женщину с золотистыми волосами, по виду – свою ровесницу. Эта женщина смотрела на Ребекку из-под полей хорошенькой соломенной шляпки, украшенной желтыми лентами, и в лице ее было что-то знакомое, навевавшее смутные воспоминания… Да и манера, в которой незнакомка обратилась к ней, свидетельствовала о близком знакомстве.
– Простите, – сказала Ребекка, – но боюсь, что я вас не помню.
Женщина рассмеялась.
– Это я, Джуди… Дочь виконта Трамбулла. Мы, бывало, играли вместе, когда ты, еще девочкой, приезжала в Лондон. Наши дома находились по соседству.
– Ах, боже мой! – воскликнула Ребекка. – А я тебя не узнала…
– Да, конечно. Ведь с тех пор прошло… двенадцать, нет, кажется, тринадцать лет. За это время мы обе сильно изменились. Если бы не твои черные волосы, я бы тебя тоже не узнала.
С гулко бьющимся сердцем Ребекка пыталась отогнать воспоминание о визите в дом Джуди. Но тщетно! Не так-то легко забыть прозвище, которым наградила ее Джуди со своими подругами. Ей хотелось провалиться сквозь землю, когда они следовали по пятам и кричали «цыганка», осыпая насмешками и взрываясь ужасным хохотом. А ночью она долго рыдала, пока не уснула. И с тех пор ни разу не заговорила с Джуди.
– Да, мы изменились, – вполголоса сказала Ребекка.
– Знаешь, я очень рада, что встретила тебя, – продолжала Джуди, и на лице ее Ребекка не видела ничего, кроме искреннего, доброго участия. Неужели она не догадывалась, как ужасно обидела ее когда-то? – Непростительно, что я третировала тебя много лет назад. Но я была тогда глупым ребенком… Поверь, я очень сожалею, что мы с девчонками говорили тебе такие ужасные слова…
Ребекка долго молчала. Наконец тихо сказала:
– Благодарю за сочувствие.
Джуди вздохнула и вновь заговорила:
– Бывает трудно понять, почему дети делают то, что делают. Но в твоем случае… Думаю, что другие девочки просто тебе завидовали. Ведь ты, безо всяких сомнений, была самой красивой из нас. – Джуди улыбнулась. – И сейчас ты самая красивая. – Немного помолчав, она добавила: – Может быть, со временем ты меня простишь. Мне бы очень хотелось, чтобы мы стали подругами.
– Ты разве ничего не знаешь, Джуди? – спросила Ребекка. – Ведь я – пария. Даже разговор со мной на публике может стоить тебе доброго имени.
Джуди с вызовом вскинула подбородок.
– Однажды я тебя предала. И с тех пор не могу найти себе оправдания. Поверь, я очень хочу тебе помочь.
А Ребекке хотелось повернуться к Джуди спиной – и забыть этот разговор. Но какой смысл лелеять былые обиды? Ведь эта женщина пыталась с ней помириться… Конечно, маловероятно, что они когда-нибудь станут близкими подругами. Однако им с Дэниелом очень не хватало самых обычных знакомств, и Ребекка решила принять предложение Джуди. Пожав плечами, она проговорила:
– Что ж, можно возобновить наше знакомство.
– Чудесно! Завтра мы с мужем устраиваем выход в оперу. Вы должны поехать с нами, – добавила Джуди, когда вернулся Дэниел с двумя огромными порциями мороженого. Ребекка быстро представила их друг другу, и Джуди тотчас же оставила супругов.
– Кстати, известно ли вам, за кем она замужем? – спросил Дэниел, глядя вслед миниатюрной блондинке. – За герцогом Лендсборо.
Ребекка замерла в изумлении, глядя на мужа.
– Вы уверены?
Дэниел с усмешкой кивнул.
– Кажется, Бекки, у вас завелась весьма влиятельная подруга. С ее помощью у нас появится шанс оправдаться в глазах светского общества.
– А если не появится?
– Что ж, в таком случае нам придется общаться друг с другом, – ответил Дэниел, обнимая жену за плечи. – И если честно, то меня это вполне устраивает.
Ребекка рассмеялась.
– Меня тоже! Уж если вы согласились, чтобы я сопровождала вас сегодня вечером, то осмелюсь сказать: мне никто, кроме вас, не нужен.
– Ну… не так уж охотно согласился, – ответил Дэниел. И прибавил с лукавой улыбкой: – Меня вынудила согласиться моя очаровательная женушка. Похоже, я крепко повредился умом, раз позволяю вам отправиться в игорный притон.
– Надеюсь, вы не передумаете.
– Был бы рад передумать. В конце концов, вы – моя жена. У меня внутри все переворачивается при одной мысли, что ваша нога ступит в подобное место. Этот притон пользуется дурной славой. Но увы, согласившись в момент слабости, я просто не могу передумать. Потому что Дэниел Невилл – хозяин своего слова. – Поцеловав жену в щеку, он добавил: – И каким бы неприличным ни показался мой приход туда вместе с вами, лучшего общества, чем ваше, я и вообразить не могу. Даже в таком месте, как игорный притон.
Глава 19
Воздух был пропитан тяжелым табачным смрадом, а клубы дыма, казалось, обволакивали все вокруг, когда Ребекка следом за мужем вошла в игорный клуб Райли. Капюшон плаща скрывал ее лицо – пусть даже она уже не невинная девица, однако всегда найдутся те, кто осудит появление добропорядочной леди в подобном месте. Впрочем, Дэниел заверил супругу, что никто из посетителей клуба не станет поднимать из-за этого шум, поскольку их собственная репутация тоже подвергалась сомнению, раз уж они сюда явились.
Быстро осмотревшись, Ребекка снова последовала за Дэниелом и прошла мимо трех дам в возмутительно откровенных платьях – таких ей еще не доводилось видеть, – и казалось, что эти дамы предлагали себя всем желающим. Ребекка ничего не смогла с собой поделать и уставилась на эту троицу во все глаза. Ей всегда казалось, что платья просто не могут быть более вызывающими, чем те, в которые наряжалась леди Трембли. Выходит, она ошибалась. Ведь у этих дам соски чуть ли не торчали наружу из скандально низких вырезов. Но этого им было мало – дамы еще выставляли напоказ и свои щиколотки!
Тут одна из них перехватила взгляд Ребекки и вытянула губы трубочкой. Ребекка поспешно отвела глаза, и только сейчас наконец заметила игорные столы; за одними было по четыре игрока, за другими – по шесть. При ближайшем рассмотрении оказалось, что не все столы предназначались для карт. Играли также и в кости.