Реликт (СИ)

— И тут забавный новый вопрос наклюнулся, — сказал Морти.
— Какой?
— Гориллы — стопроцентные вегетарианцы. Шимпанзе — преимущественно вегетарианцы, мясо едят редко и мало. Человек — самый хищный из всех гоминоидов, может быть как полным вегетарианцем, так и иметь в рационе много мяса, но и он питаться одним лишь мясом не может. Все прочие виды обезьяньего рода во всем его многообразии — полные вегетарианцы или виды, едящие мясо по принципу оппортунизма. Появление среди гоминоидов облигатного хищника — та еще загадка природы, хищная обезьяна — такой же парадокс, как и травоядный паук… Владислав, ты что-то кроме мяса ешь?
— Ну, я ем мороженое, шоколад, некоторые другие сладости. Пью сладкий чай, могу съесть яблоко, апельсин там. Они на вкус мне довольно приятны. Прочую растительную пищу употребляю зачастую только в компании людей, больше для маскировки, у нее питательность низкая и вкус… так себе. Основа моего рациона — мясо.
— Употребления не-мяса просто не питательно или имеет побочные эффекты? — уточнил Рик.
Я пожал плечами:
— Для меня естественно есть плоды и ягоды в дополнение к мясу, из них я получаю витамины. Всю остальную растительную пищу я ем в небольших количествах для маскировки. Последствий не бывает. Пару раз за последнее тысячелетие мне приходилось некоторое время выживать на сухарях, воде, каше — сильно оголодал в итоге, хотя при таком же питании человек чувствовал бы себя вполне сыто. Для меня все это недостаточно питательно, я нуждаюсь в мясе.
— Да уж, интересная проблема. Получаем картину, при которой некий вид гоминидов в какой-то момент резко переключился на мясо. Было бы не резко — ты должен был бы быть ну очень дальним родственником человека и гориллы, а получается, что ты нам ближе, чем гиббоны и орангутаны.
Тут дверь открылась и вошла Ева.
— О, вот и ты, Владислав. Уже обсудили отчет?
Я кивнул.
— Обсудили. Какой теперь следующий шаг?
— По твоей проблеме — мы сейчас подыскиваем кандидатуру ученых, которых привлечем к исследованию. Нужны такие, кому мы сможем доверить секретные данные. После того, как таких найдем — уже они будут говорить нам, какие шаги нужно предпринять. А по нашей теме — у нас есть идея, как ты можешь принести практическую пользу уже сейчас.
— И как же?
— Ты будешь «условным андроидом», учебным противником для группы захвата. Тебя «брала» та же команда, что и андроида, бойцы сказали, что ты доставил больше хлопот, даже несмотря на то, что на тебя лучше подействовал электрошок. Раньше мы для тренировок использовали профессионального борца громандного роста и веса, он очень силен, но это не то же самое, что андроид, такой же сильный, но меньше и подвижнее.
Я приподнял брови в характерном человеческом жесте.
— А зачем это надо? Вы же с первым не церемонились.
— Пришлось. Мы-то очень хотим взять следующего в функционирующем состоянии, но на него не действуют почти никакие нелетальные средства. Сеткомет у нас был в прошлый раз, но андроид оказался предусмотрительным, у него был тактический нож, с виду обычный карманный ножик, но сетку он им разрезал только так… Мы планируем захват с применением грубой силы, так что учебный противник с сопоставимыми способностями будет очень кстати.
С группой захвата я познакомился в тренировочном зале.
— Так это вы те самые ребята, которые научили меня ненавидеть электрошокеры? — с легкой ухмылкой спросил я у лидера, крепкого парня военной наружности по имени Лесли с кодовым «Бык».
— Ну так без него как-то вот у нас не получилось, — виновато развел руками он.
Я похрустел шейными позвонками и размял плечи.
— И какие у нас правила боестолкновения?
  
Все хорошее когда-нибудь заканчивается
 
Мне показали записи с нашлемных камер группы захвата, по которым я примерно понял, как именно защищается «голем». Будучи намного сильнее человека благодаря несколько большей эффективности «псевдомышц» и специфическому строению опорно-двигательного аппарата, обеспечивающего больший момент силы, андроид не особо превосходил человека по скорости. В процессе задержания «голем» применил грубую физическую силу и элементарные законы физики: большинство пострадавших оперативников получили травмы от падений и столкновений с различными предметами окружения. Биоробот легко разбрасывал людей в стороны, одного едва не забросил под колеса проезжавшего мимо автомобиля. Попытки применить силовые захваты конечностей провалились, поскольку у андроида не оказалось слабостей сродни тем, которые позволяют заворачивать руку за спину или контролировать человека путем поворота кисти «наружу через верх».
 
— Наш просчет, — прокомментировал лидер группы. — Мы-то считали, что он примерно как мы и против него сработают те же заломы и захваты, что и против человека. Но он с легкостью противостоял любому приему, а нам не хватило слаженности. Я уверен, что если бы мы смогли синхронно провести захваты обеих рук, а также что-то вроде «нельсона» со спины, то он не смог бы освободиться. Вот в этом мы и хотим потренироваться — в синхронных групповых захватах.
— А проход в ноги вы не пытались применить?
— Пытались. Вот на этой записи видны результаты. Бедняга Фрэнк еще пару месяцев проведет в больнице…
«Голем», не будучи более подвижным, чем человек, все же превзошел людей в скорости реагирования и точности движений: проход в ноги одного из бойцов был встречен очень точным и четким ударом пятки в голову.
Еще одним критическим просчетом, а верней, сразу двумя, оказалась попытка взятия андроида по-тихому, вдали от посторонних глаз. Выбор места — узкий переулок между двумя глухими стенами домов — был крайне неудачным, поскольку андроид использовал близость стен в свою пользу, с силой швыряя агентов в эти самые стены, а при попытке захвата сзади оттолкнулся ногой от стены и собственным телом припечатал противника к стене. При этом оперативники, чтобы не привлекать внимания и застать цель врасплоз, не использовали никакой защитной экипировки, кроме легких бронежилетов, но как раз бронежилеты им и не помогли.
В какой-то момент «голем» сумел завладеть боевым пистолетом одного из агентов, и тем пришлось открыть огонь на поражение.
В конечном итоге полученный опыт был использован при моем захвате: агенты облачились в жилеты и каски и не взяли с собой боевого оружия, что спасло жизни тем, кого я подстрелил резиновыми пулями.
Я вздохнул.
— Должен сказать, идея потренироваться на мне не очень хорошая. Я не могу быть медленнее, чем я есть, так что такая тренировка не будет близкой к реальной попытке захвата робота.
— Ну так тяжело в учении — легко в бою. Если мы научимся «брать» сильного и быстрого противника — то с просто сильным будет легче.
— Ну ладно.
Правила следующие: оперативники облечены в защитные костюмы и каски, не имеют никаких средств, которые на голема просто не действуют, и не используют удары. У меня — ни защиты, ни спецсредств, но я могу бить в полную силу, правда, только простыми силовыми ударами. Никаких ударов с разворота: андроид не владеет боевыми искусствами. Более того, он не обладает никакими знаниями об уязвимых местах человеческого организма, поскольку ни разу не пытался бить ни в челюсть, ни в пах, и ведет бой «от себя», рассчитывая только на собственные сильные стороны и игнорируя слабые стороны противника, или попросту не зная о них.
Первый же тренировочный спарринг с четырьмя оперативниками показал, что скорость имеет решающее значение. Верней, он показал это им, я-то давно знаю прописные истины.
Мне удалось без особых проблем раскидать всех четверых, после чего я хапнул первого вскочившего и швырнул во второго, а затем снова раскидал двух последних.
— Обескураживает, — сказал наблюдавший за тренировкой Морти.
— Да я мог бы сразу сказать, что так и будет, только я дерусь врукопашную с закованными в доспехи людьми вот уже примерно тысячу лет, зачем меня слушать? Разве ж мог я понять что-то толковое за такой срок?